АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Дмитрий Дедюлин

Эфиры Райские. Стихотворения




ТРИЖДЫ ПОНЯТНО МНЕ БЕССТРАСТЬЕ ЧУЖОЙ ВОЛИ

Сорок раз
Помяну город
Гробницы сады бани сады обрывы
Суровые лары
Седые травы
Чёртовы чёрные матери
Уставшие рабыни их
Волочащие груз своей участи
Охи и ахи оробевших рыбаков
Выловивших младое милое тело порфироносной утопленницы
Стремительно лестницы
Сбегают вниз по береговым
Уступам
И было ли синее море?
Дикие скалы
И раздетые утренним светом
Радостные и гордые родные храмы
Гулкая глухая прохлада их колоннад
И священная трепещущая мостовая
утверждённая шёпотом множества подошв
или бесчисленными голосами
или овеянная тихим эхом молчаливого прошлого
давайте-ка пройдёмся по улицам
взявшись за руки
разобравшись по парам
украсив себя цветами
утратив своё былое
тусклое угасающее
и умастив себя благовонными мазями
а где же это мерзкое солнце
светящее сквозь
сизые низкие тучи в малиновом
плотном тумане?
Багровый шум приближаяся
Нарастает
Возносится к небу
Как ужасные клубы дыма
Со ста страшных
Жертвенников
С чем же
Их сравним
Сработаны
Сделаны
В виде извившихся
Металлических змей
И пасти раскрыты
Глаза их горят
Нездешним пламенем
И уже рождены
Новые дары
Редкостными стеклянными красными
Угольями жаровен

О как цари жалки
Ценят не забавы  -  веселье:
Бег колесниц
  бои быков
львов
весёлых лосей
подростков
куропаток
и возню гладиаторов
и приземлившись мгновенье продолжает длиться
прохлаждаясь
мимо проходишь
дитя войны
бог
сжимая в руке
деревянный меч
семь врат отворены для тебя
выбирай любые
как лезвия
или путь
ведёт
тебя
к неизведанным
как извивы
безднам?
Не лучше ли
Не легче ли
Обратить острие оружия
Своего и грозного
По направлению
Прямо
К сердцу
Прячущемуся за тяжёлыми складками
Цитадели?

ОФЕЛИЯ

Офелия, твои увяли розы,
Как во гробе
Принц Гамлет собирает свои пожитки и готовится к отъезду
На датском взморье сильный ветер волны буруны
Вовеки не забыть мне твоей погоды священная северная земля
К вам домочадцы шлют мальчишку
И он запыхавшийся вас спросит: «Что мне делать?»
А вы ему ответите просто: «Ничто»
И он стремглав несётся по коридору
Спеша исполнить любовное порученье
Сошедшее с ваших уст уставших
А вы тем временем к окошку отвернётесь
Ведь там закат невешний нежный     чайки
Ты страшен, Эльсинор

ЧИСЛА

Любострастная луна пробирается сквозь тяжёлые облака
Дно реки нестерпимо сияет
Видны      камни водоросли уснувшие и ночные рыбы
Небо   не предвещает ничего хорошего
С севера надвигается чёрная туча
Вот удар грома вдруг резво прорезал тишину
И ярко и внезапно сверкнула молния
Частые капли дождя    застучали о почву
И о сухую листву   схожую с перепончатыми лапами    или ластами
почти голого поджарого леса
Местность   упругая угрюмая как глагол    открытая
Что для глупого гулкого    что для ясного опасного
Что для внимательно изучающего взора
Бледное шоссе стремительно темнеет
Покрываясь влагой
В оцепеневшей деревне
Ни огонька
Железо крыш     мерно гудит
От неровной     барабанной     дроби
Но знаменатель    вычтем
Останется     лишь числитель
Под коим нам     жить всем    вместе
Возвещая и выдерживая    его вес    и непреходящее    значение

АРАПЧОНОК


Семёрка     вот что тебе     нужно
Мой мальчик      гусар
Игра     выверена до предела
Бросай
Но ты остаёшься     неподвижен
Сморщив чело    колеблешься     сомневаясь
Тузы и шестёрки      толпятся в передней твоего разума
Ты     не решаешься
Валет     чуть не выскользнул    из под обшлага
Такой маленький     миленький а
Уже шулер
Вот оно      модное воспитание
Тушат свет       лакеи выводят пьяных       под руки
Этих     проштрафившихся в пух и прах
Дерзай же


КОНЕЦ ИСТОРИИ

Сухой стервятник неврастеник
Играет с тенью
Но всё это сквозь голубые облака
И алая луна смотрит
Всё что считалось небылью давно уже сказка
Чёрный кот крадётся из-за угла квартиры
Мягко и упруго ступая
Тварь не получила сегодня своего комнатного лакомого куска
Он тихо идёт к стулу на котором сидит бесстрастный хозяин собственной свиты-совести
Кот не узнает как дорого
Одинокому шахматисту его скупого шахматиста уединенье
И он его хозяин ловит за ноги обещанного мотылька

* * *
когда ты жив уже или ты мёртв уже
весомо неба притяженье
безмолвно примем пораженье
день прекратившийся без жертв
сменяет ночь подсобной сверстницей
сияют дивные лучи
а кто идёт по чёрной лестнице
усни, любовь моя, в ночи

