АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

*

Свидетель нескольких эпох. В. Денисов, С. Сабирова, Б. Попов. К 90-летию Мурата Рахимкулова

Свидетель нескольких эпох

 

 

Мурат Галимович Рахимкулов родился 30 апреля 1925 года в Уфе. С 1941 года работал на моторном заводе в Черниковке (ныне УМПО). В 1945–1950 гг. был актером и помощником режиссера Башкирского академического театра драмы имени М. Гафури.

Окончив в 1955 году Башгоспединститут, два года работал учителем в селе Чекмагуш. В 1957–1987 годах – на научно-педагогической работе.

М. Рахимкулов полвека успешно исследует русско-башкирские литературно-фольклорные связи. Наибольшую известность Рахимкулову принес вышедший в 1961–1968 гг. пятитомник «Башкирия в русской литературе», в котором собраны художественные произведения и этнографические очерки русских писателей и краеведов. Автор сопроводил их обстоятельными предисловиями, научными комментариями и биографическими справками. Позже этот труд в переработанном и дополненном до шести томов виде был переиздан (1989–2004). В сборнике очерков «Цветущий край, благословенный» (1979) – М.Г. Рахимкулов рассказал о творческих связях с Башкортостаном Д.Н. Мамина-Сибиряка, Ф.Д. Нефедова, А.М. Горького, А.М. Федорова, Н.А. Крашенинникова, А.А. Фадеева, С.П. Злобина и других писателей. Тему эту он продолжил и в книгах «Встречи с Башкирией. От Пушкина до Чехова» (1982) и «Любовь моя – Башкирия» (1985).

В книгах «От Пушкина до Толстого» (2009) и «От Горького до наших дней» (2013) Мурат Галимович исследует творческие и биографические связи с Башкирией десятков литераторов – как классиков, так и малоизвестных, а то и вовсе забытых.

М.Г. Рахимкулов является автором статей о творчестве М. Гафури, М. Карима, Р. Нигмати, С. Кудаша, К. Мэргэна, а также монографии «Страницы дружбы» (1972), посвященной изучению русско-башкирских литературно-фольклорных связей, пятитомного учебного пособия «Литературное краеведение Башкирии» (1961–1968).

Мурат Рахимкулов – кандидат филологических наук, доцент, член Союза писателей СССР, Отличник Высшей школы СССР, заслуженный деятель науки Республики Башкортостан, почетный краевед РБ, лауреат: Уральской премии имени В.П. Бирюкова и Литературной премии имени Степана Злобина.

 

 

Свидетель нескольких эпох

 

Мурату Галимовичу Рахимкулову 90 лет… Фантастический возраст, даже по нынешним временам. Он, наш старший товарищ, свидетель и участник становления великой страны, а также очевидец её разрушения и нынешнего упадка. И он в полной мере личность историческая уже по факту своего долголетия, не говоря уже о том, что навеки вписан в историю культурной жизни республики благодаря великому множеству уникальных литературоведческих работ и монографий, книг и пособий по литературному краеведению Башкирии. Основной его труд, дело долгих лет жизни – многотомная антология «Башкирия в русской литературе». Ценители этого вида искусства и патриоты родного края прекрасно знают, о чём и как написаны эти книги; сотни и сотни студентов-филологов, я надеюсь, ещё многие десятилетия будут спрашивать в библиотеках труды Мурата Галимовича, написанные живо и интересно, на высочайшем профессиональном уровне. И я не завидую будущим литературоведам (если таковые ещё останутся в стране), которые решатся повторить титанический подвиг патриарха республиканской научной словесности, поскольку практически все писательские имена, от великих до малоизвестных, от Пушкина до литератора из башкирской глубинки, нашли своё достойное место в работах Мурата Галимовича. Вот уж кто, действительно, написал – и «закрыл тему»… 

