АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Людмила Свирская

Стихотворения

Живу в Праге. Пишу по -русски. Мечтаю о мировой душе. Вообще-то я больше стихи пишу.Но в жизни иногда всё так перемешивается!  Автор книги стихов «Опоздавший Дон-Кихот»

 

 

У каждого из нас свой рай и ад.
Свое не поменяешь на чужое.
Ну кто,скажи мне,кто не виноват,
Что я сто лет к тебе тянусь душою,
А ты-ко мне?Не бойся,не проси
Прощенья и Прощания,мой милый.
Я верю в рай-Господь тебя спаси.
Я верю в ад-Господь тебя помилуй.
Во сне тебя я за руку беру,
Веду,как Эвридика,без оглядки
В свой тихий,теплый ад.Замкнулся круг.
Мы живы,старый друг мой. Все в порядке.

 

 

***

 

Я все жду - вдруг начнется обратный отсчет,
И опять повстречаю весну я,
И река- незнакомая-вспять потечет,
Все пороги умело минуя
Мимо губ, вечно лгущих. Неверящих глаз.
Снов и сказок, трубящих победу,
В город детства. Единственный.Где родилась.
И откуда уже не уеду.

 

 

***

 

Не привыкай к любви. Когда тебя -
Судьбу ежеминутно, с придыханьем,
Благодари. Пусть даже не стихами.
Пусть молча - тишину не торопя.
А если ты - на миг ли, на года -
Живи, благодаря Того, который...
За ощущенье летнего простора...
Что мне украдкой снится иногда.

 

 

***

 

Когда-нибудь я вспомню россыпь утр,
Случайный вкус невыпитого кофе...
Взгляд глаз твоих пронзителен и мудр,
И будто бы нездешен четкий профиль.
Нездешен и вовек неповторим.
Теряюсь. Или просто обретаю
Себя саму, когда мы говорим
Про космос и политику  в Китае,
Про разности и суммы.. Я ни с кем
Сто лет про это...В голову не шло бы!
Как все, я лишь ходячий манекен
С кармашками усталости и злобы.
Но ощутимо верится в добро
С тобою рядом - над тарелкой суши...
И ты меня целуешь у метро.
Не губы, нет, конечно. Душу. Душу.

 

 

День рожденья Натали

 

День рожденья Натали.
Позолоченной листвою
Старый вымощен Арбат,
По которому брела...
На другом конце земли
Закружил над головою
Бесконечный листопад.
И,как перья из крыла,
Листья падали к ногам.
А кленовые трезубцы
Пламенели,как венец,
В волосах ее вчера.
Осень,слышишь,не сбегай,
Отдышись и  образумься!
Осень-это не конец.
Лишь "унылая пора".

 

 

***

 

Бывают частенько, наверно,
Такими ноябрьские дни.
Вся осень - в стакане глинтвейна.
Вдохни напоследок. Глотни.
Ни "щедрая", ни "золотая" -
О ней не сказать. И весну
Припомнить, чтоб голос - растаял
В твоем телефонном плену.
Не то чтобы осень - мешает.
А просто случается зря.
Душа неизбежно ветшает
Навеки к концу ноября.

 

 

По страницам А.И.  Куприна

                           

Я Тапер в чужой твоей судьбе,
Изредка расцвечиваю будни.
У дороги задремавший путник –
Счастье, не дошедшее к тебе.
Все же разбужу его – с трудом.
Кем попросишь: Шубертом и Листом.
Будет вечер: вкрадчивый и мглистый...
А потом? Ты знаешь? А потом?...
В бархатном футляре у стены
Прячу память о любви и лете...
В солнечном гранатовом браслете
Звезды непогасшие видны.

 

 

      Памяти. Волошина
                              Мадригал( 1)

Когда стихов таинственная спесь
Угадана по чьей-то легкой тени,
Ты – лишь Орфей в раю своих видений,
Ты – к сожаленью, к счастью ли – не здесь.

