Главная | Журналы | Персоналии | Книги | Медиа | Проект АРЕаЛ | ГЕОЛОГИЯ | ПОМОЧЬ МЕГАЛИТУ | Спонсоры | Связь с координатором портала |
![]() Центр |
Владимир Макарович ШапкоОб авторе: Родился в 1938-ом году в гор. Усть-Каменогорске (Восточный Казахстан) в... |
Виталий СероклиновОб авторе: родился в г. Камень-на-Оби Алтайского края, учился на математическом факультете... |
Виктор КоролёвОб авторе: родился в г. Кемерово. Окончил факультет журналистики УрГУ. Работал в городских... |
РегионыЦентрРоссияАбаканАнадырьАрхангельскАстраханьБарнаулБелгородБлаговещенскВладивостокВладикавказВладимирВолгоградВологдаВоронежЕкатеринбургИжевскИркутскКазаньКалининградКалугаКемеровоКраснодарКрасноярскКурганКурскЛенинградская областьЛипецкМоскваМосковская областьНарьян-МарНижний НовгородНовосибирскОмскОрелОренбургПензаПермьПетрозаводскПетропавловск-КамчатскийПсковРостов-на-ДонуРязаньСамараСанкт-ПетербургСаратовТверьТулаУфаХабаровскЧебоксарыЧелябинскЯрославльЗападная ЕвропаАвстрияАлбанияБельгияБолгарияБосния и ГерцеговинаГерманияИзраильИрландияИспанияНорвегияПольшаРумынияСловенияФинляндияКавказАзербайджанАрменияГрузияАзиатско-Тихоокеанский регионАзиатско-Тихоокеанский регионАфрикаАфрикаВосточная ЕвропаБеларусьМолдоваУкраинаСеверная АмерикаКанадаСШАЦентральная АзияКиргизстанУзбекистанСтраны БалтииЛатвияЛитваЭстония |
![]() ![]() Лада ПузыревскаяПокидающий этот дождь. СтихотворенияТИТРЫ
растерявший все буквы в этом раю киношном, ошибающийся дверями и этажами, привыкаешь молчать – так, как нож привыкает к ножнам. и сжимать кулаки, чтоб пальцы не задрожали.
обнимаешь прохожих, как будто сто лет знакомы… всё, от самых искусных швов до случайных трещин, познаётся в сравнении, всюду свои законы – ночью страшно без тени, а утром морщины резче.
ночью может любая вспышка звездой казаться, вот и бьёшься в пустое небо – не запретит ли заскорузлых бинтов неверной рукой касаться. крупным планом любовь и смерть, остальное – титры.
остальное – стальные нервы и шаткий почерк. хриплый голос за кадром цедит своё «amore», да звенят на ветру гирлянды златых цепочек на заброшенном дубе в ветреном лукоморье.
ОКНО
Танцует польку в грязном саване зима, гонимая взашей – нет, не видать мне тихой гавани, хоть горизонт в сердцах зашей. На медных трубах стынет патина, а город горд от непогод. Но на гвозде – рубаха батина ничья уже который год.
Здесь под окном такая кашица, что и вовек не разгрести, и жизнью жизнь всего лишь кажется. От запоздавшего «прости» нелепо провисают реплики, не вписываясь в нотный ряд. А за спиной моей – поребрики горят, смотрите, как горят.
Швыряет ветер искры в очи нам, не разжигающим камин, в ночь рассыпает по обочинам рябин мороженый кармин, но не понять – по чьим стопам идти сквозь город заспанный пустой. Влюбиться в прошлое без памяти и не проситься на постой.
А ведь бывало так – позаришься на огонёчек, дёрнет чёрт, и снятся сотню лет пожарища, и Обь под камень не течёт. Так пусть зима танцует, смертница, мы с ней, похоже, заодно, пока в ночи всё так же светится родное мамино окно.
КАНИТЕЛЬ
Лёне Барановскому
1.
пространная дышит на ладан страна под амбарным замком но ты улыбнешься – да ладно с ней не понаслышке знаком
да лишь бы хватило таланта и было при жизни – по ком
капель рецидивом чревата к заутрене вынь да положь врача, чья несладкая вата укутает улицы сплошь
а лучше – поставь запятую стремясь не в строку потакать и я что есть сил забинтую в солёные сны эстакад
и осень, чья песня холопья и город без лишних хлопот – снижаются снежные хлопья сгущается время из-под
небесной ладони повстанца поровшего в прошлом порой заветную ересь – останься снег может быть тоже пароль
2.
