АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Вера Корчак

Америка. От либеральной демократии к коммунизму?

Отклик на статью Владимира Фрумкина “Что связывает коммунизм и либеральную демократию”, журнал “Времена”, №3 (11), 2019.


 


“Я слышу у вас иностранный акцент. Разрешите полюбопытствовать, из какой вы страны?”


“Из России (СССР)”.


“О, как интересно!” – восклицает мой любознательный сосед в самолете (магазине, библиотеке, парке – где угодно, ведь этот вопрос иммигранту приходится слышать в самых разных местах).


Вежливо улыбаюсь. Надеюсь, что больше вопросов не последует. И знаю, что надеюсь зря – потому что все это было уже не раз, и примерно в одном и том же порядке. Так и есть:


“А почему вы оттуда уехали?”


“Хотелось свободы”.


“О да, свободы!” – кивает головой, но явно неудовлетворен и даже слегка смущен. Продолжает смотреть на меня, не уходит (особенно если уходить некуда, например, сидим в самолете). Явно ждет продолжения.


Терпеливо объясняю: “В России свободы не было, государство все за нас решало, и где жить, и что читать, и где работать… Государство управляло всей экономикой.”


Чувствую себя обязанной продолжать: ведь интересуется человек! И это замечательно: где ему еще услышать о прописке по месту жительства, о трудовых книжках, о внутренних паспортах, о коммуналках, о десятилетнем (и дольше) ожидании получения отдельной квартиры, о норме на жилплощадь (в моем городе по 7 квадратных метров на человека, а докторам наук, ударникам производства, партийным и другим заслуженным деятелям – по 9), о цензуре, о запрещенной литературе, “самиздате”, об очередях за основными продуктами питания и прочих прелестях жизни в тоталитарном государстве. 


Слушает недоверчиво: не преувеличиваю ли я. Многого не может понять. Оживляется только при упоминании очередей за продуктами:


“О да, я читал об очередях за хлебом! Видел фотографии в газете!” – ему теперь хоть на что-то можно опереться, хоть что-то он уже где-то слышал. Он рад.


И тут же коронный вопрос, который всегда убивает наповал: “Но почему же народ это терпел? Почему не сопротивлялся?”


 Конечно, сопротивлялся! Вкратце о сопротивлении большевикам, о казнях и расстрелах, о ГУЛАГе, о сталинизме, о 60 миллионах погибших, об инакомыслящих, о психушках, о произволе властей…  Ему это тяжело слушать, непонятно, переключается на другое:


“А почему именно в Америку?” – спрашивает.


“Самая свободная страна, и самая гостеприимная.”


“Ну уж скажете тоже! В Америке тоже много несправедливости и притеснений, и тоже есть police brutality”, – отходит, потерял  интерес. Не понравился ему мой ответ. Догадываюсь, что Америка ему не нравится. Смотрю вслед. Молодой...


Подумалось: вот парадокс – о хлебных очередях, которых он никогда в жизни не видел и в которых никогда не стоял, он понял, а о свободе, которой окружен с пеленок, которой наслаждается день и ночь – не понял. Не замечают ее американцы, не ценят. Привыкли.


Во время моей поездки в США в 1990 году мои американские друзья повезли меня на выступление какого-то советского экономиста. Это была моя первая поездка за рубеж, да еще и кратковременная, и неизвестно, сумею ли я еще побывать в этой стране. Хотелось больше посмотреть Америку, а не тратить время на какого-то советского экономиста. Но отказаться было неудобно: американцы очень радовались, что могут предоставить своей гостье такую возможность, и почему-то считали, что я очень захочу встретиться с соотечественником.


Выступление, как оказалось, проходило в красивом ресторане и сопровождалось изысканным обедом. Круглые столы, белые скатерти, прекрасная сервировка, услужливые официанты… На эстраде – выступающий. Кто-то его представил, звучат аплодисменты. Не помню ни его имени, ни темы выступления. Но запомнилось, что он, рассуждая о разбазаривании государственных средств, заявил, что деньги в государственных сундуках – ничьи, поэтому их и разбазаривают. По залу прокатился шумок, потом – иронический смех. Было ясно, что с выступающим не согласны и что его заявление считают забавным. Я недоуменно обернулась к моим спутникам: почему такое веселье? Они объяснили: “Да как же деньги ничьи? В Америке это наши деньги, которые мы зарабатываем своим трудом! Каждый мало-мальски грамотный американский школьник знает, что все поступления в государственную казну – это налоги, собираемые с граждан США и американских бизнесов. На эти деньги мы, американские налогоплательщики, содержим правительство, полицию, армию, оплачиваем создание и поддержание инфраструктуры”.