Мои знакомые и близкие мне люди, в прошлом – студенты БГУ, говорили о своём преподавателе курса русской литературы М.Г. Рахимкулове с уважением, подчёркивая его спокойную, доброжелательную манеру общения, его интеллигентность, сосредоточенность на предмете, основательность в суждениях и выводах. Я же, познакомившись с Муратом Галимовичем лет пятнадцать назад, увидел его несколько другим: неистощимым на рассказы и воспоминания о встречах с многочисленным кланом литераторов, с которыми ему пришлось встречаться и беседовать по работе, да и просто в дружеских застольях. С юмором, и в то же время тактично и уважительно, он говорил о своих беседах с московскими писателями А. Чаковским, К. Симоновым, Л. Ошаниным, Е. Исаевым, В. Солоухиным и многими другими, отмечая в каждом черту, отличающую его от прочих, какую-нибудь маленькую, но яркую деталь, мало кому известную. Ну, например, вряд ли кто сейчас знает, что Константина Симонова на самом деле звали Кириллом и что он поменял себе имя, чтобы слишком часто уж не картавить при знакомстве. Об этом Рахимкулову рассказал, посмеиваясь, сам Константин Михайлович… Правда, что касается творчества того или иного литератора, то тут его оценки и высказывания бывали более категоричными. Например, однажды он разделил мнение профессора МГУ В.И. Кулешова о том же Симонове. В литературном споре один из участников дискуссии в полемическом запале заключил, что Симонов – большой писатель. На что Кулешов ответил: «Да, большой писатель. Но не художник». Что ж, по большому счёту, учитывая наличие в русской литературе Пушкина и Гоголя, это верно…

Похожие приёмы оживления иногда наукообразного, вроде бы, текста мастер использовал и в своих работах, поэтому буквально все его книги интересны, читаются легко и запоминаются надолго. Они – летопись нескольких эпох культурной и общественной самобытной жизни башкирского края, тесно связанного своей историей с жизнью нашей великой страны на протяжении двух столетий. А основная мысль его произведений, которая держит и цементирует все работы выдающегося башкирского литературоведа, – дружба народов и взаимопроникновение культур – будет актуальной ещё долгие годы, если не всегда.  

О Мурате Галимовиче Рахимкулове можно говорить очень много, долго и хорошо. Надеюсь, кто-нибудь из более сотни его дипломников возьмёт на себя этот труд, вспомнит о своём наставнике и учителе, кто-нибудь из нынешних поэтов расскажет об университетском поэтическом кружке «Тропинка», которым руководил Мурат Галимович, кто-нибудь из докторов наук посвятит своему руководителю дипломной работы многостраничную статью с оценкой творческого пути большого учёного, литературоведа и основателя литературно-исторического краеведения в Башкирии.

Я же сейчас просто поздравлю старшего товарища с его замечательным юбилеем, пожелаю здоровья и просто повторю, что говорил ему не раз: всегда рад Вашим звонкам в любое время суток, Мурат Галимович.

На связи!

 

Владимир ДЕНИСОВ,

член Союза писателей

 

 

 

Мудрый учитель и друг

 

Мурата Галимовича Рахимкулова его современники, коллеги по перу и труду, называют первооткрывателем и родоначальником литературоведческого краеведения в нашем крае, творцом, который «объял необъятное», создав великолепные книги и монографии и открыв для читателя малоизвестные «башкирские» страницы в русской классике.

Заслугой ученого являются шеститомная антология «Башкирия в русской литературе» и многотомная серия «Золотые родники». Нет ни одного филолога в Башкортостане, который бы не знал его имени, и нет такого библиотекаря, который бы не был знаком с его творчеством и не работал с его книгами.

Мне повезло больше, чем другим моим коллегам: Мурат Галимович живет в двух шагах от библиотеки, где я работаю, и наши встречи когда-то были ежедневными. В качестве утреннего моциона он шел от киоска «Уфа-печать» в редакцию газеты «Истоки» и оттуда непременно заходил к нам. Иногда начинал свой путь с «Истоков», но с обязательным посещением библиотеки.

Я помню нашу первую встречу. У меня тогда случайно оказалась книга Рахимкулова «Народной мудрости родник», и через его дочь Гузель я попросила автора, чтобы он оставил свой автограф. Мурат Галимович отозвался сразу же – позвонил и попросил меня зайти к нему. На звонок открыл дверь сам Писатель – статный, седой, умный, проницательный, вежливый… Таких эпитетов я могу перечислить еще с десяток, чтобы охарактеризовать его и составить первое впечатление от встречи.

– Книгу эту вам я не верну, – учительским тоном сказал он. И пока я не успела подумать, почему, продолжил: – У меня у самого этой книги нет. Выбирайте любую другую, я подпишу! – и подвел меня к книжному шкафу.

Так я получила автограф и замечательного друга на многие годы. Несмотря на большую разницу в возрасте, он отнесся ко мне как к профессионалу, а наш библиотечный труд в своих выступлениях не раз возводил на недосягаемую высоту. Это было уже позже, когда он увидел наш ежедневный кропотливый труд во благо юных читателей.

Сколько удивительных и прекрасных встреч мы провели в библиотеке благодаря знакомству с Муратом Галимовичем! У нас побывали его коллеги и сокурсники В. Сидоров, Б. Попов, А. Филиппов, М. Гафуров, Р. Паль, Ю. Андрианов, дочь известного башкирского артиста Г. Мингажева, бывшие его студенты, а ныне уфимские поэты и писатели – Р. Романова, Л. Колоколова, Л. Соколов, а также дети и внуки самого Рахимкулова.