дано: километр 101-ый плюс беглых следов кружева швыряет хрустальные перлы звонарь, не устав крышевать
заметных на чёрном залётных осевших в скупой чернозём – вон колокол словно зовёт их поставивших щедро на всё
в отказ не ушедших, покуда полна перезвоном казна да бьётся на счастье посуда – не дольше, а дальше как знать
грести ли по тёмным аллеям где прочерк, просрочен, висит не по беспределу болея – судьбой заплатив за визит
3.
ни царства за то, ни коня им смотрящий открыл вентиля известным макаром гоняет по-старому стилю телят
где вусмерть дороги месили слетаясь на свет впереди сбивались в шалманы мессии не спрашивай, не береди
где родина в синем платочке ни Крыма не сдаст, ни Курил ни слишком горячие точки в которых не сразу вкурил
за что между тем отметелит устав по слогам донимать мы – петли в твоей канители небрежная родина-мать
4.
потянет из сумерек волглых с вещами на выход – забит светило садится за Волхов но вновь восстает – из Оби
и на спор не скрою восторга зардевшимся словом соря – надежда приходит с востока где, если дословно – заря
где айсберг плывёт наудачу под шелест хозяйских сутан а здесь – безутешно судачат застрявшие в льдинах суда
что альфа – ни зги, ни омега на небе без звёзд – не родня три года здесь не было снега три года + тридцать три дня
печёные сны печенега – ни дыма всерьез, ни огня
вот только кого ни спроси я на что белый свет променял божатся – здесь тоже Россия а стало быть – и про меня
ТЫ ГОВОРИ СО МНОЮ, ГОВОРИ
Ты говори со мною, говори – о чём угодно – про страну и Бога, о том, что возле райского чертога по-прежнему толпятся упыри и вряд ли стоит назначать там встречу, о том, что каждый с детства искалечен тетрациклином… Только – говори.
О том, что подоконник весь в пыли, и наша жизнь – конспект Экклезиаста, всё – суета … а звёзды – для балласта висят на небесах, календари – недальновидны, как прогноз погоды – нам не дождаться нового исхода или – дождя хотя бы… Говори!..
О том, что обновили словари и fall in love не означает – падать, о незавидной участи Синдбада, не знающего моря – изнутри, о том, что speaker – человек публичный, а привкус выходного дня – клубничный и пользы для… Ты только – говори.
О том, как нам опасны – январи последствием надежд и – аллергией на апельсины… Нет, не ты – другие их принесли… О том, что фонари не восполняют недостаток света, о том, что вряд ли я дождусь ответа. Ты говори со мною, говори…
ЕЩЁ БЫ
едва устанешь медь с моста ронять – и вот уж сеть мечтает отвисеться, растёт на листьях ржавая броня и к перебоям привыкает сердце.
так осень постепенно входит в раж, но не полной мерой мстит. не оттого ли здесь по утрам так холодно и страшно, что не хватает – то любви, то воли,
то веры опрометчивой, то – сил… ты мог бы пожалеть меня, малыш, но ты сам из тех, кто по свистку тусил. а колокольчик мой почти не слышно
и блажь звенеть, не ведая – по ком я. скажи, кукушка, сколько нот осталось, и кто в последний дом мой кинет комья, и что такое осень, как не старость
в краплёном мёртвым золотом аду?.. господь прощает давящих на жалость, так плачь, малыш, сойдёшь за тамаду, на плачущих всё это и держалось –
наш странный век сливающих чернила, воспевших виртуальные трущобы, где осень пусть прекрасна, но червива. а нам ещё бы времени, ещё бы
ВРЕМЯ ГОДА – РАССВЕТ
Полшанса на вечность – такой вот смешной расклад. Плывут за окном, пернатых сбивая с крыш, осколки горячечных фраз… Снегопад. Не спишь?.. В объятиях снов, зарифмованных невпопад, проснуться бы – здравствуй, город мой!.. Не умереть от сумрачной страсти белых его молитв. Так много их было – у ветра со снегом битв. Так мало нас будет – проснувшихся на заре.