 


А теперь перенесемся в сегодняшний день – почти на 30 лет вперед (2019). Закончились первые два раунда дебатов между кандидатами от Демократической партии на пост Президента. Во время дебатов кандидаты изо всех сил старались перещеголять друг друга обещаниями бесплатных благ: кто больше раздаст избирателям, став Президентом. Бесплатная медицина, бесплатное образование, бесплатное всё и вся. Откуда на все это возьмутся средства, скромно умалчивали, но давали понять, что средства найдутся, и они будут “одаривать” население, так сказать, из государственного кармана. Правда, некоторые вскользь проговорились: один предлагал растянуть введение всех этих благ на 2 года, а другой - на 10, чтобы было “менее болезненно” (!!!) для населения (то есть для “среднего класса”, так как бедняки налогов вообще не платят, а для самых богатых увеличение налогов не будет таким уж болезненным). Кто-то после этих дебатов подсчитал, во сколько такая халява обойдется стране, то есть налогоплательщикам – десятки триллионов долларов! (Мировой банк: на 2017 год стоимость всей мировой экономики примерно 80 триллионов долларов). Вот и возникает вопрос: вызвали ли эти заявления кандидатов ироничный смех зрителей и слушателей, подобный слышанному мной 30 лет назад? К сожалению, уверенности в этом нет. Ведь кандидаты на пост Президента самой мощной державы мира наверняка знают свой электорат и не станут произносить такого, за что их поднимут на смех. Тридцать лет назад их, пожалуй, освистали бы за подобные высказывания. Что же изменилось за эти годы?


Изменилось общество. Американское общество формировалось в условиях, радикально отличающихся от современных. Его создавали преимущественно беженцы из стран Европы, которые приносили с собой европейскую культуру и хозяйственные навыки. Они – и это важно – отличались особым менталитетом, отражающим богатую событиями европейскую историю. Независимо от причин бегства, основная масса беглецов отличалась инициативой, смелостью, решительностью, и, главное, ярко выраженным индивидуализмом и стремлением к свободе. В процессе создания нового государства этим ярким индивидуалистам удалось найти (методом проб и ошибок) компромисс между обеспечением общественного порядка с одной стороны и индивидуальной свободой с другой – между потребностями и правами коллектива и  потребностями и правами личности. Сформировалось уникальное, никогда ранее в истории человечества не существовавшее  государство  - “of the people, by the people, for the people”. (Приблизительный перевод: “Правительство, избранное народом, из народа, в интересах народа”). Это была настоящая “власть трудящихся”, а не казенный лозунг, используемый правителями нашей исторической родины для маскировки своей тотальной власти над бесправным населением.


Больше всего отцы-основатели опасались превращения молодого государства в тиранию меньшинства, которое сосредоточило бы в своих руках все рычаги правления и навязывало бы свою волю народу. Понимали они, что государство – неизбежное зло, понимали и ненасытность любителей власти (“дай им палец, они и руку откусят”). Поэтому разработали систему государственного управления так, чтобы федеральное правительство как можно меньше вмешивалось в жизнь отдельных штатов и отдельных граждан. Американская Конституция была создана со специальной целью защитить индивида от государства, и большинство ее статей носит запретительный характер, четко определяя, что правительство НЕ может делать, и очерчивая границу его власти. Конституция очень умно ограничивала власть правительства, разбив его на три независимые ветви и устанавливала сдержки и противовесы, позволяющие этим трем ветвям контролировать и сдерживать друг друга. Можно без преувеличения сказать, что американская система власти и государственного устройства является наиболее эффективной из всех, когда-либо созданных человечеством. 


...С тех давних пор многое изменилось, и обещания политиков взять всех желающих под крылышко государственной опеки путем  “честного” перераспределения доходов вызывает интерес у немалой части населения. Об этих тревожных изменениях в общественном сознании и пишет Владимир Фрумкин в своей статье “Что связывает коммунизм и либеральную демократию” (журнал “Времена”, №3, 2019). Статья посвящена  анализу идей польского философа, историка и писателя Рышарда Легутко.  В статье также дается краткий анализ книги Рышарда Легутко “Демон в демократии: тоталитарные соблазны в открытых обществах”. Легутко отмечает угасание классической культуры, на которой основывается западная цивилизация, вульгаризацию и опошление традиционной западной морали. Он указывает на тот тревожный факт, что либеральная демократия, лежащая в основе западной государственности, начинает приобретать ряд черт, свойственных коммунизму. Фрумкин, впрочем, предупреждает читателя, что у Легутко слово “либеральный” большей частью употребляется не в классическом понимании, а в том значении, которое оно приобрело в последние десятилетия: это идеология лево-радикального прогрессивизма.


