АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Сергей Филиппов

Жизнь есть любовь. Стихотворения

 

           * * * 

 

Все до мелочи знакомо

И обыденно весьма,

Сонных улочек истома,

Деревянные дома.

 

Те же запахи и краски,

Что и двадцать лет назад,

Жизнь без каждодневной встряски,       

Устоявшийся уклад.

 

Так все вышло, так сложилось,

Тот же круг из тех же лиц,

Их природная сонливость

Непривычна для столиц.

 

Это свойство всех провинций,

Их всеобщего родства,

Где размеренность, как принцип

И как форма существа.

 

 

 

           * * *         

 

Не время повернуло вспять,

А мы, и это не отнимешь.

Пора меняться и менять

Свой, созданный годами, имидж.

 

Пора сменить или смягчить

Отдельные черты и жесты.

Пора бы не иметь причин

Для проявления протеста.

 

Пора сближаться по родству.

Пора не проявлять амбиций.

Пора решить, по существу,

Светить или, лишь так, светиться.

 

Пора украсить стиль и речь,

Пора забыть об эйфории.

Пора беречься и беречь

Все, что не сберегли другие.

 

 

 

           * * * 

 

Когда мы жили тесной группой,

И все решали на ходу,

Когда мы были, как под лупой,

И друг у друга на виду.

 

Когда, не ощущая пяток,

Спешили мы из класса в класс,

И мыслей про шестой десяток,

В помине, не было у нас.

 

Когда нас не судили строго,

Когда нам не хватало тем,

Когда здоровья было много,

А денег не было совсем.

 

Когда запретный плод был сладок,

И далеко до смены вех,

Когда в стране царил порядок,

А на дворе двадцатый век.

 

Когда сознанье, в самом деле,

Определяло бытие,

Несли судьбу свою в портфелях,

И все невежество свое.

 

 

 

           * * *

 

Не бойся быть однообразным.

Спаси меня и сохрани

От многочисленных соблазнов,

Подстерегающих в пути,

Одна, но истинная Вера,

Не отвергаю всех иных,

Одна хорошая манера,

Но при отсутствии дурных.

Одна весомая заслуга,

Не выставленная на показ.

Одна броня, одна кольчуга,

Проверенная много раз.

Одна судьба, другой не надо,

Другая будет у других.

И жизнь одна, но как награда,

Поделенная на двоих.

 

 

 

             * * *

 

Если ты, невзначай, захворал, занемог,

Если думы тревожные зреют,

Счастлив будь, если есть на земле уголок,

Где тебя и поймут и согреют.

 

Если  в жизни ты, вдруг, бесконечно устал,

Если силы твои на исходе,

Этот самый надежный и верный причал

Даст приют при любой непогоде.

 

Если ты не погиб, только сбился с пути,

Если бродишь по самому краю,

Крепче зубы сцепи, дотяни, доплыви

В тот причал, где тебя ожидают.

 

Если душу свою ты, вконец, истерзал,

Здесь излечат ее очень просто,

Здесь начало твоих самых главных начал,

Твой заветный, единственный остров.

 

Если ж силы растратив на трудном пути,

Разбазарив последние крохи,

Ты его в суете не нашел, не достиг,

Если так, то дела твои плохи.

 

 

 

            * * *

 

Любовь, где глубоко, где мелко,

Где все всерьез, где лишь каприз,

Где просто выгодная сделка

Или житейский компромисс.

 

Где вечно юные сюжеты

И чувств возвышенных полет,

Где стансы, вирши и сонеты,

Где неприличный анекдот.

 

Где мало слов и много грусти,

Где все ни так и кувырком,

Любовь то мечется, то трусит,            

То храбро лезет напролом.

 

Восторженна, и без изяществ,

Придет, уйдет, вернется вновь,

В любви, как в жизни, много качеств,

Поскольку жизнь и есть любовь.

 

 

 

            * * *

 

Когда о самом сокровенном

Сказать желаешь каждый раз,

Так трудно вырваться из плена

Дежурных и банальных фраз.

 

Дар красноречия искусство,        

Но, мысль конечно не нова,

Когда преобладают чувства,

С трудом находятся слова.

 

И юноше при первой встрече,

И мужу зрелому не в срок

Влюбившемуся, косность речи

И робость, право, не в упрек.

 

 

 

            * * *

 

Неисчерпаемый запас

Мелодий, красок и сюжетов

Жизнь щедро дарит каждый час

Художнику, творцу, поэту.

 

Он лишь готовым должен быть

Суметь, в порыве вдохновенья,

Поймать, остановить, продлить

Для всех прекрасное мгновенье.

 

Преодолеть в себе и страх,

И неуверенность в успехе,

Запечатлев в своих стихах,

В картинах, музыке навеки.    