Более того, Мурат Галимович передал в наш музей свой архив – книги и фотографии, переписку с краеведами Урала и множество книг с автографами известных людей, в том числе первым принес нам несколько книг с автографом Мустая Карима, став инициатором открытия литературно-поэтического зала имени народного поэта.

Он доверил нам историю своего детища – рукописные студенческие альманахи литературного кружка Башкирского государственного университета под названием «Тропинка», организатором и руководителем которого он был на протяжении восемнадцати лет. И эта «Тропинка» вывела на литературное поприще многих ныне известных писателей и поэтов республики – бывших студентов филфака 60–80-х годов.

Мурат Галимович – удивительный человек. Литератор с энциклопедической одаренностью и математическим складом ума. Его знаниям и памяти нет предела! Он помнит не только имена и фамилии всех людей, с кем судьба его однажды познакомила, но и даты событий, вплоть до мелких подробностей. Это в нем меня всегда восхищало, удивляло и поражало. А еще его удивительно тонкий юмор в общении с людьми – будь то ровесник или юный посетитель библиотеки. Однажды на снимке, подаренном им нашему музею, он сделал такую надпись: «Лучшей библиотеке города Уфы от оригинала М. Рахимкулова».

Сегодня «уважаемому оригиналу» – 90, и, конечно, наша библиотека не может не отметить это событие. Традиционная литературная выставка посвящена его юбилею и раскрывает все многогранное наследие писателя, ученого, краеведа и нашего большего друга.

Здоровья Вам, дорогой Мурат Галимович!

 

Светлана Сабирова,

завед. дет. библ. №17 г.Уфы, засл. раб. культ. РБ

 

 

 

 

 

Мурат Рахимкулов,

член Союза писателей СССР, доцент кафедры русской литературы и фольклора Башгосуниверситета и руководитель литобъединения «Тропинка» в 1968–1987 гг.

 

 

ЧИСТИЛИЩЕ

 

Может быть, литературный кружок при Башкирском государственном педагогическом институте имени Климента Тимирязева существовал и раньше, но я его знаю с 1951 года. Назову даже точную дату – 20 сентября. Помню, как пришел в тот день на лекции и впервые столкнулся с Василием Гредалем. Это был высокий сутуловатый человек с отполированной лысиной и в огромных очках. Ходил он в синих галифе и гимнастерке, подпоясанной широким ремнем. Он рассказывал нам сказки – читал русское устное народное творчество. Лекции его были увлекательными, но, честно говоря, довольно бессистемными, и в голове после них мало что оседало.

И вот Василий Васильевич предложил всем желающим посещать литературный кружок. Поначалу нас было немного. Кроме меня, собирались Марсель Гафуров, Рамиль Хакимов, Леонид Тарасов, Саша Филиппов да Юра Поройков. Чуть позже к нам примкнул Ромэн Назиров. Мне почему-то хорошо запомнились его стихи. Они были своенравными, нехарактерными для того времени. Тогда в основном писали о партии, Сталине, комсомоле. А у него было что-то своеобразное, непохожее на творчество остальных. На всю жизнь в память врезалась одна из его строк: «Нажал на черный пуп звонка…». Не могу судить, хорошо это или плохо, но запомнилось.

Чем притягивал нас кружок? Пожалуй, самое главное, что он давал нам, – это свобода мысли и возможность дискуссии. Мы обсуждали творчество друг друга, спорили о рифмах, о ритмах, о удачах, о неудачах, о неурядицах в мире… И никто нам не мешал. Гредаль слушал, ухмылялся, поглаживал лысину, иногда вставлял какую-нибудь реплику, но в споры наши не вмешивался. Он был кем-то вроде свадебного генерала. Фактически же всей организационной работой в кружке занимался наш староста – Саша Филиппов.

В 1952 году вышел первый альманах – «Заря». Он был машинописный. В нем мы разместили стихи, небольшие рассказы и статью Валентины Каревой к столетию со дня смерти Николая Гоголя. Оформлял альманах наш кружковец Ранец Саитгалин.

Были в жизни кружка и интересные события. Например, весной 1954 года к нам приехал Константин Симонов. Он читал свою новую поэму – «Иван да Марья». Вот только картавил, к сожалению, поэтому текст на слух воспринимался не очень гладко. Потом мы все вместе с ним сфотографировались.

Как сложились наши судьбы в дальнейшем?

