АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Алла Докучаева

Творческое трио

rightК 70-летию Башкирского государственного академического ансамбля народного танца имени Файзи Гаскарова/rightright/right





Так сложилось в последние годы, что административные особенности в ансамбле – прерогатива директора Рафиса Халимова, а творческая часть в ведении двух художественных руководителей – Рима Абдульманова, Гузели Асадуллиной и балетмейстера-постановщика Айдара Зубайдуллина. Все трое связаны дружескими узами, поскольку знакомы с юных лет, а Гузель и Айдар – счастливая семейная пара. В творчестве это взаимопонимание способствует единой идеологии, общим художественным принципам. Тем более что все трое опираются на опыт своего наставника –  известного танцовщика и хореографа Хашима Мустаева. Впрочем, в каждой главке, посвященной кому-то из творческого трио руководителей, этот их пиетет по отношению к учителю обязательно почувствуется.


Основатель династии

Умные воспитатели всегда говорят, что по возможности надо детей с малолетства учить многому – и шахматам, и музыке, и рисованию, и танцам. В биографии заслуженного и народного артиста РБ, заслуженного артиста РФ, ныне творческого руководителя в Башкирском государственном ансамбле танца Рима Абдульманова этот воспитательный прием сработал. Хотя специально его родители вряд ли задумывались, к чему в конечном итоге приведет их активного сына желание успеть и на хоккей, и на фигурное катание, и в кружок танцев, и на футбол.

Заниматься боксом на стадион Гастелло ходили всем двором, а еще Рим пробовал себя в борьбе. В четвертом классе вместе с двумя друзьями согласился записаться в танцевальный кружок Дворца пионеров. Рим почувствовал к танцам интерес благодаря педагогу Валентине Никитичне Малофеевой, с которой сделал самые первые шаги в народной хореографии.

Запомнился и еще один человек, приобщивший с 7 класса к серьезным занятиям танцами, – балетмейстер Риф Фатыхович Галеев, который создал сильный танцевальный коллектив во Дворце культуры завода РТИ. Ребята очень старались и через какое-то время достигли столь высокого уровня, что на профессиональном концерте во Дворце спорта их коллектив заменил номера ансамбля гаскаровцев, уехавшего на гастроли. Там как раз и заметили Рима Абдульманова присутствовавшие в зале Хашим Мустаев и Хазина Магазова. Рим был занят и в башкирском, и в русском, и в татарском танцах. Как вспоминал вспоследствии Хашим Фатыхович, "сразу выделялся парень в белых сапогах". Рим был буквально ошарашен, когда ему предложили:

– В государственный ансамбль танца пойдешь?

Пока не окончил десятый класс, занимался в студийной группе, где познакомился с Маратом Каримовым и двумя девятиклассницами – двумя Гузелями, одна из которых стала впоследствии его постоянной партнершей в сольных танцах, а другая женой. Но до этого еще должно было пройти время, а пока с 1 июля 1973 года они все были зачислены в ансамбль.

Когда Рим принес домой первую зарплату – 60 рублей, отец, работавший на нефтеперерабатывающем заводе, удивился:

– У нас ученик получает двести. Как с этой профессией будешь семью кормить?

Но он уже был увлечен всерьез и гордился, что попал в такой замечательный коллектив. И хотя одна из Гузелей ему уже приглянулась, о семье еще как-то не думалось. Все мысли были заняты разучиванием репертуара, репетициями, и уже в октябре грянули такие гастроли, о которых не мечталось даже во сне, – Франция, Швейцария, Монте-Карло. Он участвовал в массовых танцах, и радость переполняла, что причастен к успеху, который сопутствовал каждому концерту, а их случилось множество во время полуторамесячного пребывания за рубежом.

Перед поездкой в Италию тогдашний художественный руководитель ансамбля Хизбулла Зубайдуллин начал готовить с Римом дуэтный танец "Дружба", где его партнершей стала Гузель Асадуллина. Публика приняла их так бурно, как даже не ожидалось. Бешено аплодировали и требовали повторить номер на бис.

Хизбуллу Зубайдуллина Рим Салимьянович вспоминает с благодарностью, как самого главного своего наставника. Хашим Фатыхович успел ему поставить фактуру, подготовить корпус к танцу, а Хизбулла не только довел до профессионального владения техническими навыками, но старался показать характер каждого номера, особенно внутреннюю наполненность башкирского танца. Теперь, когда Рим Абдульманов сам наставляет молодых, показывая, как надо двигаться и что вкладывать в создаваемый образ, он объясняет, что сначала возникает зрительное восприятие танца, а потом уже переходит в мышечную память. И это так закрепляется в ученике, если, конечно, педагог стоящий, что потом по манере исполнения можно определить, у кого танцор набирался опыта.

