АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Евгений Пышкин

Чревовещание

***

солнышко понедельника ай-люли

червячок на крючке не рыбка

из-под вывернутой наизнанку сырой земли

суходол зарастая шрамы саднит стернит

как нащупав оскомину острием клыка;

но ещё не востро копие под ним

 

так и будет бабушка говорит

говорят не к войне так наплодимся до войны

не виверну выхухоль выходит высидит

росомаху с размаху в бочину на сука на

в ответ росомаха выхухолю говорит;

у обоих наглядно бока больны

 

и обоим правильнее будет всего

не подумав задуматься о былом

всё прошло всем ветрам назло

и черёмуха отцвела и отцвёл

горний, праздный суходол;

языком без губ не сделаешь пальцем во

 


***

письменное индивидуальное творчество

ты тень по которой распознаю объём

письменное индивидуальное творчество

ну о чём мы споём вдвоём ни о чём

 

я проверяю тебя на повторение

как из-под крана вода капну и помолчу

как потерявшего близкого потрепав по плечу

ты проверяешь меня на повторение

 

и выкуриваешь всю пачку и сипя

шепчешь мне тяжко мне тесно мне

кто мы спрашиваю себя

так диптих с двумя неизвестными

 


***

 

«мир всё ловит тебя на слове»

А. Борбат

 

это жизнь без знаков препинания

но одной басовой запятой

то ли в шутку то ли по незнанию

слышу голос гулкий и пустой –

 

тянется себе на заднем плане и

видимость в потёмках создаёт

это я иду в огромном здании

странным осязанием вперёд

 


***

я вышел покричать на экстерьер

но понял что ничем не обоснован

мой гнев мой гной и стал я например

уравновешен дружелюбен снова

 

да, всё прошло и лунный аспирин

понизил до температуры слова

температуру вопля лишь один

крик вырвался но прозвучал условно

 

и не успел собак разбередить

скучающих во сне не вслух скулящих

о том что может ждёт их впереди

в джинсе лодыжка с мясом настоящим

 


***

мы свыклись, а не свыкнулись

с прощеньем, сожаленьем и прощаньем

и только потому жуём не врозь

несолнечное вещество стихотворенья,

в рот нам невроз, а вместе –

как лучшие по этой части, впрочем,

ведь каждое молчание поэтов

есть чтение – читание поэтов:

нам день и ночь себя в лицо кричат

слова, что помогают нам молчать

о том, чего не можем намолчать,

о том, чего не можем намолчать,

о том, чего не можем намолчать

 


чревовещание

 

Жене Ивачевскому

 

у меня была горгона,

я не помню, как она выглядела:

была ли она красива, на какой-либо вкус,

или питалась просом, колесом, мясом, –

 

я не помню обстоятельств её догадки

о том, что липкие сны обывателя

ведут звезду к коллапсу по осенней тропинке,

снегопад вдоль которой усугубляет время,

 

и утром, когда перед стрелкой забрезжит шесть,

белка высовывается из иллюминатора,

вдыхает искрящийся вакуум

и говорит человеческим голосом:

 

 – се – лайка твоя, последний эскимос на луне, –

не разевая при этом пасти

 

Ознакомиться с пдф-версией проекта:

№5

 

Ознакомиться с предыдущими пдф-версиями проекта:

№1 №2 №3 №4 

 

 

 

К списку номеров журнала «ВЕЩЕСТВО» | К содержанию номера