АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Александр Нестругин

Донской сюжет

1


Век, он коня на скаку переймёт –


Далью истаявшей, стёжкой дремотной…


Вяжет казак на Дону перемёт


Вместо узла на суме перемётной.


Он из станицы, а я – из села…


Эта граница прочерчена чётко!


Но у него – ни коня, ни седла,


Только весло да щелястая лодка.


Скулы колючие… Сдвинуты вхмурь


Брови белёсые (дескать, не лезьте!),


Вяжет казак на капроновый шнур


Гайки, подшипники, грузы-железки.


Дратвой, похоже, не лыком он шит!


И на виске его жилка живая


Тоже, дыханье сбивая, спешит,


С пришлым – со мной! – говорить не желая.


– Служба, здоров!


... На меня, «мужика»,


Кинет глаза, не зашибши за малым –


Искоса, снизу, а всё ж – свысока,


Будто смахнув меня чубом линялым.


Молча кивнёт.


Засмеюсь невпопад:


Больно уж спешенный конник куражен!


…И закидушки закину в закат.


И колокольчики к лескам прилажу.


Мы разошлись бы, да вяжет река


Узел (а впрочем, не знаю, река ли).


…Гляну: к стремнине несёт седока


Лодка, как лошадь нравная, рывками!


Чёрт ли такую гоньбу переймёт,


Ежели хват о весло не занозит!


Это казак довязал перемёт


И на глубокую воду завозит.


Та ещё сила в протяжном гребке –


Воду закатную всю изрябила…


Та, что и шашку сжимала в руке,


И не одну только лозу рубила;


Что, накренив небеса, не крича, –


В сумрак ковыльный, где медленно меркнут


Тени разбойных племён, – от плеча


Падала, как в небо брошенный беркут.


Или я в голову много беру


Россказней, верящих всякому бреду?


…Лодка обратно бредёт по шнуру,


Словно слепая собака по следу.


 


2


 


Меркнут плёсы – и всё ближе лес к нам…


Убыль света иль прозрений прибыль?


Ночь речная… В тёмном русле тесном


Глубину несёт к глазам, не гибель!


 


Сумрак-пепел… Кто-то с пеплом выгреб


Звёзд жаринки, чтоб река светилась.


Ятаганом тонкий месяц выгнут –


И за пики тростники схватились!


 


Даже там, где дышат русла стариц


Снулой тиной да водой гнилою,


Камышинка каждая осталась


Вросшей в ил излётною стрелою.


 


Тьме хотелось перенять – не выйдет! –


К нам дойдут, делясь тревогой дальней,


Полынок, что конной лавой выбит,


И чабрец, что в мел копытом вдавлен…


 


3


 


Шаг всего лишь – до луны,


До звезды под берегами…


Да и мы разделены


Десятью всего шагами!


Тёмен лес, а Дон широк;


Спичкой – разговор короткий:


– Может, сладим костерок?


– Тут давай вот, посерёдке…


Щепок на распал стругну,


Сложит он ветьё в шалашик –


И потянется к огню


Время выстывшее наше.


И, не жарок и не скор


(Трудно нам разговориться),


Отсыревший разговор,


Не без треска, разгорится.


Слов катает угольки


Он в губах:


– Важна порода!


Казаки и мужики –


Ты не скалься! – два народа!


И пока тяну я: «Ну-у…»,


Он свою опару месит:


– Наше стремя – на Дону!


Ваши лапти – в вятском лесе!


На затылок сбит картуз,


Тлеет угольем околыш…


Заступаю я черту:


– Зря лаптями очи колешь!


Если расклонить века,


Как вон тот камыш, поможешь –


Острогожского полка


Станет в трёх шагах сторожа.


Ранней зорькой морок смой,


Триста лет сморгни – и въяве,


Вот он, прапрапрадед мой –


На коне, в казачьей справе!


– Ты бреши хоть до утра –


Казаку отколь там взяться?


– А – с Порогов, а – с Днепра!


Ты слыхал про то казацтво?


– Сват казачий – ты поглянь!


Ты хохол, скажи, аль русский?


– Я – как вся почти Кубань,


Даже Дон – не сплошь, в натруску.


– Ну и брёх!


…Не жгуч, не скор –


И откуда жар берётся? –


Разгорелся разговор,


Не залей – тальник займётся.


Можно так и Русь спалить,


В заполошности речений…


– Может, хватит Дон делить?


– Ладно уж… Давай вечерять.


Мы ж теперь – в одном полку…


– Всё ж таки поддел, зараза!


Может, это… по глотку?


– Ну, по паре капель рази…


Смеркли угольки в золе,


Мы ж – всё жар унять не можем:


Ведь плотиной на Цимле


Рыбе ход перегорожен!


Не идёт на икромёт –


Ни селёдки, ни тарани!


…Время утренних дремот


Веки кутает туманом.


Но невмочь нам оставлять


Песню-жаль, где молодому


Любо казаку гулять –


Вниз ли, вверх, да тьфу! –


По Дону…


4


 


…Усмехается заря,


Красноталы зубы скалят:


Трут глаза два рыбаря,


Сокрушаются:


– Проспали!


Красноталов смех  – про нас,


Так сумевших осрамиться:


Уголёк звезды погас,


Дон – едва-едва дымится.


Рыба плещется в реке –


Та, что видеть нас хотела!


…Чай, как дёготь, в котелке,


От озноба запотелом.


Кружки некогда искать


(Бьёт за пересыпкой жерех!);


Главное – не расплескать,


Чай хлеща тот – «через берег».


Спор давно ли тут трещал,


Резких слов клинки кружились?


…Невысок он, сухощав,


А идёт – песок пружинит.


Будто знает: миг спустя


Дон команду кинет: «На конь!»


Я, чуть жив, плетусь к снастям…


Квёлый я казак, однако!


Но роднит же что-то нас,


Что не выжжешь и железом.


Ни моим разрезом глаз,


И – ни скул его обрезом.


Чабрецу да полынку


Верим оба мы, как старшим.


…Век не минет – к биваку


Выйдем, снасти посмотавши.


Улыбнёмся. И вздохнём:


– Плохо, служба?


– Плохо, дядя!


Я тряхну садком:


– Махнём?


Он тряхнёт садком:


– Не глядя!


Похвальнёмся (кто сильней?)


Золотым своим запасом:


– Сковородка окуней!


– Тазик с горкой – чикамасов1!


Округляю я глаза


(Он – пошмыгивает носом):


– Поводок отбил сазан…


– Сорок сабель2 сорвалося…


И пока тяну я:


– Ну-у,


Что ж… найдёмся… не иголки…


Он подхватит:


– На Дону,


От Базков до Белой Горки!


Иль


(с улыбкой на лице –


Дескать, шутка, не пугайся) –


Чуть подале… На Донце,

Под станицею Луганской…







1 Так называют окуней на казачьем Верхнем Дону


 




2 Местное название чехони


 



К списку номеров журнала «ДОН» | К содержанию номера