АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Алена Жукова

Репетиция. Ящик елочных игрушек. Елка

Ольга Григорьевна Жукова (псевдоним — Алена Жукова)

Писатель, сценарист, кинокритик. Член Московского Отделения Союза Писателей

России. Член Союза Писателей XXI века. Член Союза Кинематографистов Украины.

Вице-президент, программный директор Фестиваля Российского Кино в Канаде — Toronto

Russian Film Festival (TRFF), главный редактор канадского международного литературно-художественного журнала «Новый Свет».Родилась в Одессе, работала на Одесской киностудии музыкальным редактором, редактором. Соавтор сценариев художественныхфильмов «Дикая любовь» и «Зефир в шоколаде». В 1994 году эмигрировала в Канаду. Живет в Торонто.

Автор книг: «К чему снились яблоки Марине» (2010), «Дуэт для одиночества» (2011),

«Тайный знак» (2016). Публиковалась в сборниках: «Записки пациентов» (2014), «Трава былазеленее, или писатели о своем детстве», «Притяжение неба» (2016), «Страннаяженщина» (2017).

Сотрудничает со многими газетами и журналами.Рассказ «Беседка» вошёл в сборник «Трава была зеленее, или Писатели о своём детстве»— Москва: Издательство ЭКСМО, 2016.

 

Репетиция

 

Вчера они чуть ли не до темна репетировали танец Снежинок в школьном спортзале. Танец не ладился, без конца кто-то сбивался, а Тамара Петровна —их классный руководитель и постановщик новогоднего утренника, нервничала, периодически срываясь на крик.

Дверь зала, то и дело, распахивалась от сквозняка и с шумом захлопывалась, отчего все «снежинки» вздрагивали и останавливались. Хоровод, изображающий позёмку, тормозил, а иногда превращался в сугроб из свалившихся на пол девочек.Главной Снежинкой учительница давно назначила Зою, разглядев ее балетные данные, а под конец репетиции решила, что «примой» станет не рядовая Снежинка, а Зимушка-зима,в которую Зоя превратится. Это означало, что послезавтра вместо пачки на ней должна быть длинная кисейная юбка, а на голове блестящая корона. Замысел учительницы требовал жертв. Пол ночи мама и бабушка кроили наряд Зимушки-зимы, а Зоя толкла в тряпочкеелочные игрушки и потом, намазывая клеем картонную корону, обсыпалаее блестящей стеклянной крошкой.

Счастье переполняло Зою — теперьникто не будет над ней смеяться. На ее рыжие волосы наденут корону с париком из белой мочалки, а веснушки она сама замажет зубным порошком. И пусть Вика Орлова — первая красавица в классе, лопнет от зависти, а Мишка Степановкусает локти. Про локти она слышала от бабушки. Попробовала как это…Не получилось. Все равно — пусть кусает. Засыпая, она загадала: «Если утром на завтрак бабушка вместо рисовой каши с молоком сделает оладушки с малиновым вареньем, то Мишка перестанет ходить за Орловой, а влюбится в нее, Зою, знаменитую приму-балерину»

Во сне Зоякружилась на одной ножке в центре большущей сцены, потом из кулис повалил снег и поднялась метель. Провалившись в сугроб, который был на самом деле оркестровой ямой, она проснулась утром с высоченной температурой и дикой болью в горле. Мама приказалаоткрыть рот и охнула: «Допрыгалась. Как праздник, так ангина. Вызываем врача. Танцы отменяются»

Зоя рыдала, бабушка отпаивала ее сладким чаем с малиной. Ангина оказалась тяжелой. Зоя провалялась в постели все каникулы,а белоснежный, сверкающий нарядпровисел эту зиму в шкафу, а на следующую — она из него выросла.Зимушку –зиму ей больше никогда таки не довелось станцевать, зато Жизель и Одетту с Одилией на сцене «Большого»теперь танцует постоянно

 

 

Ящик елочных игрушек

 

Мне надо вернуться к себе, к той, которую теряю или уже потеряла. Иногда она проглядывает через острое воспоминание о радости удивления малымиотражениями живого мира в капле, луче, ветке, снеге. Когда-то давноя умела замирать от восторга, теперь просто замечаю. Еще замечаю, как отворачивается от меня жизнь, обрываются человеческие связи, пропадаетжелание выйти из дому, с кем-то поговорить, кого-то услышать. Не жду сочувствия, сама потеряв умение это делать.Переполненная болью, чужую уже не вмещаю, хотя моя собственная выросла вне меня — она порождение отчаяния. С этим справиться может только надежда, но она стала опасным обезболивающим. Чуть отпустит, забудешься, нафантазируешь, как опять отчаяние вернется удвоенное страхом: а вдруг все повториться, а ты уже расслаблен, обезоружен. Лучше не вылезать на свет — заплаканные глаза режет.Полуслепая на распутье стою и чувствую, что организм понимает. Он знает и сопротивляется предчувствию, подкидывая смешное и сладкое во снах, чтобы не сразу, не быстро, напоминая про обязанности «сэндвича». «Забыла? Ты же серединка —деловая колбаса, вот и крутись. Кому родителя хоронить и ребенку помогать? Да, твои половинки зачерствевшие, тяжелые,тебя, вот, сплющили, но они не виноваты —это их болезни неизлечимые.Выхода нет, кроме того, который не выход. Всеми силами уцепись за радость, хоть малую, хоть игрушечную, вроде собаки или хвойного деревца в новогодней мишуре. Помнишь, как в детстве, в разгар жаркого лета, просила бабушку разрешить забраться на антресоли, где лежал ящик с ёлочными игрушками? Перебирала, боясь уронить, разрушить хрупкую оболочку. Они были той нелепой красотой и надеждой на чудо. Вспомни и живи. Поздравь себя с наступающим Новым годом, даже, если не веришь, что он будет лучше прежних, даже, если для тебя он не наступит. Вытащи с антресолей ящик…»