В 1975 году Рима призвали в армию и полгода пришлось служить в ракетных войсках, в звании младшего сержанта был откомандирован в Йошкар-Олу. Как раз шла подготовка к всеармейскому смотру художественной самодеятельности ракетных войск, и Рим поставил для себя "Солдатский танец", и когда его показал отбиравшим номера начальникам, те были удивлены прекрасным исполнением. Перевели его в Дом офицеров, освободив на месяц от службы для подготовки к концерту в городе Юрья Кировской области.

Вскоре после концерта пришла телефонограмма: откомандировать Абдульманова в город Владимир, там он и дослужил до конца свой срок в военном ансамбле. И занимался любимым своим делом настолько хорошо, что был удостоен местной комсомольской премии имени Герасима Фейгина.

На заключительном концерте в Москве в театре Советской Армии Риму предложили поступить в организуемый ансамбль ракетных войск. Но к тому времени та самая Гузэлия, с которой с первого дня работали в ансамбле, так безраздельно уже владела его сердцем, что он тут же позвонил ей в Уфу, согласна ли переехать с ним в Москву. "Сначала вернись, потом будем решать", – ответила любимая, хотя, по всей вероятности, где-то в глубине души уже была почти уверена, что вряд ли стоит покидать родные края и родной ансамбль, который широко известен на весь мир, а каких высот достигнет армейский коллектив, еще неизвестно. В декабре 1977 года Гузэлия Валитова стала Абдульмановой.

Интересные творческие годы с долгими, зачастую месяцами длящимися гастролями захватывали целиком. Рим словно по наследству получил все те танцы, в которых раньше покорял публику Хизбулла Зубайдуллин, а потом передал их своему любимому ученику, с которым много и целеустремленно работал. "Охотник", "Северные амуры", где Риму очень удавалась партия русского офицера, "Медный каблук", где он демонстрировал класс вместе с Радисом Тутмановым, Рифом Габитовым, Айдаром Зубайдуллиным, стремительные "Косари", где каждый из участников мог показать свою удаль, –  в этих мужских танцах проявлялись и стать, и мощный темперамент, и высокая техника Рима Абдульманова, а в его выразительных дуэтах с Гузелью Асадуллиной на первый план выходили рыцарские качества в отношениях с женщиной, сила и мужество. Особенно интенсивным и сочным стал выглядеть мужской танец, когда художественным руководителем ансамбля работала Фая Сахиповна Гареева. В паре со своей Гузэлией удалось Риму встретиться на сцене лишь однажды, когда Ильдус Хабиров поставил танец-поэму "Салават" в трех частях, где Рим был Салаватом, а его жена исполняла партию Амины. Но он всегда гордился, что его половинка прекрасна в "Гульназире" в дуэте с Айдаром Зубайдуллиным, что ей аплодируют за "Бурзяночку" и "Зарифу", за индийский танец, что она на уровне хорошей драматической актрисы изображает невесту в "Женихе". Заслуженная артистка РБ Гузэлия Абдульманова, вписав запоминающиеся страницы в историю ансамбля, с 1993 года работает в Башкирском государственном театре оперы и балета: сначала была инспектором, потом стала директором балетной труппы.

В 1998 году Рим Абдульманов с красным дипломом окончил Российскую академию театрального искусства в Москве. Там он усиленно занимался классическим балетом. Это очень пригодилось впоследствии, и когда он проводит репетиции в ансамбле, и когда ведет занятия на хореографических отделениях в ВЭГУ и Башпедуниверситете. А как-то даже пришлось станцевать балетные партии на сцене Башкирского театра оперы и балета: труппа уезжала на гастроли в Голландию, и главный балетмейстер Шамиль Терегулов попросил Рима станцевать ведущие балетные партии в операх "Князь Игорь" и "Аида". После нескольких репетиций он отлично вписался в эти спектакли, и Терегулов смог спокойно забрать своих солистов на гастроли.

