АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Константин Емельянов

Зарница

Константин Емельянов родился в г. Алматы (тогда еще Алма-Ата), в Казахстане в 1966 году. Окончил факультет журналистики Казахского университета и работал в местных газетах и журналах до отъезда в США в 1997 году.

Печатался в журналах «Юность», «Новый Журнал», «Бельские просторы», «Зарубежные задворки», «Чайка», «Северо-Муйские огни», «Новый континент» и других печатных и интернетовских англо- и русскоязычных изданий США, Германии, России, Казахстана и Индии. Постоянный автор «Приокских зорь».

 

 

               «ЗАРНИЦА»

 

Пели всем классом про синюю птицу.

Пели в автобусе про поворот.

Все мы сегодня играем в «Зарницу»

И военрук нас ведет.

«Синие» ходят в атаку на «красных»,

За высотою падет высота,

Все оказались мы здесь не напрасно,

Все мы здесь неспроста.

Мать на пальто мне пришила погоны:

Не оторвет их чужая рука,

Буду награды высокой достоен

Если найду «языка».

Мы атакуем, мы отступаем,

Верим, что враг будет разбит.

Если погон оторвали — ты ранен,

Если же оба — убит.

Рано январское солнце садится,

В сумерках смех и крики слышны.

Вся наша школа играет в «Зарницу» —

Внуки прошедшей войны.

Пусть мы в атаку идем без винтовки,

Противогазов хватит не всем,

Но на зачете по начподготовке

Мы соберем АКМ.

Не испугают нас происки НАТО,

 

Рвать не устанет рука.

Мальчики-девочки семидесятых,

Дети полка.

А на обратной дороге уснули,

Tени на лицах ребят,

Ночью автобусы в город вернулись

И привезли всех «солдат»...

 

                 ДРУГ

 

Все в округе знают о тебе:

Белки, крысы, птицы и коты.

Убегают в спешной суете

Только за порог выходишь ты.

Мы бежим за ними налегке,

И в азарте ты оскалил пасть.

Я держу тебя на поводке,

На бегу пытаясь не упасть.

Мы гоняем их до темноты

И на пол ты валишься мешком,

Наругавшись впрок, до хрипоты

С каждым встречным-поперечным псом.

Самый чуткий в мире слух,

Самый верный в мире друг.

Обниму башку твою лохматую,

Может, я когда-то тоже был собакою?

Ты положишь лапы мне на грудь,

Знаю я, что это неспроста:

Все пытаешься меня лизнуть

В губы, нос и прочие места.

Утром мне придется уходить

В непонятный мир чужих людей.

Ты меня захочешь проводить,

Но послушно ляжешь у дверей.

А потом, когда придет отбой,

И погаснет день пустых тревог,

Ты опять потащишь за собой

И растянешь тонкий поводок.

Самый славный в мире пес,

Самый мокрый в мире нос.

Мы живем без нежностей телячьих,

В моем шаге — два твоих — собачьих.

 

                   * * *

 

Я словно пробуждаюсь ото сна...

Была однажды пестрая страна:

Все краски шли когда-то в гости к нам,

Подобно распустившимся цветам.

Но что случилось? — Я не дам ответ:

 

В живых остался только серый цвет.

И тучи серых лиц кругом снуют

И тихо так по-серому живут.

В тот серый цвет окрашены дома,

Больница, министерство и тюрьма,

Течет он из журналов и газет —

Как-будто в мире красок больше нет.

У серых лиц есть серые мечты,

На серых клумбах — серые цветы,

Писатель серый ловит каждый миг,

И производит тонну серых книг.

Куда девались прочие цвета?

Иль я не тот, или страна не та?

Исчезли красный, желтый с голубым,

А серый все клубится, словно дым...

К списку номеров журнала «Приокские зори» | К содержанию номера