АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Сергей Беляев

Где купить рояль? Заметки о музыкальной торговле в старом Екатеринбурге

О музыкальном прошлом Екатеринбурга написано немало. Поток публикаций последних лет вернул нам забытое, а то и вовсе неизвестное, уточнил и расширил наши представления об известном. Появилась возможность вписать все наиболее заметные вехи богатой событиями музыкальной истории города в хронику его культурной жизни. Ясной стала общая картина: старый Екатеринбург являл собой город, отличавшийся любовью жителей к музыке, особенно к опере. Здесь не без основания гордились (и продолжают гордиться) музыкальными традициями, становлением которых город обязан многолетним стараниям местной интеллигенции.

Полагаю, еще один довод в пользу сказанного не будет лишним. А приведенные ниже факты, пока крайне редко попадавшие в поле внимания исследователей, возможно, заинтересуют не только представителей исторического музыковедения.

Для начала попробуем представить себе екатеринбуржца, лет сто — сто двадцать назад задумавшего приобрести для своего чада музыкальный инструмент или летом взять напрокат пианино на дачу. Вероятнее всего, этот человек, прежде чем отправиться за покупкой, внимательно просматривал городскую прессу. Среди множества рекламных объявлений, которые, как квадратики-пазлы, заполняли обычно полностью первые страницы газет, он непременно находил нужную информацию. Огромный выбор музыкальных инструментов и нотной продукции, как обещала реклама, уже ожидал заинтересованного покупателя. И не в одном, а в нескольких магазинах. Начиная с 1900 года и вплоть до Первой мировой войны таких магазинов в городе насчитывалось не менее пяти, а в отдельные годы их было и больше.

Для шестидесятитысячного уездного Екатеринбурга статистика, следует заметить, неплохая. Убедиться в правоте данного замечания позволит знакомство с аналогичными показателями других городов. Сделать это не составит большого труда: достаточно обратиться к материалам дореволюционных справочных изданий — торгово-промышленных адрес-календарей и каталогов.

Начнем с ближайших соседей — крупных городов Урала. В начале ХХ века Екатеринбург, где, напомним, музыкальными товарами торговали в пяти магазинах, опережал все губернские центры. В Оренбурге и Перми было в то время по два таких магазина, в Уфе — один. К концу первого десятилетия лидерство Екатеринбурга сохранялось: Оренбург и Уфа имели тогда по три музыкальных магазина, Пермь — четыре, Екатеринбург — семь. Накануне Первой мировой войны, в 1914 году, соотношение несколько изменилось в пользу Перми. В губернском центре свои услуги покупателям предлагали семь магазинов, а в переместившемся на второе место Екатеринбурге — только четыре. Для полноты картины добавим, что в том же 1914 году по количеству объектов музыкальной торговли Екатеринбург, конечно же, уступал таким превосходящим его по численности населения провинциальным городам, расположенным вне Урала, как Казань и Нижний Новгород. Однако он вполне достойно выглядел на фоне показателей Самары, Тюмени и Томска.

 

 

***

 

Но оставим статистику и попробуем пристальнее приглядеться к тем музыкальным товарам, которые предлагали покупателям екатеринбургские магазины. Предложения торговли, как известно, связаны со спросом. А спрос, в свою очередь, отражает вкус и предпочтения горожан.

По свидетельству современника, в середине 1890-х годов екатеринбуржцы очень любили «побрякать» на рояле и предавались этому занятию весьма усердно. Более того, в то время в городе не было ни одной улицы, где бы не раздавалось столь излюбленное «бряканье». «Смело можно сказать, — продолжал тот же автор, — что из пяти домов в одном непременно найдется рояль или фортепиано, в остальных «брякают» на гитаре, пиликают на скрипках, «выводят» на гармониках».

Постоянным спросом у жителей города и в XIX веке, и в наступившем ХХ столетии пользовались рояли, пианино, фисгармонии, скрипки, гитары, духовые инструменты. Но самыми популярными всегда оставались инструменты фортепианного семейства. С момента выхода в 1879 году первой еженедельной газеты — «Екатеринбургской недели» — и все последующие годы реклама этих музыкальных инструментов не сходила с газетных страниц. Рояли и пианино были представлены среди обширного (не только музыкального) ассортимента магазинов А.Н. Захо, фирмы «А.А. Шварте и Кº», торгового дома «Братья Агафуровы». Более взыскательные покупатели могли обратиться в специализированные музыкальные магазины, например, к М.С. Симонович или Е.И. Иванову. Имена этих владельцев магазинов были хорошо известны и в Екатеринбурге, и в Перми, и на Ирбитской ярмарке. Большой выбор роялей и пианино отечественного, зарубежного и собственного производства предлагал также Ф.М. Кеттерер. Фирма «Ф. Кеттерер и Сын» к тому же занималась изготовлением фисгармоний.