Рим Салимьянович преданный рыцарь танца. Трудно даже представить и ему самому, и окружающим, мог ли он заниматься чем-то другим. Судьба уже испытывала его однажды: поехал за костюмами, а на улице лютый мороз. Вернулся перед самым выходом, не успев разогреться. Ноги как деревянные, прыжок – и перелом стопы. Заключение врачей: ходить сможете, танцевать – нет. Неужели придется смириться? Сидел дома с только что родившимся сыном. И все время размышлял, как жить без сцены. Нога подживала, и он стал давать ей постепенную нагрузку через боль, через усталость, придумывая изматывающие упражнения со жгутом, вспоминал какие-то ухищрения, которые раньше применял, когда не один раз до этого рвал связки. В общем, через полгода возобновил занятия в танцклассе, а еще через месяц вышел на сцену. Последний раз как танцор Рим Салимьянович выступал во время гастролей в Лондоне в 2001-м году. А потом свои любимые номера вручил в надежные руки Рустема Мулюкова. Он стал ведущим солистом коллектива, народным артистом Башкортостана, и, наверное, если взглянуть на него, танцующего, глазами профессионала, то в его манере проступят черты наставника, хотя превалировать будет собственный почерк, тот самый внутренний огонь, который стремится высекать в своих воспитанниках их педагог и творческий руководитель Рим Абдульманов.



Как предрекла судьба

Однажды, когда маленькой Гузели не исполнилось и трех лет, она предприняла первое самостоятельное путешествие, напугав взрослых, –дотопала от своего дома на улице Аксакова аж до филармонии. Гузель Рашитовна смеется: дойди она тогда до оперного театра, может стала бы балериной. Гузель Асадуллина в своей 49-й школе ходила в танцевальный кружок, ее приметила преподаватель ритмики Галия Нуриевна Магазова, сестра знаменитой танцовщицы ансамбля Хазины Магазовой. Эта связь не случайна: вспомнить хотя бы, что Хазина Нуриевна дала юной Гузели свой белый костюм, который был на ней в день ее 50-летнего юбилея, и такая своеобразная эстафета сыграла знаковую роль в профессиональной карьере народной артистки Башкортостана и заслуженной артистки России Асадуллиной.

Попав 8-летней девочкой в студию при Башкирском театре оперы и балета, она занималась у Майи Тагировой. В 13 лет заняла первое место в республиканском смотре художественной самодеятельности. Ей было всего пятнадцать, когда тогдашний художественный руководитель Башкирского государственного ансамбля народного танца Хашим Мустаев открыл молодежную студию и принял ее туда, как весьма перспективную танцовщицу, в которой сразу высмотрел будущую солистку.

Она тогда и вела себя прямо-таки как прима, показывая иногда характер. Однажды у нее долго не получался пти-батман, и она уже устала повторять одно и то же движение. Однако Хашим Фатыхович никаких послаблений не давал и, когда после его очередного требования повторить раскапризничалась: "Хватит, больше не буду", он припугнул: "Что ж, тогда пиши заявление об уходе". Она и написала, будучи уверенной, что он ее отчислит. Когда же этого не произошло, вывод для себя сделала раз и навсегда: если хочешь добиться успеха, работай над собой, трудись до седьмого пота, а может, и до восьмого...

И потому сольные партии, которые вскоре получила, рождали в ней рядом с гордостью чувство великой ответственности и перед своим коллективом, и перед зрителями. Занималась до изнеможения: утром репетиция, потом бегом в школу, где училась во вторую смену, вечером опять танцы. Оценки у нее были хорошие, от школы ее даже хотели отправить в Австрию совершенствоваться в иностранном языке. Родители были «за», оба работали на заводе и практично рассуждали, что нужна более земная профессия, нежели артистическая, – недаром в свое время не согласились отпустить ее в Ленинградское хореографическое училище. Однако тут вмешался Мустаев, настойчиво убеждая, что призвание Гузели – танец. 1 июля 1973 года она была принята в ансамбль. И первая ее гастрольная поездка с коллективом оказалась сверхфантастичной: Уфа – Москва – Париж. Ей казалось, что она попала в сказку. 1 октября именно здесь, во Франции, Гузель отметила свое 16-летие.