Напомним читателю, что никакая идеология не существует сама по себе: ее создает организация на основе какого-либо учения. На основе учения Маркса, например, было создано множество идеологий: марксизм-ленинизм, троцкизм, сталинизм, маоизм и проч. За каждой из них стояла какая-либо организация. Какая же организация стоит за идеологией “лево-радикального прогрессивизма”? Не сама же собой либеральная демократия “приобретает ряд черт, свойственных идеологии коммунизма”.


Безусловно, сегодня такой организацией является Демократическая партия США. Лево-либеральные идеи распространяются ею весьма активно. Лево-либеральными являются почти все средства массовой информации. Они в значительной мере являются пропагандистской машиной Демократической партии.


На 2015 год согласно федеральному регистру в правительстве насчитывалось 430 ведомств, агентств и суб-агентств. Это – миллионы чиновников. Они штампуют многочисленные нормативно-правовые акты, правила и постановления, имеющие силу законов, которым граждане США обязаны подчиняться. Именно через эти ведомства государство сосредотачивает в своих руках (точнее: в руках своей бюрократии) все больше функций. Поэтому с некоторым основанием можно сказать, что современной Америкой правит бюрократия. При этом не важно, какой партии придерживается тот или иной бюрократ – он даже может быть беспартийным. Но всех их объединяет стремление увеличить роль правительства (а значит, и свою собственную) в жизни граждан, сделать государство административным, превратить население в послушных работников, служащих государству (а значит, им).


Если иметь в виду классическое определение либерализма, то, казалось бы, у него не только нет ничего общего с социализмом (коммунизмом), но эти два учения находятся на противоположных полюсах идеологического спектра. Исторический либерализм означает защиту прав и индивидуальных свобод человека, включая право на собственное мнение и право распоряжаться плодами своей деятельности (частная собственность). Но сегодняшних либералов, следуя примеру писателя Кима Холмса1, правильней назвать “иллибералами”. Они проявляют яростную нетерпимость ко всем, не согласным с их точкой зрения. Либерализм – это философия, в рамках которой “личность отождествляет себя с самой собой” (пользуясь выражением Андрея Амальрика), то есть является суверенной и признает права других таких же суверенных личностей. В социализме личность отождествляет себя с классом или с какой-то группой. К философии либерализма тяготеют индивидуалисты, ценящие свою независимость и свободу, а к философии социализма – “угнетенные”,  малоимущие, завистливые, озлобленные. “Угнетенные” классы в США днем с огнем не сыщешь, поэтому лево-либералы их создают искусственно, внушая различным “меньшинствам”, что их угнетают либо белые, либо капиталисты, либо консерваторы, либо гетеросексуалисты, да и вообще кто угодно, поэтому они  нуждаются в защите государства, а угнетателей надо наказать.


Попробуй навяжи свою власть индивидуалистам, ценящим личную свободу и не нуждающимся в опеке государства!.. А вот “угнетенными”, слабыми, завистливыми и озлобленными управлять гораздо легче.


Этим объясняется и поддерживаемая членами Демократической партии политика открытых границ, и осыпание бесплатными пособиями вновь прибывающих в страну нелегальных иммигрантов, и установка на “этнический федерализм” (мультикультурализм), активно внедряемая с середины ХХ века. Эта установка требует законодательного закрепления особых прав этнических (а в последнее время и различных других) “меньшинств”, что в принципе означает отказ от обязательной ассимиляции со всеми вытекающими последствиями. Те принципы и идеи, которые 30 лет назад знал каждый мало-мальски грамотный американский школьник, новые иммигранты так и не усваивают.


Не усваивают их и сегодняшние американские школьники и студенты. Система среднего и высшего  образования США уже давно стала лево-либеральной и  бомбардирует  неокрепшие и податливые молодые умы социалистической и антиамериканской пропагандой.


            К этому следует добавить и увеличение доли коренного населения Америки, приученного к пособиям и прочим подачкам государства. По официальным данным 47% всех американцев не платят федеральных налогов. Такой американец не тяготится зависимостью от государства. Не станет он защищать и индивидуальную свободу от посягательств государственной власти, так как власть его освобождает “от важных обязанностей, сильно затрудняющих его жизнь” (Легутко). На этот контингент, видимо, и ориентировались кандидаты от Демократической партии на пост Президента в упомянутых выше дебатах. Но он пока не настолько велик, чтобы определить исход выборов. Поэтому лево-либеральные политики прикрываются идеологией либерализма, которую безжалостно кромсают и перекраивают, подгоняют под свои цели.


 


Однако не будем забывать: в Америке дух свободы еще не вытравлен. К тому же в коллективном сознании нации еще жива память о том, сколько бедствий и горя в прошлом веке принес миру коммунистический тоталитаризм (вместе с тоталитаризмом фашистским).


