АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Александр Карпенко

Поэзия как таблетка под языком

Рецензия на книгу Стефании Даниловой «Таблетка под языком»

 

Стефания Данилова. Таблетка под языкомСтихотворения. Серия «Новые имена». – Оренбург. Издательский центр МВГ, 2022. – 64 с.

 

Я открыл новую книгу Стефании Даниловой и замер от удивления: где же её привычно длинные стихотворения, словно бы соревновавшиеся с Бродским и Евтушенко по количеству строф? «Ужель та самая Стефания?». У меня даже закралось подозрение, что книга специально составлена так, чтобы «перебить» первоначальное впечатление о себе как авторе длинных стихов. И точно – читаю на развороте книги авторскую ремарку: «Мастера всегда ругали меня за «гобелены» текста. Эта книга – моя благодарность за критику». На мой взгляд, желание и умение переформатировать своё творчество достойно всяческого уважения. Я слежу за творчеством Даниловой уже лет десять, не меньше. Её творчеством увлек меня главный редактор альманаха «45-я параллель» Сергей Сутулов-Катеринич. Что привлекает в поэзии Стефании? Ёмкость, афористичность, парадоксальность её стихов. Азарт, работоспособность, неутомимость. «Неудержимолость». Данилова протестует против любой банальности. Для неё банальность – символ непоэтичности. Стихи Стефании отвечают на жизненные запросы молодых людей, она исповедуется им и сама для них является исповедницей. Это поэзия нового, «компьютерного» времени. Люди так же, как и прежде, хотят любить и быть любимыми. Но они уже совсем другие по своим привычкам и внутреннему миру. Об этом мире – начала 21 века – ярко повествует Стефания Данилова. Складывается впечатление, что поэтическая свобода, не только тематическая, но и ритмическая, у Стефании безгранична. Вот, например, что она пишет о времени: «почему время лечит? / потому что давным-давно / у него спросили, что делает, мол, оно / и сказало время им «я лечу» / и крылом похлопало по плечу / значит, время не лечит / оно летит / а за ним несётся собачий лай / так вперёд не дай же ему уйти / брось лассо гарпун подбей его оседлай / я кидаюсь ему на шею / оно же прочь / не даётся выскальзывает хитрит / а потом в очередную ночь / понимаешь времени целых три / и одно представь летит у тебя внутри» (пунктуация –авторская). Поэзия – спасает. Она – та самая «таблетка под языком».

Стефания Данилова, в свои 28, автор уже 16-ти поэтических книг. На мой взгляд, существует большая разница между поколениями двадцатилетних и тридцатилетних. Тридцатилетние ещё помнят, хотя бы по детским воспоминаниям, Советский Союз. А двадцатилетние его уже не помнят. Получается, тридцатилетние богаче, но зато двадцатилетние – свободнее. Стефания привносит в русскую поэзию новые темы, свойственные началу 21-го века в интерпретации молодых. Например, раньше никому даже в голову не могло прийти, что к решению проблемы личных взаимоотношений можно привлечь психолога. Это примета настоящего времени. И Даниловя показывает, что третий человек, пусть даже он – настоящий профессионал, не всегда может помочь («Твой психолог»). Молодые люди постигают мир через любовь, мир влюблённых – целая вселенная. Это максимум жизни в человеке. Всё, что ниже Пика Любви, уже словно бы и не жизнь. «Любовь – это, правда, сама бесконечность» – говорит Данилова. Она – голос тех, кто ищет, голос тех, кто ещё не нашёл. Её стихи в высшей степени современны, она много пишет в свинговых и рэповых ритмах. Для Стефании Даниловой стихи – это ещё и дневник. Поэтому строки, написанные на прошлой неделе – уже «старые»; для автора степень жизненности порой важнее тематики стихов. Душа молодого поэта обновляется чуть ли не каждую неделю, и в конце года сложно сосчитать количество прожитых жизней. То, о чём писал Николай Гумилёв в стихотворении «Память».

В поэзии, как и в других видах искусства, важно, чтобы тебя ни с кем не путали. Надо сказать спасибо родителям Стефании Даниловой: ещё не зная, кем она вырастет, они постарались дать ребёнку редкое, нестандартное имя. Стефания – это так же свежо, как Мэрилин или, скажем, Земфира. Сразу понятно, о ком идёт речь. Стихи Стефании всегда искренни: я вижу за ними человека стихийного, живого, со своими причудами, достоинствами и недостатками. «Сейчас меня ведёт строка, далеко ведёт. И страшно, куда», – признаётся Стефания. Стихи и жизнь у Даниловой образуют своего рода двухголосую фугу: стихи подгоняют жизнь, жизнь вдохновляет стихи. Если мы пристальнее всмотримся в стихи Даниловой, мы поймём, что она пишет по тому же принципу, что и ранний Евтушенко: рассказ на правах доверительности, часто заканчивающийся хлёстким афоризмом. «Одиночество – главный звонарь», – пишет Стефания. И ещё: «Хочется обернуть этот мир в стихи – самую человечную из религий». В палитре у Стефании отсутствует чёрный цвет. «Мы, художники вечных странствий, не используем чёрный цвет», – говорит поэт. О страшном и жестоком она пишет цветными мазками. Она говорит: «Моё обнажённое сердце», – и теперь мало кто вспомнит, что это аллюзия из Бодлера. Стефания много пишет о любви, но в пласт любви входит, без преувеличения, всё культурное наследие человечества. Мне, например, и в голову бы не пришло в любовном стихотворении опереться на Луи-Фердинанда Селина или Казимира Малевича. Поражает не просто эрудиция Даниловой, но смелость контекста, граничащая с абсолютной свободой. Героиня Стефании напоминает канатоходца, зависшего над пропастью во ржи. Она – «надпропастьюворженщина». Так называется одно из её стихотворений в новой книге. Я вживую слушал стихи Даниловой на фестивале поэзии «MyFest», и должен сказать, что Стефания-чтец не менее убедительна, нежели Стефания-автор, что роднит её с поэтами-шестидесятниками, выступавшими на стадионах.

Что ещё бросилось мне в глаза в «Таблетке под языком»? Почти все стихи здесь – с названиями. И это тоже новое в поэтике Даниловой. Раньше она не делала на этом акцент, у неё было много стихов под звёздочками. Ещё я не нашёл в «Таблетке под языком» стихов, написанных от мужского имени. Зато в книге есть стихи о двойниках: «я-одна» и «я-другая» («Карельский лес»). Раздвоенность, согласно поэту – не шизофрения, а нормальное состояние души творческого человека. Есть у Даниловой и диалог с нашими классиками. «Некрасиво быть знаменитым» – писал Пастернак. У Стефании – «Некрасиво быть лучше», и она вкладывает в это понятие экзистенциальную философию: превосходство и разнообразные таланты рождают зависть. А ещё – вынуждают ждать на промежуточном финише оставшихся позади: «Вырываясь вперёд, ожидай у финала подножки, / Если б знала ты ранее, если бы ты только знала, / что удачу приносят тебе только чёрные кошки, / и отныне, и присно, вовеки не будет финала». Вот такой «антифинал» от Стефании Даниловой.



 

К списку номеров журнала «ЭМИГРАНТСКАЯ ЛИРА» | К содержанию номера