Теперь она говорит, что из всего многовкусия своего почти 40-летнего служения танцу в начале ей выпало самое сладкое и уже после досталось и соленое, и кислое, и горькое. Хашим Фатыхович называет Гузель Асадуллину большой умницей. Прежде всего потому, что она и разумом, и чувством поняла, какое огромное значение для становления народного танца имеет наряду с фольклорной основой изучение балетной классики. И как солистка ансамбля исповедовала этот принцип, и теперь как творческий руководитель коллектива не мыслит без него своей работы. Потому наверное с такой любовью и почтением вспоминает Майю Авзаловну Тагирову, которая была в ансамбле педагогом-репетитором по классическому танцу: как умела сочетать свою спокойную тактичность с настойчивым доведением до ума каждого движения. И не забывает уроков чудо-балерины Фирдаус Нафиковой, когда та просто мимоходом, встретившись на репетициях к общему концерту, заставляла стоять на полупальцах с прямой спиной, с красивой осанкой.

Что точно отличает Гузель Асадуллину, так это ее уникальное умение учиться. Крупинки чужого опыта, словно огранка у алмаза, только подчеркивали ее собственную индивидуальность. Приезжавшие из других городов постановщики, знакомясь с артистами в массовом танце, мгновенно выделяли Гузель и Рима, которые даже в многолюдных номерах, сходясь в пары, оказывались вместе. В "Азамате", "Гульназире", в той же "Дружбе" – они везде сверкали особой пластикой, зажигали внутренним огнем.

В 1988 году директор ансамбля Ахат Фасхутдинов назначил Гузель и Рима педагогами-репетиторами за их мастерство и умение помогать другим. Когда Гузель Асадуллина в 1998 году как дипломница ГИТИСа предстала перед представительной комиссией, бывшая прима Большого театра Раиса Стручкова, выслушав ее сообщение, воскликнула: "Да она же готовый педагог-репетитор!" С красным дипломом вернулась Гузель Рашитовна в Уфу, где ее недюжинные педагогические способности проявляются ежедневно и ежечасно, рождая к жизни новые танцы, восстанавливая старые – "Гуси-лебеди", "Шел солдат по Берлину" и другие, беспрестанно совершенствуя мастерство артистов ансамбля, или, как она сама выражается, "шлифуя индивидуальности своих девочек".

Быть творческим руководителем ансамбля, конечно, непросто, но у Гузели Рашитовны счастливо сочетаются талант и опыт, творческая фантазия и упорство, требовательность и терпение. Сама образец женственности и красоты, стройности и подтянутости, стильного облика в одежде, она просит "своих девочек" даже на репетиции выглядеть достойно – не серыми мышками, а артистками. Что уж говорить о ее требованиях профессиональных, когда она не пропускает мимо своего внимания ни одного самого малого жеста, движения, поворота: "Даже по спине исполнителя должно быть видно, что это за танец". Она объясняет каждый танец, как мини-спектакль. И учит наблюдать за собственной мимикой, фиксируя перед зеркалом удачный поворот головы, наиболее привлекательную улыбку: "Солистка обязана чувствовать себя королевой, а это не только красота и достойная поза, но и характер. Может быть, характер прежде всего. И темперамент, женственность – они должны исходить изнутри, а не быть лишь внешним кокетством". И называет имена тех, кто отвечает этим требованиям: народную артистку РБ Алсу Шафигуллину, заслуженных артисток РБ Эльмиру Набиеву, Ольгу Андрееву, Илюзю Нугманову, Алсу Гайнетдинову, Алсу Валиуллину...

...В одной из статей, вышедших к молодому юбилею Гузели Асадуллиной, прочитала вопросы, адресованные ее знаменитому мужу Айдару Зубайдуллину: он должен был сдать своеобразный экзамен на знание привычек и привязанностей своей жены: какие любит духи, какие предпочитает блюда, как ей нравится отдыхать. Любящий супруг пленительной женщины, он, конечно, в курсе этих милых мелочей, но он знает и самое главное: что их союз по-настоящему творческий, в котором двое не только смотрят друг на друга, но, что гораздо важнее, – смотрят в одну сторону.

Сын Гузели Рашитовны Тимур Абсатаров окончил хореографическое училище имени Рудольфа Нуреева, тоже танцует в ансамбле. О его сольных номерах мама говорит с осторожностью, боясь показаться нескромной: "Как Тимур танцует, очень понравилось Зиларе Аюповой. Она похвалила, а это мнение авторитетное". И улыбается, когда речь заходит о маленькой внучке Самире. Что ж, когда в одном букете сочетаются любимая работа и любимые близкие люди, то можно считать свою жизнь не просто состоявшейся, а даже назвать ее счастливой.