Популярность фортепиано объяснялась не только любовью горожан «побрякать» на досуге или, пригласив тапёра, потанцевать под рояль. Фортепиано являлось тем инструментом, играть на котором, по неписаным законам моды того времени, должна была уметь каждая «настоящая» барышня. Поэтому в раннем детстве девочек непременно усаживали за рояль. Под строгим контролем гувернантки или домашней учительницы будущие барышни разучивали польки, вальсы, попурри из народных песен или опереточных мотивов. Более основательный уровень пианистической подготовки и, соответственно, владение более серьезным репертуаром демонстрировали в 1880–1890-е годы ученицы Екатеринбургской женской гимназии.

Постепенно в практике фортепианного обучения, существовавшей в городе, обозначились новые ориентиры: любительство начало уступать место профессионализации. Эта тенденция укреплялась благодаря появившимся специальным классам и музыкальным школам. Выпускники этих заведений продолжали свое музыкальное образование в Петербурге, Москве и даже за границей. Окончив учебу, одни из них приезжали на Урал с концертами, другие, вернувшись в Екатеринбург, обучали музыке следующее поколение юных горожан.

Кроме роялей и пианино — безусловных лидеров по популярности — спросом у екатеринбуржцев пользовались и другие музыкальные инструменты. О новых поступлениях скрипок, виолончелей, духовых инструментов через газеты регулярно сообщали своим потенциальным покупателям владельцы музыкальных магазинов. Эта информация адресовывалась как профессиональным музыкантам, служившим в городских оркестрах, так и любителям. Неплохим виолончелистом, даже выступавшим в концертах, был, кстати, Е.И. Иванов, занимавшийся музыкальной торговлей в городе с начала 1890-х годов. К нему в магазин частенько заглядывали регенты и школьные учителя пения. Их интересовали скрипки. Без этого инструмента в то время не мыслилась повседневная регентская или учительская работа. Поэтому игре на скрипке обучали в духовных училищах и семинариях, в учительских институтах, на курсах регентских и педагогических. В магазине Е.И. Иванова для слушателей таких курсов существовали специальные скидки.

С начала 1890-х годов возрос интерес к духовым инструментам у учеников классической гимназии и реального училища. В этих учебных заведениях появились тогда оркестры во главе с приглашенными опытными капельмейстерами И.И. Тихачеком и А.А. Мюллером. Несколько поколений гимназистов и реалистов обучались игре на духовых инструментах в этих музыкальных коллективах бесплатно.

Не забывали владельцы музыкальных магазинов и о любителях «выводить» на гармониях или петь под гитару. Магазин Л.О. Цеслинского, например, в 1881 году имел в наличии не только механические органы, пианино, рояли Гентша и Шредера, но также вятские и заграничные гармонии, скрипки и гитары. Добавим, что гармонии кроме магазинов можно было приобрести и у местных мастеров. По сведениям 1889 года, гармонным промыслом в Екатеринбурге занимались десять человек. Двое из них — Степан Захаров и Дмитрий Перминов — имели награды, полученные ими за свои инструменты, которые демонстрировались на Сибирско-Уральской научно-промышленной выставке в 1887 году.

В начале ХХ века небывалый доселе спрос на народные музыкальные инструменты побудил владельцев магазинов существенно расширить традиционный ассортимент своих музыкальных товаров. Волна увлечения музицированием на балалайках и домрах быстро докатилась из столиц до Екатеринбурга и вызвала к жизни большое число ансамблей и «хоров» балалаечников, которые создавались в клубах и учебных заведениях города.

В прессе 1900-х годов замелькали рекламные объявления очень похожего содержания. Музыкальный магазин Е.И. Иванова, например, предлагал: «Все оркестровые балалайки разных цен. Большой выбор: домры, мандолины, гудки, свирели, накры и проч. Самоучители цифровые и нотные». В то же время Ф.М. Кеттерер информировал: «Большой выбор: балалайки от 1 руб. 75 коп., скрипки от 3 руб. В продаже всегда свежие струны лучших фабрик».

Подобная продукция появилась также в магазине М.С. Симонович и в открывшемся в 1904 году музыкальном магазине «Лира». Владелец последнего Р.М. Жданов вскоре даже открыл при своем заведении балалаечную мастерскую (по утверждению хозяина, первую на Урале). О достоинствах инструментов, изготовленных в этой мастерской, можно было прочитать в газете. «Балалайки своего производства отличаются звучностью и тщательностью работы и безусловно верной постановкой ладов, что весьма важно при игре на балалайке, — информировал своих будущих покупателей Р.М. Жданов. — Вырабатываются балалайки под личным наблюдением музыкального мастера по новейшим моделям и из лучшего выдержанного материала».