 

Елка


подражание Чехову по мотивам рассказа «Елка»


 

Колючая, далеко не всегда зеленая и пушистая Ёлка судьбы, на Рождество украшена подарками. Теми, о которых мечтаешь, как о чуде: безоблачноесчастьеи верная любовь; несметныебогатства и удачная карьера; большой дом и еще больший выигрыш;крепкое здоровье и семейное благополучие. Увы, среди этого добра, попадаются и кукиши с маслом, и дырки от бублика, да и прочие мерзости жизни.

Вокруг Ёлки толпимся мы, и, как дети, ждем с нетерпением чудес.

—Девочки, подходите ближе. Кто из вас желает богатого мужа? —спрашивает Ёлка, снимая с ветки упитанного, розовощекого господина в пиджаке от «Армани». — Дом на Рублевке, особняк в Париже, две виллы на Карибах, нефтедобыча, плюс два миллиарда в акциях и наличностью.Кому отдать?

—Мне! Мне! — тянутся сотни рук.

—Сударыни, спокойно, не толпитесь. Никто не уйдет без подарка. Пусть вот та, скромница, которая в заднем ряду стоит и крестится, поближе подойдет. Бери, душенька, не стесняйся. Да прекрати ты кланяться! Сейчас ни к чему, а вот после не забывай. Очень тебе пригодится.

— Ну-с, а теперь для мальчиков.

С Ёлки слетает белоснежный ангел.

—Вот, совсем юная особа, сирота. Выросла в приюте, за душой ни гроша, зато добрая и нежная. Красавица! Правда, увы, без руки. Такая уродилась. Кому однокрылого ангела?

Мужчины молчат, отводя глаза. В толпе нарастает ропот «Почему бракованный подарок? Нашли дураков. Кому такая нужна?»

Ёлка невозмутимо качает ветвями:«Значит никто не берет?»

—Пожалуй, я возьму…Так уж и быть, — говорит лысый, слюнявый старикашка, —Мне и без руки сгодится.

—Следующий сюрприз, — объявляет Елка, — Мешочек обещаний. Его дарят вам депутаты и чиновники. И даже «наше все» не поскупился. На этот раз он превзошел самого себя. Радуйтесь! Подходим организованно: одно обещание в одни руки.

Хороводжаждущих замирает.Половина отступает, другие тянутся за мешком: «Не толкайтесь! Куда прешь? Ногу отдавили. Сударь, это возмутительно-с!» Ёлка звенит бусами, подмигивает огоньками и бросает в толпу прозрачные радужные шары, которые лопаются над головами толпы, заливая все вокруг мыльной пеной.

—Ну, а теперь самый главный подарок!

Она снимает свою верхушку с двуглавым позолоченным орлом, держащим в когтистыхлапах скипетр и державу.

— Что притихли? Знаю, есть среди вас желающие. Ты, Вовочка, ручки-то не тяни. Надоел хуже горькой редьки. Дай другим подержать. Что значит кому? Алеше, например. Алешенька, ау, ты где? Не видно что-то…Куда его дел? Признавайся! Ладно, держи верхушку.И запомни— в последний раз.

Подарки закончились.Кто-то уходил довольный, кто-то пенял на судьбу. Остался возле Ёлки только один человек — Журналист.

—Мне что же, ничего не досталось?

—Почему, есть кое-что, —задумчиво ответила Ёлка — Тридцать сребреников. Будешь брать? Но сам знаешь, даром не дают.

—Ха, кого пугаешь? Меня, знаменитого соловья телеэфира? Любимца публики и власти?

—Ну, как знаешь, —опечалилась Ёлка, — Только лучше бы ты отказался, тогда бы я подарила тебе в будущем Музу и Легкое перо.

—Можешь оставить себе, — ответил Журналист, — С тридцатью— то сребрениками всей этой мишуры не надо. С наступающим! Встретимся через год.

Елка ничего не ответила. Она ведь знала, что ее подружка Осина уже давно приготовила для него свой самый крепкий и надежный сук.

 

 

К списку номеров журнала «НОВЫЙ СВЕТ» | К содержанию номера