Известная фамилия

Айдара Хизбулловича Зубайдуллина в Башкортостане знают как режиссера-постановщика самых крупных праздников, фестивалей, спортивных соревнований не только республиканского уровня, но и всероссийского, европейского. Его имя как солиста, а затем художественного руководителя ансамбля имени Гаскарова не только в истории коллектива: народный артист Республики Башкортостан Айдар Зубайдуллин работает здесь балетмейстером-постановщиком. А еще он педагог –  профессор, создатель и руководитель в Уфе первой кафедры хореографии в ВЭГУ, приглашен и на музыкальное отделение Башпедуниверситета, где также создал кафедру хореографии и ею заведует.

Красивый большой человек, яркий, одаренный, он шутит, что родители постарались наградить его отличными генами. Наверное, в самом деле, и талант танцовщика, и дар хореографа-режиссера, и упорный характер он унаследовал от старших, приложив еще работоспособность и желание в любое дело, которым занимается, вдохнуть бессмертную душу своего народа вкупе с современным взглядом на культурное наследие и пути его сегодняшнего развития.

Если проследить те корни, которые напитали его любовью к искусству вообще и к танцевальному в частности, то начать надо с бабушки, маминой мамы Эмэгульсум Фатхульгалимовны, у которой Айдар был любимым внуком. Его мама Фая Сахиповна Гареева, солистка ансамбля, ставшая в 1959-м лауреатом VII Всемирного фестиваля молодежи и студентов в Вене, родила своего сыночка в 1963 году и до 1971-го продолжала выступать в самых ответственных партиях разных танцев, а следовательно, и активно гастролировать. Потому маленького Айдара оставляла с бабушкой, и до поступления в школу, кроме воспитательниц в детском саду, его главной наставницей была нэнэй, да и позже, будучи школьником, студентом, он считался с ее авторитетом. Бабушка замечательно пела старинные песни, знала массу интересных сказок, была учительницей, весьма образованной, изучала арабские, тюркские книги, знала латынь, но, главное, была и мудрой, и властной, с ней считалась вся родня.

Благодарная память о ней живет в нем и по сей день. Родители к счастью, дожили до того времени, когда уже могли гордиться успехами и достижениями взрослого сына. Когда они ушли из жизни, Айдар Хизбуллович был уже художественным руководителем Башкирского государственного ансамбля народного танца.

Вспоминая о детстве и маминой занятости, Айдар Хизбуллович рассказал, что для него самым счастливым днем была суббота, когда детский сад не работал и вся малышня вместе с родителями отправлялась в филармонию, где шли репетиции ансамбля. Там в заветном сундуке с реквизитом лежали сабли, луки, и начиналось у детворы настоящее поле боя. А еще Айдар подражал взрослым танцовщикам, изображая косаря, и Гаскаров просил: "Уберите ребенка, еще сшибут его". Между прочим, именно он посоветовал, как назвать мальчика, когда тот родился: Айдар – дар Луны.

Когда Айдару было лет 13-14, его танец "Горный орел" уже имел успех даже на правительственных концертах. Его увлечение хореографией было далеко не единственным среди прочих, не менее интересных занятий: играл на пианино, посещал секцию баскетбола и учился в 35-й школе, которую окончил с золотой медалью.

С полного одобрения родителей Айдар поступил в Московский государственный институт культуры и искусства. Кафедрой хореографии заведовал известный профессор Игорь Валентинович Смирнов, преподавали солисты Большого театра и ансамбля Игоря Моисеева. В 1984 году Айдар Зубайдуллин получил красный диплом.

Поступив в 1985 году танцовщиком в Башкирский государственный ансамбль народного танца, он вскоре стал ведущим солистом, исполнителем сольных партий в танцах "Гульназира", "Зарифа", "Медный каблук", "Косари", "Укротители", "Северные амуры". Учась заочно в Российской академии театрального искусства в Москве (ГИТИС), он в 1995-м становится главным балетмейстером ансамбля, а вскоре и его художественным руководителем. Кстати, этот институт он окончил в 1998-м и опять же с красным дипломом. В газете "Советская Башкирия" 6 февраля 1997 года было опубликовано интервью с Айдаром Зубайдуллиным. Журналист Галина Карпусь вела эту беседу, и отдельные фрагменты хотелось бы здесь напомнить, поскольку они проливают свет на некоторые позиции Айдара Хизбулловича как художественного руководителя коллектива, чувствующего свою персональную ответственность за его настоящее и будущее. Он говорил о том, что звание "академический" поставило гаскаровский ансамбль в ряд самых престижных: "Такие коллективы можно пересчитать по пальцам. Их всего три – Государственный академический ансамбль народного танца России под управлением Игоря Моисеева, Государственный академический хореографический ансамбль танца "Березка" и вот теперь мы... Статус академического – это канон. Все долгие годы существования наш коллектив стремился к совершенству и поднялся на высшую ступень иерархической лестницы благодаря неимоверному труду и "вечному" поиску. "Сработала" программа, заложенная еще Файзи Адгамовичем Гаскаровым... Место Гаскарова – среди гениальнейших балетмейстеров нашего времени".