Полшанса, полтакта – до наших семи морей, солёных-солёных… Не наблюдать – часов. Ты слышишь шаги?.. Мы здесь заперты на засов, в краплёном наотмашь не Господом январе – бездомные дети, крещёные наугад. В ладонях твоих – не страшно, держи. Дрожит мой сорванный голос. И это, похоже – жизнь. И это её, вековечное, – обжигать.
Полсмеха, полстраха – и снова на самолёт. Когда бы не столько было воздушных ям… По ком там сегодня бьют в колокол?.. Звонарям нет дела до нас. А под утро растает лёд, отменят все рейсы, и город – на ключ. Среди осевших снегов – дорога к тебе. Домой. Вода ли, беда – по колено нам. Мальчик мой, не верь никому, ни себе и ни мне. Гляди –
полшага – на выдох, полшага – на вдох, балет теней на стене окончен. А вдоль полос посадочных, взлётных – пунктиром следы. Сбылось?.. И как ни крути, время года теперь – рассвет. Мятежное время танцующих звёзд. Держись до первой из них. Сорвав позывные с губ, шаманит наш преданный ветер на берегу… Скажи, если моря здесь нет, то откуда – бриз?..
КАРАМБОЛЬ
покидающий этот дождь не замедлит шаг, уходя – уходи. махнёт головою русой – мол, айда-ка со мною туда, где лишь тем грешат, что жалеют шары, боясь ошибиться лузой.
ты метнёшься послушно вдаль вдоль чужих полей, где такой карамболь, а тут хоть реви белугой в унисон сквознякам, причитающим: не болей, раз играешь с руки, не жалуйся и бей в угол.
пятый угол твоей страны с золотой канвой, об которую бог прилежно сломал все иглы… обними же меня на прощание – спит конвой и бесстрашные мальчики снова играют в игры
К списку номеров журнала «ЮЖНОЕ СИЯНИЕ» | К содержанию номера ![]() |
ГолосованиеКак часто вы посещаете портал "Мегалит"?ЖурналыРусское вымяВЕЩЕСТВОАРТИКЛЬЕВРОПЕЙСКАЯ СЛОВЕСНОСТЬЕВРЕЙСКАЯ СТАРИНАЗДЕСЬЛитСредаЗаметки по еврейской историиСемь искусствЛиФФтДАЛЬНИЙ ВОСТОККОВЧЕГОСОБНЯКМОСТЫМЕНЕСТРЕЛЬПриокские зориВИТРАЖИДОНСЕВЕРДРУГОЕ ПОЛУШАРИЕЛИТЕРАЮЖНЫЙ УРАЛБАЛТИКА-КалининградСеверо-Муйские огниНОВЫЙ СВЕТСлова, слова, словаЗАРУБЕЖНЫЕ ЗАДВОРКИНАЧАЛОКАЗАНСКИЙ АЛЬМАНАХПять стихийЗАРУБЕЖНЫЕ ЗАПИСКИСлово-WordГВИДЕОНКольцо АЭМИГРАНТСКАЯ ЛИРАСорокопут [Lanius Excubitor]ДЕНЬ ПОЭЗИИЖурнал ПОэтовТело ПоэзииГРАФИТБЕЛЫЙ ВОРОНИНЫЕ БЕРЕГА VIERAAT RANNATЮЖНОЕ СИЯНИЕЛитературный ИерусалимДЕТИ РАФУТУРУМ АРТЧЕРНОВИКЗИНЗИВЕРВАСИЛИСКДЕНЬ И НОЧЬЖурналы, публикация которых на сайте прекращена:ЧЕЛОВЕК НА ЗЕМЛЕИЛЬЯАРГАМАК-ТатарстанИНФОРМПРОСТРАНСТВОДЕРИБАСОВСКАЯ - РИШЕЛЬЕВСКАЯСТЕРЖЕНЬСВОЙ ВАРИАНТБАШНЯ22ВОЛОГОДСКАЯ ЛИТЕРАТУРАНАШЕ ПОКОЛЕНИЕУРАЛРУССКАЯ ЖИЗНЬАРТ-ШУМЛИТЕРА_DNEPRТРАМВАЙЗАПАСНИКЫшшо ОдынПРЕМИЯ ПБЕЛЬСКИЕ ПРОСТОРЫЛИКБЕЗЗНАКИ11:33УРАЛ-ТРАНЗИТНОВАЯ РЕАЛЬНОСТЬАЛЬТЕРНАЦИЯ |