Саша Филиппов вырос в Александра Павловича, народного поэта Республики Башкортостан. Марсель Гафуров – переводчик, заслуженный работник культуры РБ и РФ. Рамиль Хакимов тоже выбрал поэтическую тропинку, стал лауреатом государственной премии имени Салавата Юлаева. Леонид Тарасов уехал из Уфы, долгие годы был редактором газеты «Нефтяник Октябрьского». Валентина Карева работала доцентом на кафедре педагогики в Башгосуниверситете. Ромэн Назиров пошел сперва журналистской, а потом литературоведческой тропинкой, заведовал кафедрой русской литературы и фольклора в БГУ. Его научные труды хорошо известны и в нашей стране, и за ее пределами. Юрий Поройков сделал карьеру по партийной линии, впоследствии работал главным редактором журнала «Молодая гвардия» и заместителем главного редактора «Литературной газеты».

Лично для меня кружок Гредаля оказался хорошей школой. Она помогла мне, когда я, работая учителем в Чекмагуше, вел литературно-драматический кружок. Со старшеклассниками мы устраивали творческие вечера, литературные викторины, ставили пьесы. Заняв первое место среди школ по художественной самодеятельности, приехали на награждение в Уфу. В тот раз вместе с остальными ребятами я привез сюда и Ильфака Смакова. Он стал впоследствии народным артистом республики и РСФСР.

Осенью 1968 года я пришел работать в университет и узнал, что литературный кружок развалился. Незадолго до этого им руководил Назиров. Будучи сам человеком неординарным, Ромэн Гафанович и студентам позволял свободомыслие. Вот их и разогнали якобы за антисоветчину. Бывший в то время деканом филологического факультета М.В. Зайнуллин предложил мне кружок возродить. Подумав немного, я согласился. Начинать пришлось практически с нуля. Я повесил объявление, что в такую-то среду в семь вечера в 415-й аудитории собирается литературный кружок, на который приглашаются все желающие от пионера до пенсионера. Первыми, кто пришел, оказались даже не студенты, а две девятиклассницы – Галя Карпусь и Зиля Нурмухаметова. Первая писала довольно хорошие стихи, вторая – рассказы. Но на филфак к нам они потом не поступили, уехали учиться на факультет журналистики в МГУ. Зиля стала вице-премьером – министром культуры Республики Татарстан, Галина много лет работала заместителем главного редактора газеты «Республика Башкортостан».

Постепенно кружок оживился. Приходили и студенты разных вузов, и школьники, и даже рабочая молодежь. Когда у нас образовался костяк человек из пятнадцати, начались споры о том, как же нам называться, ведь прежде кружок был безымянным. Не помню точно, кто и когда предложил это название, но к 1970-1971 году мы уже были «Тропинкой».

Выступали с ребятами в школах, на телевидении, устраивали встречи с известными писателями, издавали альманахи. В течение девяти лет вышло четыре таких альманаха. Сейчас все они хранятся в детской библиотеке города Уфы № 17. Первый мы выпустили в 1973 году. Его отправили в рамках конкурса студенческих работ в Новосибирск, и там он получил награду всесоюзного уровня. Следующие альманахи выходили в 1976, 1978 годах и, наконец, четвертый – в 1982-м, к 25-летию университета. В ту пору нас уже все чаще называли не кружком, а литобъединением.

Работая с молодежью, я не только передавал ребятам свои опыт и знания, но и сам многому учился от них. Среди «тропинковцев» было много ярких личностей. Назвать хотя бы моих первых помощников – Леню Соколова, ставшего впоследствии успешным писателем-сатириком, и Любу Леонтьеву (Колоколову). Люба, будучи еще студенткой, даже несколько месяцев руководила «Тропинкой», когда я уезжал в Москву на повышение квалификации. Да и за других ребят мне не стыдно. Поэтами и писателями, журналистами стали Николай Грахов, Римма Романова, Станислав Шалухин, Евгений Воробьев, Ирина Зиновьева, Айрат Еникеев, Борис Христов, Юрий Агров. Думаю, каждому из них «Тропинка» чем-то помогла в жизни.

За несколько десятилетий через литобъединение прошло много людей. Кто-то приходил пару раз и исчезал, а кто-то оставался надолго. Конечно, далеко не каждый из студентов и школьников стал впоследствии писателем или поэтом. Но в этом-то и заключалась основная функция «Тропинки». Она была неким чистилищем, в котором происходил отсев. И если хотя бы два десятка человек, вышедших из этого чистилища, встали в итоге на литературную стезю, – это уже большое достижение.

 

 

 

К списку номеров журнала «БЕЛЬСКИЕ ПРОСТОРЫ» | К содержанию номера