А остальное – мир реальный весь –
Что состоит из взлетов и падений,
Тебя уже, наверно, не заденет,
Хоть рядом, на стене, его повесь.
Ищи, поэт, в случайном силуэте
Свой вечный смысл – единственный на свете –
И находи, и счастлив будь века!
Пока, неуловимая, как ветер,
Не унесется в запертой карете
Вдаль от тебя последняя строка.
                              2
Когда стихов таинственная спесь
Становится почти невыносимой,
Душа горит лампадой негасимой
В бушующей ночи ( о счастье!) – месть
Годам пустым, несбывшимся мечтам,
Любви, прошедшей мимо близоруко...
Одну печаль лелею и науку –
Томиться по исписанным листам.
Теперь уже ты знаешь, почему
Я нелюбовь восторженно приму,
Отрекшись от счастливых сновидений...
Точна, строга и в меру коротка,
Да будет промелькнувшая строка
Угадана по чьей-то легкой тени.
                           3
Угадана по чьей-то легкой тени,
По блеску глаз и взмаху головы
Любовь. Опять, по моему хотенью,
На белый хрупкий лист ступили Вы.
И, двигаясь вперед тропинкой горной,
По руслу пересохшего ручья,
Вы к истине, которая ничья,
Приходите естественно и гордо:
Ни Вы, ни Ты( не все ли мне равно?)
Не в силах отменить давным-давно
Тоски моей пожизненное бденье...
Душа в крови: и плачет, и болит:
Настигнет нас мой маленький Аид...
Ты – как Орфей в раю своих владений...
                       4
Ты – как Орфей в раю своих владений,
Но я – не Эвридика! Если бы!..

Я слышу равномерное гуденье
Не выключенной вовремя борьбы
Меж небом и землею, тьмой и светом,
Между живой и мертвою водой...
Любимый...беспощадно молодой,
Туда-сюда снующий через Лету...
След губ твоих остался на подоле...
Руки коснуться бережно, без боли –
И замереть вовеки, ныне, днесь...
И только так счастливой быть на свете...
Любимый мой, прости мне строки эти:
Ты – к сожаленью, к счастью ли – не здесь.
                           5
Ты -  к сожаленью, к счастью ли – не здесь,
В реальность заселяешься иную...
Ко всем и ко всему тебя ревную,
Тем утешаясь, что ты просто есть.
А если в жизни с солнцем перебой,
Одну из наших я включу мелодий...
Любовь, бывает, с юностью проходит,
Но этот случай – вряд ли наш с тобой.
Она уже давно легла на плечи,
И, кажется, что небо стало легче
И ближе: подтянуться да залезть!
Который год я не могу поверить,
Что вот он ты и наш безмолвный берег,
А остальное – мир реальный весь.
                         6
... А остальное – мир реальный весь –
Дарю тебе, единственно любимый,
На цыпочках проскальзывая мимо,
И с солнечным лучом наперевес,
Но налегке. Со мною лишь блокнот
Да кошка с треугольными ушами...
В судьбе своей мы мало что решаем,
Коль миром правят семь заклятых нот...
И все-таки попробуем опять
Мы в унисон негромко зазвучать,
Чтоб вместе умереть от наслажденья...
Обняв тебя, с минуту не дыша,
Я прошепчу: «Да здравствует душа,
Что состоит из взлетов и падений!»
                    7
«Что состоит из взлетов и падений?» -
Спросило море горную гряду,
Но та всю ночь молчала на беду...
Клубились фантастические тени,
Кружились суетливо целый век,
Меж сном и явью, правдою и ложью,
Туда-сюда, вершины и подножья,
Как будто невзначай: то вниз, то вверх.
Мгновенье – от восторга до  тоски,
Из крепкого объятия – в тиски...
Мир состоит из взлетов и падений...
И горя в нем – увы – полным-полно,
Но я молюсь и верю, что оно
Тебя уже, наверно, не заденет.
                   8
Тебя уже, наверно, не заденет
Мое неравнодушие к тому,
Как ты живешь. Тебе хватает денег?
А если одинок, то почему?
Меня, о да, ты вспоминаешь редко,
В судьбе твоей у всех свои места.
А это значит то, что неспроста
Ты мне в углу поставил табуретку.
Но я роптать не вправе. Важно ль это?
Ведь все равно хожу-брожу по свету,
Счастливой стать смогу и там, и здесь.
А если нет в душе твоей покоя,
До счастья не дотянешься рукою,
Хоть рядом, на стене, его повесь.
                 9
Хоть рядом, на стене, его повесь,
Любимого портрет в роскошной раме,
И припадай, как верующий в храме...
Но сердце откликается на смесь
Каких-то глупых «лайков». -  «Я люблю»
В который раз не свяжется во фразу...
Мы снова повстречаемся не сразу:
Когда любовь опустится к нулю.
Мы станем равнодушны и милы,
Как в магазине – новые столы:
Те, у стены, а, может быть, и эти.
...Живые руки, губы и глаза
Сквозь, вопреки, благодаря и за
Ищи, поэт, в случайном силуэте.
               10
Ищи, поэт, в случайном силуэте
Метафору забытую свою,
И радуйся, забыв про все на свете,
Когда найдешь. И снова я спою
О счастье – до конца  непостижимом,
Неведомом тому, кто не знаком
Со строчкой, заскучавшей под замком,
А прежде - столько раз скользнувшей мимо.