Как ни манипулируй идеологиями, превратить либерализм в социализм (коммунизм) – задача нелегкая. Но как тут не вспомнить апологета коммунизма Саула Алинского, который утверждал, что Америка – слишком стабильная и преуспевающая страна для революционных преобразований, и пока в ней существует средний класс, сделать ее социалистической не удастся ни реформами, ни тем более революционным путем. Более пятидесяти лет назад он написал книгу «Правила для радикалов» о стратегии и тактике “мирного” захвата власти социалистами в Америке с помощью агитации и пропаганды марксистского толка и создания соответствующих общественных организаций. Он поучает, что, в отличие от учения Маркса-Ленина, теперь в Америке и других развитых странах не два класса – бедных и богатых, а три: между бедными и богатыми сформировался обширный “средний класс”. Вот этот класс и надо ослабить, развалить, разобщая его членов, натравливая друг на друга, создавая моральный, политический, социальный и экономический хаос. Одной из главных целей любого начинания должна быть поляризация общества. И конечно, для всего этого надо создать другую идеологическую парадигму путем очень постепенного переноса акцента с идеи свободы и индивидуализма на идеи равенства, братства (уравниловка и коллективизм) и социальной справедливости. 


Социал-либерализм, которого придерживается Демократическая партия, отличается от классического либерализма тем, что хотя признает свободное предпринимательство и право личности на самоопределение,  но с той оговоркой, что государство должно и обязано вмешиваться в рыночные отношения с целью поддержки менее обеспеченных слоев населения путем перераспределения доходов.


Если внимательно прислушаться к риторике кандидатов на пост Президента от Демократической партии и к выступлениям ведущих членов этой партии, становится ясно: позиция партии по основным экономическим и социальным вопросам значительно сдвинулась влево (“покраснела”). Новые социал-демократы, в противоположность старым социал-либералам, стоят на позиции “больше социализма, меньше капитализма”, вплоть до национализации целых отраслей (например, здравоохранения). Еще десять лет назад демократические социалисты считались маргиналами и маячили на задворках американской политической арены, а теперь они в открытую заявляют о своих взглядах, имеют много поклонников и даже побеждают на выборах (например, Александрия Окасио-Кортес, а также Рашида Тлаиб и Илан Омар). А демократический социалист Берни Сандерс не только баллотировался в 2016 г. на пост президента от Демократической партии, но и почти “побил” Хиллари Клинтон. Он вновь баллотируется на президентский пост в следующих выборах (2020), и на момент написания этих строк занимает второе место по популярности среди кандидатов от Демократической партии.


Более того, в риторике лево-либералов и прогрессивистов все более ясно звучат положения, характерные для тоталитарной идеологии. Эти положения не доказуемы и должны приниматься на веру. Поэтому назовем их аксиомами. Это аксиома “раскола”, аксиома “непримиримости”, аксиома “победы” и аксиома “награды”2. В идеологических установках Демократической партии аксиома “раскола” прослеживается очень четко в виде разделения общества на ущемленные “меньшинства” и привилегированное белое “большинство” (вот она, поляризация общества по Алинскому!). А чтобы убедить “меньшинства” в том, что они, во-первых, действительно “ущемлены”, и во-вторых, сами себя защитить не способны, используется аксиома “непримиримости”. Эта аксиома утверждает враждебность и непримиримость “их” и неустранимость “раскола”. Третья аксиома: “мы победим” необходима для привлечения сторонников и деморализации противника. Четвертая аксиома – обещание награды после “победы”. Это компенсация участникам за их усилия. Аксиома переносит эту компенсацию в будущее.


Иллюзорность всех таких обещаний проявляется, в частности, в том, что “награда” во всех случаях удаляется по мере приближения к ней. Иллюзорны и обещания американских прогрессивистов обеспечить своим приверженцам бесплатную медицину, бесплатное обучение в колледжах и университетах, “прощение” займов на образование (это – совсем недавнее обещание Берни Сандерса) и т. п.


Тот факт, что лидеры Демократической партии открыто пропагандируют идеалы социализма – что было совершенно невозможно даже в совсем недавнем прошлом – указывает на то, что достаточно большие группы населения к этой пропаганде готовы и ее охотно воспринимают. И это опасно.







1 Kim R.Holmes “The Closing of the Liberal Mind: How Group think and Intolerance Define the Left”.




2 Для более подробного описания этих аксиом см. А. А. Корчак “От идеологии к идеократии”, журнал “Мосты”, №56, с.164-184. Также A.A. Korchak “Contemporary Totalitarianism: A Systems Approach”, Columbia U. Press, 1994, глава 8.



К списку номеров журнала «ВРЕМЕНА» | К содержанию номера