ПОСЛЕДНЕЕ ИЗВЕСТИЕ

гневно

По волчью ягоду бреду и по грибы
Во сне шепчут и сияют слёзы как созвездья
Тугое скользит в руках лезвие
Я где-то видел вас; ну, что за вид?
И к вам ведь прикоснуться можно
Вам холодно, о, боже,
Ни слова вы молчите и бледны
Камелия в ночи тут ставшая фиалкой страшной
В губах весомая дрожит улыбка
Как шоры шёлковая ваша мысль
На землю спустится мелькнувшим одеяньем
Тяжёлой поступью идёт за вами жизнь
И царское сбирает подаянье

* * *
когда уйдёшь – уймёшь, под занавес двух крыл
и небо тихо потемнеет
тогда поймёшь что ты забыл
звезду которая умеет
подземной кровью течь и называться раем
весть входит словно меч
и мы сгораем
как каменная печь
звезда в оправе
огня который смог её облечь
а мы не в праве

ГОРОД «ЛАЗАРЕТ»


Весёлая медсестра заходит в палату чтобы сделать укол спящему
Кровавые лучи атласного заката скользят по блестящим поверхностям деревянного крашеного под цвет красного кирпича пола
Медсестра смеясь указует своему отражению на причину -- притчу, своего естества
Смерть не благоуханна и не благосклонна сколько её не проси
И сирое сердце исступлённо замирает в испуганном сизом сумраке
Белая пленница исполнена нежности и уже покинула своё обиталище
И эту безлюбую узколобую больницу
да впрочем и о
чём говорить
всё так и уже ясно и уже ужасно
и небо запирает на ключ на клюв свой овальный портрет
снимает его как слезами
как церковный набат
смывает с небес
стаи чёрных нетопырей

ОСТРОЕ

10

Авсоний пал во полумрак зелёный
а так колодец был глубок и внятен
и сердце низ постигло
ниц со склона
чтоб свет возник средь их бесплодных пятен
возьми себе немного сих ладоней
что так колеблемы во тьме голубоокой
в сетях блестит стезя для Посейдона
улов в бинокль как праздник многократен
и трогает земля земное лоно

СПЛИН ИЛИ ИДЕАЛ

Каждое утро я просыпаюсь в горячей ванне полной крови
Тёмное низкое солнце заходит ко мне в комнату
Я не верю ни ему ни себе
Верю я только колебанию этой вялой поверхности
Под блёклыми его лучами
Я замираю
Меня одолевают и жалость и сомнения
Во всяком случае
И в себе
И во всём
Как и в ведьмах
Нет, чтобы спросить себя:
«А не напрасно ли ты – да, ты
Убил даты картину на которой были нарисованы
Весёлые зелёные зонтики и синие тополя?»
И где же твоя земля, пилигрим
И что тебе делать с нею
Если ты хочешь спуститься в Аид
Один
Или скатиться перлом?
О спасибо тебе, дивная власть,
Я хочу умереть спокойным
Чей алый челнок на белой утомлённой реке
Никогда не соприкоснётся не сольётся с устьем?


UN COUP DE DES – ОСТАВЛЕНЫ В ЗЕМЛЕ


             Посвящается Анне Глазовой

Стеклянный завод
На котором
Делают головы
Мохнорылый урод
Заливает олово
В открытые рты
Ты
Что-то увидел?
Ты как манекен
Пытаешься выйти
Сквозь стекло
Покамест
Ночь
И тепло
Под платьем
В твоих объятьях
Задыхается воздух
И так просто
Не вернуться обратно
Как пятна на Солнце

АЛЕКСАНДРИНА ЕГИПЕТСКАЯ

ровная повадка

александрия египетская ступая по мягким стёклам стелется
охотится за своей тенью
александрия убивая кастрируя пепельного варана улыбается
отсылает любовный воздушный поцелуй
и неспешно скользит с успешной усмешкой
небрежной ловкостью призрачной греховной куклы
расстилая рассыпав по снегу медныя как лучи локоны
или ты не рада? –
александрия, отчего ты грустишь
нам указывая пальчиком на пастиш?
и пчёлы изображения –
руно золотое как правда?

(в тексте «Александрина Египетская» фигурирует александрия египетская, что естественно, и даже натурально. Прим. автора.)


MELLONTA TAUTA

Ву а ля love
Если так дальше пойдёт
ничего не останется
А впрочем ничего уже и нет
А есть только серая земля
Покрытая алыми снегами
Изрытыми острыми следами копыт
Но где пасутся эти табуны?
Не знает никто
Да и вряд ли это необходимо нам знать
А есть только сладкая надежда
Умереть спокойным
Весело и счастливо улыбаясь
Но не легче ли избежать этого счастья
Становясь не собою
А кем-то
Кто только задуман и проецируем?

* * *

да, эта радость  -  шум парчовых крыл
а в сырости звезда ночей бессонных
и я забыл тебя, давно забыл
и жертву эту честную не тронул

луна сто лет сияет в сих лесах чудесных
лучась как нимб тугие стрелы мечет
закат пылая мёрз как март и спелый запад
и белый глаз напоминаний вещих




К списку номеров журнала «НОВАЯ РЕАЛЬНОСТЬ» | К содержанию номера