АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Марат Багаутдинов

Отрывки смерти

***

Сколько шаров нападало с потолка!!!
Здравствуйте, милый,
Гуманный до слез – приют.
Будем смеяться
Кричать
Танцевать пока…
Эти шары однажды тебя убьют.
Старая женщина гладит мою ладонь.
Смерть, да куда ты лезешь?
А ну, не тронь!


Вот, говорят, душа у нее… гниет.
Вот, говорят, как будто и нет ума.
Если б от равнодушья не впал живот,
Вряд ли б она поела себя сама.



Проще.
Душа – копеечный субпродукт,
Жизнь – скотобойня.
Сегодня опять забой.
Ешь мою душу с живых и горячих рук.
Досыта кушай.
До колики.
Я с тобой.


Господи, как же все вокруг хороши!!!
Сколько шаров в объеме одной души!!!
Господи, что же творится у нас внутри…
Что же ты делаешь, Господи, – посмотри.



***

Не покупай своим детям кукол с большими глазами –
Они страшные
Не верь кукловодам
Не пей с кукловодом
Не разговаривай, если смотришь на воду
Человек умирает один раз
Кукла – существо многоразового использования.
Не выбрасывай волосы из своей руки
Ни о чем не думай, завязывая узелки
Если кто на тебя охотится – не беги
Помоги ему.
Никогда не получай писем в конвертах без обратного адреса
Никогда не открывай писем в конвертах без обратного адреса
Никогда не читай писем из конвертов без обратного адреса
Дурак
Не понимай того, что здесь написано
Не верь в то, что ты понял
Темнота. Темнота. Темнота. Темнота. Темнота.
Если чего-то боишься, – заведи кота.
Если ангел-хранитель по-прежнему слеп и глух –
Заведи двух.

АБРАКАДАБРА

Я выдавлю всем твоим куклам глаза
Разорву узелки – заебешься вязать.
Я покажу тебе, где у тебя тормоза
Все равно будет так, как написано на роду.
Пользуйся – я отсылаю тебе обратно твою беду.
Я же знаю твой адрес, я даже новый конверт найду

АБРАКАДАБРА

Яркий свет пытается пробиться
Сквозь одежду – самый яркий свет.
Человек с глазами лемурийца,
Где ты шлялся двадцать тысяч лет?


ОТРЫВОК

…………………………………………………..

…………………………………………………..

………………………………………………….

                      …Отче наш сущий, …  даждь нам днесь…


Он тоже был маленьким и таскал медведя за лапу.
Вниз головой, не боясь плюшевого покалечить.
Мама учила: ему же больно. А если тебя бы…
Он теперь санитар и хватается за ноги человечьи.
Со стороны вообще куклой перевернутой грезится,
С одной лишь разницей – человек тяжел и упруг,
Подбородком/затылком стуча по ступеням лестницы –
Тук-тук.
Тук-тук.


Всегда снится ему один и тот же сон.
Будто бы он – Харон.
Но каждую ночь Лета все мельче и уже.
И вот уже можно в брод.
Все бегут обратно,
Кричат, что он им больше не нужен…
Он просыпается.
Плачет.
Кому-то же нужен он…


Пока верещат циничные холодильники.
Пока утро не устанет кричать голосом будильника.
Вставай – живи и пахни – чей-то сын, чей-то внук.
И тук-тук.
Тук-тук.
Тук-тук.