АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Станислав Куняев

Русский романс. Стихотворения

РУССКИЙ РОМАНС

 

Как жарко трепещут дрова,

как воет метель за стеною,

и кругом идёт голова,

и этому – песня виною…

Пустые заботы забудь,

оставь, ради Бога, посуду

и выдохни в полную грудь

слова, равноценные чуду…

А я так стараюсь, тянусь,

сбиваюсь и снова фальшивлю,

но что б ни случилось – клянусь

поэзией, честью и жизнью,

что я не забуду вовек,

как вьюга в трубе завывала,

как рушился на землю снег,

как ты не спеша запевала.

Земля забывала о нас,

прислушавшись к снежному вою,

и русский старинный романс

кружил над твоей головою.

А утром проснёшься – бело.

Гуляет мороз по квартире…

О, сколько вокруг намело!

Как чисто, как холодно в мире…

 

 

ДАЛЬНИЙ ВОСТОК

 

Самолёт пожирает пространство…

Час. Другой. Не видать ни зги,

ни деревни, ни государства,

ни огня – бесконечное царство

бездорожья, тайги и пурги.

Вы, романтики и мореманы,

алкоголики в якорях,

добровольцы и графоманы,

комсомольцы и капитаны,

вам просторно в этих краях.

Места хватит – а это значит,

можно шастать туда-сюда,

кочевать, корчевать, рыбачить

и судьбу свою переиначить,

если есть такая нужда.

Не хватает нам постоянства,

потому что вёрсты летят,

непрожёванные пространства,

самоедство и святотатство

у России в горле сидят.

А когда эта жажда охватит –

до свиданья, родной порог!

Мне хватило, и сыну хватит,

и его когда-то окатит

околесица русских дорог.

 

* * *

 

Надо мужество иметь,

чтобы золото тревоги

в сутолоке и в мороке

не разменивать на медь.

 

Надо мужество иметь,

не ссылаться на эпоху,

чтобы божеское богу

вырвать, выкроить, суметь.

 

Надо мужество иметь,

чтобы прочно раздвоиться,

но при этом сохраниться,

выжить, а не умереть.

* * *

 

Живём мы недолго, – давайте любить

и радовать дружбой друг друга.

Нам незачем наши сердца холодить,

и так уж на улице вьюга!

Давайте друг другу долги возвращать,

щадить беззащитную странность,

давайте спокойно душою прощать

талантливость и бесталанность.

Ведь каждый когда-нибудь в небо глядел,

валялся в больничных палатах.

Что делать? Земля наш прекрасный удел –

и нет среди нас виноватых.

 

* * *

 

Кто там шумит: гражданские права?

Кто ратует за всякие свободы?

Ведь сказано – «слова, слова, слова»...

Ах, мне бы ваши жалкие заботы!

Ах, мне бы ваш ребяческий восторг,

хмель интервью, газетная арена!

Но я гляжу на Запад и Восток

не очерёдно, а одновременно.

Я не поборник иллюзорных прав.

А если кто увидит в этом рабство,

я отшучусь, что вёл себя как граф,

не признающий равенства и братства.

Что говорю как гражданин страны,

которой нет начала и предела,

где все мы одинаково равны

пред ликом Данта и строфой Гомера.

 

* * *

 

Не земля, а всего лишь страна

не страна, а всего только город,

только улица, клён у окна…

Надоело! Я весел и молод.

Я устал от родимых примет,

от причуд материнского нрава,

и лежит предо мною весь свет –

и любовь, и работа, и слава!

…Так я думал. И вот, исчерпав

эту юную страсть к переменам,

понимаю, что все-таки прав,

возвратившись к отеческим стенам.

Слава Богу, что я не бедняк,

что остались навек за душою

этот берег и этот овраг,

и поэтому что-то я стою.

К списку номеров журнала «ДЕНЬ ПОЭЗИИ» | К содержанию номера