АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Светлана Чураева

Мне не нравятся сны...

*  *  *

То мальчик, солнечный блондин,
То мачо в поте лошадином –
Ах! – все едино.
Стынет бок
Вверху и слева,
И вдох
Без выдоха.
И вдох!
Он – Бог.
Ты – Ева.
Адамов – тьма,
А Он –
То лебедь и блондин,
То черный бык, берущий силой –
Всегда – Един,
Непобедим.
Милый…


АДАМ

Только бы не…
Небо не показалось
С овчинку –
Маленьким, серым.
Только бы мне
Найти свою половинку
И не посеять…

Старенький Бог
Богемного рая
За кусок
На рояле играет.
Тут
Часы не идут
С отворенья Вселенной.
Тут – уют,
Пива нальют
С облачной пеной.
Мне уже
Неужели можно
Тебя за руку держать без дрожи.
Мне уже
Неужели можно
С тобой, родная,
Уйти из рая?
Уже – усталость.
От ночи длинной
Уже осталась
Твоя половина.
Сатана протирает блюдца
Сухой салфеткой.
Ему – монетку.
Вторую – Господу в шляпу.
Третью – на пол,
Чтобы сюда вернуться.

Только мне бы
Не заблудиться.
Только б в небо
Ты не нырнула
Птицей…


ВОПРОС

Что чувствует бутылка пива
В салфетке мокрой на ветру,
Прижавшись к поезду счастливо,
С ним обогнавшая жару?

Ее средь знойного броженья
Обвила холода струя
Предчувствием опустошенья
И жаждою небытия.


*  *  *

Мне не нравятся сны –
В них сбывается явь.
Или они грустны,
И тогда огорчаюсь я.

Ночи глаза пусты,
Откуда приходят сны?
Они интересны,
Но лучше б пришел
Ты.


*  *  *

Мое счастье пришло в мой придуманный дом
На беду, на беду и на зло.
Я из дома его прогоняла с трудом,
Но оно – не ушло.

То гнала, то звала, то во гнева огне
Поджигала придуманный дом,
А счастье мое улыбалось во сне
Хмельным покосившимся ртом.

И с похмелья сломало придуманный дом,
А шалаш ему строить – лень.
Так что долго в раю мы прожили потом
И умерли в один день.


*  *  *

Ты говоришь: «На улице – солнце и ветер»,
Я посмотрю – снегопад.
Ты говоришь, что девчонку красивую встретил, –
Я засмеюсь невпопад.
Ты говоришь: «А неплохо бы выпить» –
Я наливаю – чай.
Как нам из омута этого выплыть?
Как поделить печаль?


*  *  *

Дань дождя растекается оземь –
Кошелек у небес не растянут.
Как транжирила золото осень,
Грусти дань рассыпая горстями!

В небе снега поплыли каноэ
Караваном от края до края,
Почему мы всегда экономим,
Дань любви под замок запирая?…


АМАЗОНКА

У меня кончились стрелы.
У лука лопнула жила.
И тетива тела
Натянутая застыла –
У меня кончились стрелы.
Только мой конь ошалелый,
Задрав бесстыжие губы,
Дрожит в безумии схватки.
Зубами сжимает грубо
Мои огрубевшие пятки!

Варвар, а я бы хотела
Кипящим огнем истечь
От вкуса,
Укуса
Твоих кривящихся губ?
Но ты глуп.
И у тебя меч,
А у меня кончились стрелы.

Я с пламенеющим горлом
Валюсь коню моему на спину,
И в трупе моем голом
Еще живет моя половина
Нашего сына.

Я с пламенеющим горлом,
Наглотавшимся стали,
Лежу в пыли у твоей сандалии.

И в пыли у твоей сандалии
Уже умрет твоя половина
Нашего сына.
Нет его. Нет меня. Играя,
Грызутся поодаль кони.
Ты один.
Вытираешь
Никчемную слизь с ладони.


*  *  *

Так бесстрастно, бездумно, жестоко
Снайпер-случай в затишии быта
Выбивает судьбою до срока:
Там вчера, тут сегодня – убитый.

Еле слышится в суетном гаме
Тихий посвист, и кожею вижу:
Эти пули снуют между нами,
И полеты их к близким все ближе…


*  *  *

Под бабушкой –
пыльный Париж
и нежная Ницца.
А ты под судьбою паришь,
рискуя разбиться.
Бабушка так далеко
в будущем,
в прошлом – то-то
ступают над миром легко
ее золоченые боты.
Бабушке – радость: уже
она не боится смерти.
А на земле на душе –
черти.
Чертит
жизнь на крови ходы,
скрежещут
на виражах годы.
Свободы!
Господи, дай свободы.
А то легкие
воздух пьют без охоты.
Легкие
давятся прошлым, как рвотой.
И точит из будущего икота:
там меня вспоминает кто-то –
бабушка?
Мне велики
ее золоченые боты…


ОСЕННИЙ ВАЛЬС

Кружатся, кружатся
Фантики в лужице,
Им не живется, не ждется, не тужится,
Им не смеется, не пьется, не можется,
Стынут улыбки на крашеных рожицах.
Кружатся, кружатся
Фантики в лужице,
Тут же березовый лист обнаружился…
Кружатся, мечутся, мокнут, кукожатся,
Тонут пустые бумажные кожицы.
Съедены дни.
И сегодня придет
Лед.


СПЯЩАЯ ЦАРЕВНА

Не докричусь светилам,
не догоню ветер.
Кто мне без них ответит:
где же ты, милый?
Ты приезжай, заклятье
ведьмино снять попробуй.
Долго мне спать в объятьях
Хрустального гроба?

Суженый, Елисей,
на дне векового дня
на счастье хрусталь разбей
и расколдуй меня,
и разбуди меня.
Поскорей.
Согрей.
Что же ты медлишь, глупый?
Я сотню лет ждала твои губы!

Теперь от них подтаяла
по талии проталина.
Пощекочи щекой,
ты не встречал такой
кожи прохладно-гладкой.
Проведи,
как по воде рукой,
по груди.
Льдинку с нее сглотни.
Сладко?
А мне – горячо.

Я хочу еще.
Я хочу
с тобою догнать ветер,
с тобою позвать луну,
с тобою я на рассвете
разбуженная усну.

К списку номеров журнала «БЕЛЬСКИЕ ПРОСТОРЫ» | К содержанию номера