 

 

 

             * * *

 

Поэт боялся рифм глагольных

Не меньше, чем идей крамольных.

А утром посмотрел на вид,

А за окошком снег лежит,

Ель зеленеет, лес чернеет

И речка подо льдом блестит.

 

 

 

           * * *

 

Я написал стихотворенье,

Влетел домой, ни сняв пальто,

Прочел жене, без восхищенья,

Он спросила: «Ну и что?»

 

Потом поэму, как Вергилий,

Я написал, и вновь беда,

Все кто читали, говорили,

Что это просто ерунда.

 

Я, наконец, издал свой сборник,

И, первым делом, напрямик,

Помчался к другу, то был вторник,

И попросил: «Прочти, старик».

 

Не стал, лишь только с полки дальней

Другой взял сборник, в нем нашел

«Есть в осени первоначальной»,

И с выражением прочел.

 

 

 

           * * *

 

Я знал поэта одного,

Близки мне были, от чего-то,

Звучавшие в стихах его,

Оптимистические ноты.

И сам он, с ног до головы,

Был необыкновенно чистым,

Но не позволила, увы,

Остаться светлым оптимистом,

Увиденная из окна

Эстета-интеллектуала,

Им проза жизни, так она

Поэта разочаровала.

Вид прозы жизненной потряс

Настолько, что в конечном счете,

Поэт мой, по уши, погряз

В пессимистическом болоте.

 

 

 

          * * *

 

Поэт три года был в отчаянье,

Стихи гражданского звучания

Не трогали сограждан, вдруг,

Как подсказал поэту друг,

Он сел, взял чистый лист бумаги

И написал свой первый шлягер,

Который, вскоре, передал

На популярнейший канал.

За ним другой, ну а потом

Построил трехэтажный дом,

Сообразив, что нынче важно

И нужно для его сограждан.

 

 

 

ГАМЛЕТ

 

Просторный зал, одетый в камни,

Застыл дворец, неяркий свет

Струится, друг пред другом Гамлет

И визави его Лаэрт.

 

Сошлись, готов свершиться вскоре

Коварный план, ликует двор,

Две лучших шпаги в Эльсиноре

Сейчас начнут кровавый спор.

 

Ну что ж, с судьбою не поспоришь,         

Увы, известен всем итог,

Две юных жизни, хоть всего лишь

Один отравлен был клинок.

 

Близка развязка, только впрямь ли

Иным не мог бы быть сюжет,

Прошу, остановитесь Гамлет,

Остановись и Ты, Лаэрт.

 

Пусть честь Офелии задета,

Пусть где рядом Тень Отца,

Но все же, поединок этот

Не доводите до конца.

 

Разыграна и виртуозно

Интрига, но не в этом суть,

Ведь и сейчас еще не поздно

Друг другу руки протянуть.

 

Но примиренье не настанет,

Увы, альтернативы нет,

Я знаю, что погибнет Гамлет,

Я знаю, что умрет Лаэрт.

 

Наивный зритель, в предвкушенье,

Не жди счастливого конца

Там, где пусть даже на мгновенье,

Ожесточаются сердца.

 

Спектакль закончен, песня спета

И рвется тоненькая нить,

И остается без ответа

Вопрос, так быть или не быть?

 

 

 

МУШКЕТЕРЫ

 

Стальной клинок, седло и шпоры,

Камзол в серебряных крестах,

Когда-то жили мушкетеры

В бою не ведавшие страх.

Отвага доблесть и удача,

И выше чести ничего,

Один за всех, а это значит,

Что встанут все за одного.

 

Атоса в битвах не смущало

Ни пули свист, ни блеск клинка,      

И часто друга выручала

Портоса верная рука,

Поднимем кубки за удачу

И выпьем крепкое вино,

Один за всех, и не иначе,

А значит все за одного.

 

Поэт, философ и мыслитель,

Красавец, щеголь и хитрец,

Коварный дамский соблазнитель

И покоритель их сердец.

Но не было для Арамиса

Дороже дружбы ничего,

Один за всех, без компромиссов,

А значит все за одного.

 

Стальной клинок, седло и шпоры,

Проворность рук и меткий глаз,

Любой рассказ про мушкетеров

Без Д’Артаньяна не рассказ.

Дуэль решится однозначно,

Врагу спастись не суждено,

Один за всех или иначе

Выходит все за одного.

 

Что может быть позорней страха,

Презренье ближних труса ждет,

Когда струится под рубахой

И по рукам холодный пот.

Так прочь сомнения и споры,

Нет выше чести ничего,

Один за всех, мы мушкетеры,

А значит все за одного.

 

К списку номеров журнала «ЛИКБЕЗ» | К содержанию номера