АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Татьяна Барботина

Легенда о маленьком корректоре


Однажды в главный офис одной уважаемой фирмы пришёл маленький корректор. Маленький, потому что невысокий, но опыт у него был огромный в каких-то известных в узких кругах литературных журналах. Скажите, пожалуйста, а что же этот одухотворённый человек, потративший лучшие годы своей жизни на корректуру художественных текстов, делает в коммерческой организации, хотя бы и уважаемой, хотя бы и в главном офисе?

Да, скажите, Антонина Андреевна, что это вы тут забыли?

«Денюжки,— говорит Антонина Андреевна,— не хватает».

Два года трудился корректор над текстами, освещающими вопросы автострахования, страхования жизни, медицинского страхования и прочих видов компенсации за весьма неприятные события. И всё делалось тихо. Так неощутимо разогревался и поедался маленьким корректором бутерброд с сыром на кухне. Не дольше положенного времени, но, нужно сказать, и не меньше. Не успеет редактор отвернуться, а на столе уже откорректированные материалы, защемлённые пластмассовой скрепкой салатового цвета. Такого, знаете, слишком салатового. Салату в таком цвете было бы просто неприлично. И не видать корректора, и не слыхать.

И вот однажды, а бухгалтер Зоя Валерьевна помнит тот день, пришёл корректор в офис и странно замялся в коридоре.

— Что с вами? — спросила Зоя Валерьевна, неправильно интонируя фразу, намереваясь поставить в её конец имя и отчество и не обнаруживая в голове ни того, ни другого.

— Не могу я туда идти, пугают меня там...— осторожно ответил корректор.

— Кто?! — вскричал бухгалтер, сладострастно и в предвкушении глядя на пожилую маленькую женщину.

Антонина Андреевна мяла серые замёрзшие руки, приоткрыв рот, будто намереваясь ответить. Зоя Валерьевна низко-низко наклонилась поближе к нему, к этому сморщенному ротику, приговаривала:

— Да не бойтесь, говорите: кто?

Но, так ничего и не ответив, корректор ушёл на рабочее место, на ходу снимая вязаную шапку и отряхивая её ладонью.

Вечером того же дня все узнали, что та невыразительная старушка — ну та, с сырными бутербродами и фаянсовыми серёжками, которая в грязь ходила в калошах и пересчитывала по три раза зарплату, корректорша эта,— с ума сошла.

Как маленькая щепочка, подхваченная пенным потоком, разнёсся этот слух по офису, обрастая всё новыми и новыми подробностями. Человеческие массы плавно вращались от корректорского отдела до кабинета главного редактора, ища повсюду маленького корректора, не забывая наведываться и в туалет, и на кухню,и даже в канцелярию.

Толпа маскирующихся любопытствующих, в основной массе — женщин, среди которых затесались два бородача из коммерческой дирекции, хотела узнать, зачем же и как можно было откорректировать текст следующим образом:

«Действительно, вдохновенные страховые компании исцеляют глаголом достаточно большое, измеряемое в душах десятками и сотнями количество человечных филиалов и отделений. Как правило, о, помни слово, брошенное сгоряча, высокопрофессиональные и златокудрые специалисты в области методологии страхового (с отсутствием страха в трепещущем сердце!) дела концентрируются в центральных, небесных, любых, головных, головастых, курчавых подразделениях компаний.

Рассматривая вопросы создания системы продаж, мы говорим о совокупности различных технологий продаж:

    * технологии прямых продаж (продажные, трусливые душой!) кадровыми сотрудниками;
    * технологии брокерских продаж; о, озари их чёрные надежды!
    * технологии косых, карманных, наживных почтовых и электронных рассылок;
    * технологии интернет-маркетинга; на тумбе я сижу, сижу на тумбе я!» —

и так далее, и так далее...



В течение рабочего дня то тут, то там организовывались небольшие и, естественно, негласные собрания по поводу потерянной старушки. И шапка вон её висит, и портфель коричневый, а её нет как нет. Как сквозь землю провалилась. Через три дня все её вещи перенесли на хранение в канцелярию, потому что Антонина Андреевна так и не пришла за ними. Да и уходила ли? После этого случая в главном офисе уважаемой компании стали ходить слухи, что поздно ночью, ближе к утру, кажется... к петухам (хотя какие петухи в центре Москвы?), можно услышать, как маленький корректор читает незнакомым голосом чьи-то стихи. Зоя Валерьевна убеждала всех, что слышала их, когда однажды осталась на сутки в офисе, доделывая годовой бухгалтерский отчёт для налоговой. Стихи были, конечно же, Пушкина. (Конечно же, Баратынского. Прим. авт.)

К списку номеров журнала «ДЕНЬ И НОЧЬ» | К содержанию номера