 

***

 

К этому же времени относится начало граммофонного бума. Из редкой заграничной диковинки звуковоспроизводящие аппараты довольно быстро превратились в атрибут домашней обстановки, заполучить который стремились многие. Подробное описание нового увлечения екатеринбуржцев, относящееся к 1902 году, оставил нам неизвестный автор.

«Проходя по улицам города, нередко можно слышать из окон известнейшие всем оперные и опереточные арии, неутомимо распеваемые «говорящими и поющими машинами», — рассказывал современник. — Дачная скука также много скрашивается Шаляпиным и другими знаменитостями, которых слушают у себя дома на террасах. Граммофоны нередко собирают под окнами владельцев их уличную публику, внимательно прослушивающую «Маргариту», которой советуют бояться увлеченья».

Первыми в Екатеринбурге начали торговать «поющими машинами» и пластинками к ним магазины Е.И. Иванова, А.Н. Захо и М.С. Симонович. Позднее популярный товар появился у Е.Г. Рывкина и «Братьев Агафуровых». Не отставал от коллег предприимчивый Ф.М. Кеттерер, основавший собственную фабрику граммофонных пластинок. Насколько долгим был век этой фабрики — неизвестно. Скорее всего, она разделила печальную судьбу всей фирмы «Ф. Кеттерер и Сын». После начала Первой мировой войны под давлением антигерманских настроений, наполнивших общественную атмосферу, владелец фирмы — баденский подданный — вынужден был расстаться со своим детищем. Сам же он некоторое время состоял настройщиком в штате музыкального училища.

Но вернемся к годам мирным. Фирма «Ф. Кеттерер и Сын», имевшая более чем тридцатилетнюю историю, была известна не только музыкальными инструментами и грампластинками собственного производства. Ее владелец приобрел авторитет в городе еще и благодаря ответственному отношению к выполнению специальных заказов — таких, например, как организация доставки в Екатеринбург большого десятирегистрового органа, установленного затем в лютеранской церкви Петра и Павла.

Музыкальный магазин Ф.М. Кеттерера привлекал немало посетителей, интересовавшихся нотными новинками. Потребность пополнить домашнее нотное собрание возникала тогда у многих. В эпоху безграничного господства «живого» звука (до появления граммофонов, да и после этого) любой музыкальный каприз — составить с приятелями квартет, порадовать гостей исполнением нового романса или танцевальной мелодии — мог быть воплощен только при наличии нужных нот. Неудивительно поэтому, что в нотопечатной продукции постоянно нуждалась не только профессиональная музыкантская среда, но и разноликая по социальному составу сфера бытового музицирования. Вкусы и запросы последней в значительной степени определяли тиражи массовых изданий, стимулировали обновление нотного ассортимента торговли. Спрос на эту продукцию был настолько велик, что нотоиздательством начали заниматься некоторые владельцы екатеринбургских музыкальных магазинов. Ноты собственного издания (отпечатанные в Петербурге или Москве) можно было встретить у Ф.М. Кеттерера, Е.И. Иванова, позднее — и у Р.М. Жданова.

Данный факт, однако, нельзя назвать исключительным — подобной деятельностью занимались провинциальные предприниматели в Казани, Рязани, Самаре, Саратове, Нижнем Новгороде и в некоторых других городах. Примечательно то, что благодаря начинанию владельцев екатеринбургских магазинов увидели свет (и дошли до нас отдельными образцами) музыкальные сочинения местных авторов — Л.Э. Гойера, Б.П. Давыдова, А.В. Дорнбуша, К.А. Муликовского, В.С. Цветикова. Основной же — и немалый — нотный ассортимент музыкальной торговли в городе составляла продукция «всех русских и заграничных изданий». Судя по рекламным объявлениям и содержанию опубликованных каталогов, покупателям предлагалась разнообразная учебная литература — «школы», этюды, ансамбли; в наличии всегда имелся также широкий выбор (несколько тысяч названий) сочинений, способных пополнить вокальный или инструментальный репертуар профессионалов и любителей. Заказать любое издание, указанное в каталоге магазина, могли и иногородние покупатели. Для них существовала специальная услуга — пересылка нот по почте.

Завершил историю музыкальной торговли в старом Екатеринбурге «Нотно-музыкальный магазин Е.М. Зиминой» (бывший магазин Ф.М. Кеттерера). Его двери были открыты и в 1917, и в 1918 году. Последние покупатели просматривали здесь стопки нот и, возможно, проигрывали на рояле понравившиеся музыкальные сочинения в начале лета 1919 года…

К списку номеров журнала «УРАЛ» | К содержанию номера