АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Олег Комраков

«ZЕВС». На руинах производственного романа

Foto2

 

Родился в 1977 году в Москве. Закончил Российский торгово-экономический университет, работал инженером-экономистом и бухгалтером. В 2013 году окончил Высшие литературные курсы при Литературном институте им. А. М. Горького. Печатался в журнале «Полдень, XXI век». В 2009 году издана книга «Десять дней без солнца».  В различных бумажных и электронных изданиях печатались статьи о литературе и кинематографии. С ноября 2011 года возглавляет литературный отдел журнала современной культуры «Контрабанда». Участник семинара критики Совещания молодых писателей при СПМ в 2013 г. и 2014 г. 

 

 

«ZЕВС»

На руинах производственного романа


Действие романа Игоря Савельева «Zевс» развивается по двум сюжетным линиям, объединённым одним персонажем – инженером Кириллом. Одна линия связана с авиазаводом имени Туполева (прямо поименованным в тексте), некогда знаменитом и прогрессивном, а ныне пребывающем в состоянии полуразвала. Пенсионеры лениво ковыряются с чертежами и часами пьют чай (и более крепкие напитки), рассказывая по кругу одни и те же истории. Администрация пытается хоть как-то наладить работу и выбить побольше бюджетного финансирования, обещая правительству новые технические достижения, но постоянно срывает сроки и нарушает взятые на себя обязательства. К тому же, как это обычно бывает в пораженных болезнью организмах, на предприятии процветают сомнительные дельцы, больше напоминающие мародеров.

Впрочем, нельзя сказать, что авиазавод в «Zевсе» изображен только чёрными красками, напротив, показаны и положительные стороны такого унылого времяпровождения. Никто особо не напрягается по рабочим делам, никто не конкурирует за должности или ресурсы. Можно позволить себе вольности и в одежде, и в графике работы, и в отношениях между начальниками и подчинёнными. Все друг с другом хорошо знакомы уже много лет, понимают с полуслова, живут, скорее, как большая семья, чем рабочий коллектив. И все это создает достаточно уютную атмосферу тихого мирного болота, смирившегося со своим безнадежным положением.

Главный герой романа, Кирилл - один из тех немногих, кто пытается и в этом болоте чего-то добиться в научно-техническом плане. Он немногим старше тридцати, не алкоголик, у него пока еще остались какие-то технические амбиции, и потому он чувствует себя на умирающем предприятии чужеродным элементом и очень остро осознает, в каком смертельно тягостном положении пребывает авиазавод. «Мучительно, всем объемом легких ощущая бесполезность этой пыльной механической работы, осознавал он бесполезность бытия. Вот шкафы. Вот проекты. Оставленные от безденежья, сиротливые, но когда на них дадут?таки немного денег, окажется, что заниматься ими некому. Каждому, кто придет однажды (скоро) к этим папкам, придется начинать с нуля. Потому что не будет опыта, специальных знаний, да и посоветоваться будет не с кем».

И когда у Кирилла созревает идея изобретения, возможно, способного кардинально изменить подход к проектированию сверхзвуковых самолётов, перед ним тут же встаёт вопрос: попытаться применить изобретение здесь, где никому ничего не нужно, или же уйти туда, где его изобретение оценят по достоинству, а может, и вовсе поискать удачи за границей. Ну а тут вдобавок ещё больше запутывает другая сюжетная линия, которую можно условно назвать «семейно-дружеской». Прямо как по заказу, из далёкого студенческого прошлого Кирилла выныривает его друг Лёха. После института он занимался каким-то там бизнесом, а теперь хочет поменять свою жизнь, воссоздать команду КВН, где они некогда блистали с Кириллом и пробиться на телевидение. Энергия этого привета из прошлого настолько велика, что Кирилл поневоле всё больше поддаётся  влиянию друга, вызывая этим всё большее недовольство своей жены.

Две этих сюжетных линии складываются в одну картину глобального жизненного кризиса главного героя – на работе, в семье и вообще во всех сферах. И тут возникает такой интересный момент: «производственная» сюжетная линия, написанная живо, с хорошим знанием реалий, оказывается куда менее напряженной и интригующей, чем линия «семейная». И это при том, что в «производственной» линии подробно показана жизнь авиационного предприятия, есть «набор» тщательно прописанных персонажей, заданы несколько, казалось бы, важных конфликтов: внешний - между заводом Туполева и его конкурентами, внутренний – между теми, кто остался верен старым традициям, и новыми сотрудниками, личный – в душе Кирилла. Но все эти конфликты никак не создают драматизма и не заинтересовывают. По всей видимости, потому, что и так понятно, как они разрешатся. Завод выбьет из бюджета деньги и разбазарит их, старые сотрудники всё так же будут спиваться, а менеджеры сдавать площади в аренду, да и на вопрос главного героя: «Оставаться или увольняться?» ответ может быть только один: «Беги оттуда и не оглядывайся!».

И дело здесь не в литературной слабости романа, а в ветхости того жизненного материала, к которому обращается автор. Роман “Zевс” в лучших традициях реализма отражает жизнь, только вот жизнь на подобных предприятиях такая, что в ней нет ни драматизма, ни накала страстей, а только медленное погружение в зыбучий песок. Так что в случае «Zевса» стоит говорить не о возрождении советского жанра производственного романа, как это кажется на первый взгляд, а о возвращении на руины былого величия. Автор с грустью осматривает то пространство – и реальное, и литературное, – где некогда бушевали могучие страсти, а ныне растет бурьян да чертополох, а затем транслирует свое элегическое настроение читателю. Впрочем, если уж следовать канонам реализма, то писать надо обо всем – и о росте, и об умирании, и о достижениях,  и о провалах.

Зато семейная линия романа, несмотря на некоторую ее банальность – все же тема наступления кризиса среднего возраста и невозможности возвращения в прошлое в литературе разработана очень подробно - оказывается занимательней производственной линии. Что ж, темы, связанные с рабочей деятельностью, в литературе сменяют друг друга регулярно. В моду входят то летчики и полярники, то инженеры и изобретатели, то менеджеры и бандиты, а семейная тема пребывает вовеки. И обращение к ней всегда привлекает внимание читателя.

К списку номеров журнала «Кольцо А» | К содержанию номера