АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Константин Матросов

ЧЁРНАЯ ВЕСНА. Стихотворения



                           Е. Н.

1.       intro

на улице, свернувшейся ужом, –
и узкой до того, что дождь не вставишь,
с полуподвальным первым этажом, –
ушедший в землю, как залипший клавиш,
где созданная моцартом бемоль
побила все – какие есть – надежды
на то, что снова будет что-то между
или хотя бы, что уймётся боль,
стоит тот дом, где, в общем, всё равно
спирт или спорт – бренчат допрежь мощами,
воняют щами древние мещане
в распахнутое на лето окно.
здесь жил сосед в засаленном трико,
гудел навроде трубного оркестра.
из всех отверстий оглашал окрестность,
на общей кухне грея молоко.
с женою жил тогда другой сосед,
но тоже позволял такое соло
себе, что часто вызывало ссору, -
а ссора – это, минимум, дуэт.
вы летом заселились, а к зиме,
когда морозы грянули крещенско,
ты, счастлив как никто тогда, зане
любовь росла как будто бы крещендо,
о чём подсказывали журавли,
его обозначение рисуя
в холодном небе, осознал, что влип
в засаду ласк её и поцелуев.
но сказки наяву с плохим концом –
автомобили будто фишки в нардах
и ты идёшь с трясущимся лицом,
расчерченным слезами на три.


2.       весна 2007


…обёрнутая в небеса, весьма
похожие на тасканые джинсы,
гуляет в стразах фонарей весна
по городу, где тоники и джинны
всё более приобретают спрос,
желанье исполняет добрый тоник,
чтоб юбки перешли в обратный рост,
а джинн, чтоб вместо свитера был топик.
когда, стихов белее, снегопад
день ото дня становится дождее,
в игре зимы и лета – вечный пат,
луна скрипит пластинкою ди-джея,
вы встретились, чтоб превратить в одно,
как говорят про сердце – половинки.
хотя, друг к другу даже не привыкли,
всё было наперёд предрешено.
используя несчётные припасы
из ожегова, ваша речь была
мытьём костей – вы мыли добела,
точеньем ляс – и вы точили лясы.
вооружённые брели домой.
питались по пути оконным мёдом.
сирены писк распространяли свой,
изображая писк последний моды.
и будто бы какие щипачи,
вы прятали дыхание в ладони,
пока вы не оказывались в доме –
влюблённые, и честные – почти.


3.       ноябрь 2007

…тебя по кругу повело враньё –
так, что покрышки и мотор сгорали,
ты совершил отчаянное ралли
вокруг мизинца белого её.
как только стаял гололёд, был старт,
всё это ты из прошлого не вынешь:
приём колёс в себя, чтоб не отстать,
или хотя бы, чтоб прийти на финиш.


4.       осень 2007

…что вам осталось, что осталось тем,
кто носит за собой обрывком ночи
от фонарей шныряющую тень?
лишь суверенность ваших одиночеств.
в аллеях, ставящих листву на кон
настала осень: клочья грустных реплик
и ветер флаг над министерством треплет
не хуже, чем политик языком.
страдая недостаточностью жабр
ты вылетал в трубу и падал в невод,
однако помощи ждать было не от
кого – друзья лишь бормотали: «жаль».


5.       зима

…архангелы, когда пришла зима,
азартно, как при шмоне вертухаи,
муку и соль из неба вытряхали,
да так, что опустели закрома.
а может быть, когда стоял спиной
к оконному проёму, землю крыли
крошась, твои же собственные крылья,
забытые тобою за стеной.
ты знал: нельзя заполнить грудь твою,
такое – будто заново родиться,
расширились зрачки будто бы у
базлающего с тишиной радиста.
обед. твой растекается анфас,
как мысли, в над едой застывшей ложке.
психушка. и подрагивает глаз
соседа, стол загадившего крошкой.


6.       чёрная весна

…весна лишила штукатурки мир
и как бы ни был ты теперь опаслив,
катался против воли, точно сыр,
в разлитом всем известной анной масле.
не баловал приветственным теплом,
покрывший на ночь неба сковородку
местами поцарапанный тефлон,
и сердце грело не тебя – воровку.
луна – оставленный у кассы грош.
как ни торгуйся, а любовь не купишь.
с проворством шивы показать бы кукиш
полям, где культивируется ложь.
стекают капли уж который час
с железных кровель, выявив их триппер,
но как бы ни был долог дождь и част,
его сквозь водостоки город выпил.


7.       после

…дождь за окном натачивал клинки
серебряные о брусок асфальта.
последним паззлом лязг дополнил свалку
в квартире: зеленевший от тоски,
в горшке застыл, топорща иглы, ёж,
печально глядя на заимодавца,
которым для него мог стать бы дождь,
считавший, что проникнуть внутрь удастся
и вот на зарешёченном стекле
алмазные напруживались жилы,
две лужи растекались по скуле,
которые в глаза тебе вложил он.
открытая бутылка, простыня
подобна смерчу, взбившему подушки.
из крана в мойку падают, звеня
по очереди медные полушки.
окно с сорокоградусным наклоном
дождинки полосуют и секут.
часы жуют недели, монотонно
хвостом отмахиваясь от секунд.
ты встал, накинул плащ и вышел вон.
накинул плащ и в будущее вышел.
наискосок был заштрихован фон,
фундамент зябко скрадывала крыша.
текла за шиворот твоя беда,
противная – не лучше летней гнуси –
вода, которая сойдёт, вода,
которая сойдёт с тебя, как с гуся.

К списку номеров журнала «ЛИКБЕЗ» | К содержанию номера