АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Ольга Суханова

Просить

В 1998 г. окончила Литературный институт им. Горького (семинар прозы Л. Бежина), потом очень долго вообще ничего не писала. Автор двух сборников стихов ("Невозвратный тариф" и "Двойная сплошная"), публиковалась (стихи и рассказы) в приложении к "Литературной газете", журналах "Кольцо А", "Работница", "Москва", "День и ночь", в разных поэтических альманахах и сборниках.

 


***


Хотела щедрый стол и теплый дом,


да детям на ночь песенку простую.


А выпало – навылет, на излом,


запрет на письма и на поцелуи…


А выпало – дороги, поезда


и дым мостов, горящих за спиною,


вагонных окон мутная слюда,


остывший чай и сердце ледяное.


Что выпало – то выпало. Мое.


Запутана клубков небесных пряжа,


и бесполезно расплетать витье.


Мне знать – чужое, и мечтать о краже,


и дальше с этим жить, как все живут –


улыбки втайне да украдкой взгляды,


да встречи лишь по несколько минут.


И не скулить, и не просить пощады.


 


Лапландия


 


В небе сиянье горит огнем.


В шубке потрепанной, белокура, –


кто эта девочка за окном?


Кликнул бы стражу,  да жалко дуру.


 


Бьюсь над задачей, идут года,


снова решаю – и вновь неверно:


из серебристых кусочков льда,


как ни крути, – а выходит «Герда».


 


Странное слово – река, страна,


кличка собачья, цветка ли имя?


Образ ли дальний – из сна, со дна, –


или заклятие, что не снимешь? 


 


Выдумал же – самому смешно.


Все это сказки, пустая небыль.


…Холмик заснеженный за окном,


сопки вдали да сиянье в небе.


 


***


Говорит, не заметил и сам,


как накрыло волною, –


и с тех пор по следам, по пятам


так и ходит за мною.


 


Не клянется в любви неземной,


не робеет нелепо –


только ходит и бродит за мной,


дарит звездочки с неба.


 


Не окликнет и не позовет,


не нарушит покоя  –


просто следом за мною идет,


словно я за тобою.


 


***


Путь начертан, да нам неведом.


Я не вместе – я рядом, следом.


 


В зной  безводный,  в метель лихую


стерегу, берегу, страхую.


 


Зубы стиснула и не ною.


Я не об руку – за спиною.

 


Сырники


 

Мамин рецепт – с изюмом,
Медом и курагой.
Как о тебе ни думай -
Ты все равно другой.
В окна порыв норд-веста –
Бешено, по-мужски.
Липнет к ладоням тесто,
Надо еще муки.
Краем стекольным, бритвой
Строчки в письме. Прочти.
Есть за тебя молитва,
Нет за тобой пути.
Ни в кандалах к острогу,
Ни босиком в пургу…
Сырников на дорогу –
Что я еще могу?
Ехать тебе неблизко.
Поезд, вокзал, огни.
С горкою вышла миска.
Боже тебя храни.

 


Просить


 

А один говорил – никогда ничего не просить.
А другой уверял – мол, просите, дано будет вам.
Я у кромки стою: сверху небо, внизу котлован,
Мне упавшей звездой подмигнула высокая синь.

 

Что вверху, что внизу – темнота и не видно ни зги,
Только искры на небе и дождь по лицу проливной.
Все, о чем промолчала, - мое и осталось со мной.
Все, о чем попросила, - немедля досталось другим.

 


Осколок


 

Разобьешь меня – подбери осколок.
Будет острым край, словно сто иголок.
Осторожно – пальцы бы не поранить –
положи в карман и припрячь на память.
Положи в карман да носи с собою.
От чего смогу – от того укрою.
Пересуды, сплетни и кривотолки
разлетятся в пыль от краев осколка.
Сберегу в степи и в долине горной.
Покажи, кому, – перережу горло.
Но извилист путь, и непрост, и долог, –
потеряешь ты оберег-осколок.
Удивишься, как все переменилось:
было ясным небо, и вдруг – немилость,
и к другим ушла от тебя удача.
А в траве осколок лежит и плачет.

К списку номеров журнала «ВИТРАЖИ» | К содержанию номера