Спою о ярком солнце и о лете,
О том, как прорастает мох столетий
Сквозь каменные, мертвые слова
И оживает заново в поэте...
Ищи всю жизнь и находи едва
Свой вечный смысл – единственный на свете.
                  11
Свой вечный смысл – единственный на свете –
Мы ищем основательно, с трудом.
Кто дуб сажает, кто-то строит дом
И между делом счастья не заметит.
Что до меня...уже не задаю
Себе вопрос бессмысленный – о смысле,
Неся на разноцветном коромысле
Две нелюбви – чужую и свою.
Прислушайся: тебя давно зову я,
Чтоб встретиться в июле, на закате
( Так было много раз, наверняка!),
Чтоб мертвую ты вылил, а живую –
Любовь -  дал выпить мне. Ищи, искатель,
И находи, и счастлив будь – века!
 
                12
И находи, и счастлив будь века
С тем найденным, что душу бередило...
Напрасно поп размахивал кадилом
Над внутренностью хрупкого цветка.
В необъяснимой дерзости застыв,
Он держится, пока не опадая...
И тихая молитва молодая
Звучит над ним, как сказочный мотив.
Его омыла юная роса,
И вечности последних полчаса
Счастливей всех я становлюсь на свете:
Прозрачна, осязаема, легка,
Вдруг вспархивает новая строка:
Пока неуловимая, как ветер...

                  13
Пока, неуловимая, как ветер,
Прочь не умчалась юность навсегда,
Я ничего не знала ни о лете,
Ни о тоске, что душит в холода,
Ни о любви, слегка побитой градом,
На перекрестке съежившейся вдруг...
Ни о тебе, мой прошлый добрый друг,
Я ничего не знала. И не надо.
Давай как будто нам по двадцать лет:
Плохого в этом мире просто нет,
И сутки напролет нам солнце светит...
Тогда, быть может, юности восторг
На чей-то пламенеющий восток
Не унесется в запертой карете.
                    14
Не унесется в запертой карете
Давным-давно прожитая весна.
Мне цель ее высокая ясна:
Напоминать настойчиво о лете,
Поскольку в теплой осени – о да,
Рассеянной, спокойной, близорукой,
Случается невнятная разлука:
И, как бывает часто, навсегда.
Что от меня хотите вы услышать,
Всевидящие скученные крыши,
И чешуей блеснувшая река?
О чем, поэт, ты думаешь тоскливо,
Когда опять умчится молчаливо
Вдаль от тебя последняя строка?
               15
Вдаль от тебя последняя строка,
Как пробка, отлетает безвозвратно.
Жмет на Delete упорно, многократно
Чужая всемогущая рука.
Я к счастью столько раз была близка!
Томилась на пороге. Но парадный
Подъезд мой осыпался аккуратно,
Как в давнем детстве – замок из песка.
Я верю в то, что все еще случится,
Ведь счастье – любопытная вещица:
Вдруг раз – да и откликнется, что есть...
Я к счастью мимолетному готова
И верю в то, что прежде было слово,
«Когда стихов таинственная спесь...»

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 



К списку номеров журнала «ЕВРОПЕЙСКАЯ СЛОВЕСНОСТЬ» | К содержанию номера