АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Андрей Шуханков

Стихотворения

НЕ ЗАВТРА…

 

Я опять не сказал, что приеду не завтра с утра:

что поделать, я, видимо, падок на эти сюрпризы.

Вечер медленно гасит закатные блики костра –

небосводное зарево вновь пеленается в ризы,

потемневшие для недоверчивых слабых людей,

коим без году день до заветного белого света.

Закрываю глаза на пороге железных путей,

что фрахтуют мой сон неспокойный посредством билета.

Я привык к поездам, и они не враждуют со мной:

расстояние мерится временем мерного стука.

– О, колёсный шансон, я храню у себя за спиной

бессердечное слово, которому имя – разлука,

та, что ты сокращаешь в прокуренном тамбуре; та,

что грызёт моё сердце, как мышь очерствелые корки;

та, что невосполнима ничем, как в груди пустота,

как безумье Дали и отчаянье Гарсиа Лорки…

 

В ИЛЛЮЗИЯХ НЕБЕСНОГО КОСТРА…

 

Я образностью странной потревожен.

Она клинком калёным прочь из ножен

души летит, пронзая полумрак…

Так пишет друг, когда у дома враг,

и некому помочь, и обратиться

возможно в тело неспокойной птицы,

чтоб улететь за тридевять земель,

где пьёт природа потаённый эль

и произносит древние заклятья.

Там, малахитом загоревшись, платье

спадает с белизны красивых плеч,

чтобы, возвысив, непременно сжечь

мой взгляд, мерило сущности лукавой,

но он же первый камень переправы

на сторону, где выцвели луга,

где киселя не знали берега

и лишь цветёт, зашёптанный на воду,

Иванов чай, спасающий по броду

идущего, как будто не к тебе,

растрёпанного странника.

                                            В окне

твоих зрачков неотразимо время…

Мы слишком растворившееся племя

в иллюзиях небесного костра,

в агонии низложенного счастья,

в забвении грядущего ненастья,

непостижимо прошлое любя…

и я читаю наизусть себя,

как назиданье шедшему по следу,

по медленной галактике соседу:

– Мол, так и так, успеешь повернуть

ветрила смерти – переправишь путь

на сторону, где каждому дано,

своим делам определяя дно,

построить дом, в нём заселить чердак

собой и наслаждаться кое-как

судьбой…

 

ВИВАЛЬДИ…

 

Звала его – Осень,

пока за окном шёл дождь,

на хмурых деревьях с утра проступала дрожь,

и тихо кидала листвы обречённой медь.

Звала его – Осень,

а осень – немного смерть…

Безжизненно прожит,

прошёл невозможный день.

Что миг перемножит? –

лишь свет на свою же тень.

Но смутно, сквозь пальцы,

вчерашним осколком сна,

звала его – Лето,

меняя лишь имена…

И снилось – не снилось,

и верилось, не сбылось.

И рюмка разбилась,

сместилась земная ось.

Недозамечая

затянутых луж сама,

ребёнком играя,

его назвала – Зима…

 

А дальше не вспомнить –

сорвался, как с крыши снег.

Не смея исполнить

мечты, начинался бег

под радостным ливнем,

по ветреным небесам,

влюблённым, наивным

себя называя сам…

 

И лишь за спиною

следы обращались в прах…

 

Ты станешь Весною,

сквозило в её глазах.

 

Я стану не нужен,

стекал по щекам ответ…

 

И, словно простужен,

закутавшись в ветхий плед,

всё дальше и дальше

в себя уходя, как в сон

без примеси фальши,

собой становился он…

 

К списку номеров журнала «ЮЖНОЕ СИЯНИЕ» | К содержанию номера