Одним из достижений Зубайдуллин называл то, что ансамбль стал иметь творческую "подпитку": "Министерство культуры республики пошло нам навстречу и открыло в этом учебном году на базе Уфимского хореографического училища отделение народного танца (прежде были только классы). Ансамбль сам создал приемную комиссию, мы проехали по всем районам республики, а также по Оренбуржью, Челябинской, Пермской областям".

Наверное, главная черта творческого почерка Зубайдуллина – это новаторство при глубоком уважении к народным традициям. Для студентов им впервые введена такая дисциплина, как "Методика преподавания башкирского танца", и вместе с сотрудниками кафедр написаны на эту тему научные работы, проводятся семинары.

В ансамбле имени Файзи Гаскарова Айдар Зубайдуллин поставил танцы "Молодость Башкортостана", "Ехал я из Берлина", турецкий, белорусский "Веселуха". В репертуаре Государственного ансамбля танца Татарстана – поставленный им номер "Мелодии Урала". В Башкирском театре оперы и балета он ставил танцы в операх "Салават Юлаев", "В ночь лунного затмения", "Нэркес", "Богема". Безусловно, он способный балетмейстер-постановщик, но, наверное, самый востребованный его талант – режиссер-постановщик массовых театрализованных представлений и праздничных шоу, посвященных разным большим датам.

Он разработал целый цикл грандиозных представлений по башкирским народным эпосам "Урал-батыр", "Акбузат", "Поэма о курае", "Поэма о юноше и коне", "Поэма о живой воде". Автор концепции и главный режиссер-постановщик, он преследовал благородную цель: на стадионах и прочих площадках, рассчитанных на две-три тысячи зрителей, донести до собравшейся публики красоту и богатство башкирского фольклора. Огненные файер-шоу, сотни красавцев-коней, огромные ростовые куклы, колоссальное изображение памятника Салавату Юлаеву, десятки нарядных юрт – эта праздничная "сценография" создает запоминающееся зрелище, которое восторженно принималось и в Уфе, на стадионе "Акбузат", и на сабантуях в Турции, в Москве. В 1997 году, когда в Москве проходили Дни Башкортостана, Зубайдуллин был главным балетмейстером открытия и главным режиссером закрытия праздника. И в 2007-м году на торжествах в республике он вновь был режиссером.

Имя Айдара Зубайдуллина, как талантливого режиссера-постановщика, известно далеко за пределами башкирского края. Так, Зубайдуллину довелось принимать участие в подготовке юношеских Олимпийских игр.

Когда-то профессор ГИТИСа Евгений Петрович Валукин, который выделял способного Зубайдуллина среди студентов-заочников, говорил ему, что только тогда получается "медовый результат", когда, словно пчелка, летающая с цветка на цветок, собираешь по капелькам, по крупицам знания и опыт. Айдар Хизбуллович даже достигнув значительных успехов в своем творчестве не перестает учиться и много работать. К списку его необычайной востребованности прибавилась с 2008 года еще работа председателя комиссии по культуре Комитета по делам ЮНЕСКО РБ.


Конечно, Башкирский государственный ансамбль имени Гаскарова славен многими именами. Всех не перечислить, но поздравить с праздником хочется всех: и ветеранов, которые начинали еще при Файзи Гаскарове, и тех, кто, оттанцевав свои два десятилетия и преумножив славу коллектива, теперь руководят самодеятельными и детскими ансамблями танца по всей республике, и молодых, которые недавно влились в гаскаровское содружество и стараются быть достойными неувядаемых традиций, настоянных на народном творчестве в сочетании с современной хореографией.

К списку номеров журнала «БЕЛЬСКИЕ ПРОСТОРЫ» | К содержанию номера