АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Никита Сафонов

Два наклонных стихотворения, их шов

«2 наклонных стихотворения, их шов»

-ПЕРВОЕ-

как будто бы мы могли встретиться посреди темно-красного поля
и в уходящем дожде, и в памяти, со страхом вспомнить себя
нет этого дополнительного
или может - подвешенного рая, обещания места, приезда к утру

сглаженные щеки мрамора, втиснутого в типичный грубый солнечный
край линий
липкую тонкость, толщину
меньше чем больное место согревающейся земли
как бы другой ореол, тесная туника душевой

это как ехать и громко дышать, громко дышать и слипаться
с приоткрытыми глазами, хотя когда сон
принимается жить - точно тогда, когда нет потоков

это когда можно встретиться, словно спрыгнуть с платформы
в невесомую сетку черного ожидания
(странно, света)
словно спрыгнуть с платформы
в иное время, подкрепленное ставнями
передающихся по слепым лицам исчезновений



так в стороне, так в холоде и постоянной
кристально чистой болезни (болезненности)
виднеется хрупкая статуэтка скорбящего
прислонившего колос к груди; как будто мы ни раз встречались
у светофора, казавшегося серым
под цвет башни
под цвет труб, нагнетающих сумрак железа



.
теснота листа, ограничение белого
теснота листа, ограничение белого
.


(*)
дольше, чем самое вытянутое течение; из всего
что разбрасывается проезжающими автобусами
скрежет, превращающийся в апостольский голос
или какие-то необъяснимые терции полигимнии

разбуди меня утром, среди этих темных домов
полного водой в раковинах

легкое подрагивание в глазах, ребра
сложенные; капель крана на кухне
все как пыль, стертая половиной момента
или блеск лучей на неосязаемом береге

так что ступив, обнаруживается мягкая, впалая
гладь времени, потерянного в сжатой ладонью ящерице

падающих книг с полки, соединенных
с белой известью потолка

выходя во двор, в ритмике ночью закрывающейся калитки
одиноко подсвеченной повсюду бумажным светом
разлитое пение птиц в степи, например
на теплой станции, синеющей в блеске границы
и отдаляющейся от болотистой гари; границы
уезжающего и какого-то отражения в полусне

я записал это, чтобы запомнить
-там где ты говоришь мы были
-да или вот хотя бы сейчас -


потрескивание то ли ветки шумят

-ВТОРОЕ-

между тем, как приходит тепло
и тем
как отступает в шагах лиственниц
воспоминание, виден разрыв:
что-то гибнущее просит себя сохранить

думая о тебе

в чем-то плотном, скользя по стеклянному
в асфальте чем-то знакомым (собственные отражения)
или другое - когда ты живешь

или когда жизнь собирается принять начало
складывается изнутри ветки

пробиваясь сквозь оболочки лент
крутясь в магнитофоне, так записывали
прошлую осень
между обрывков слов, криво написанных
не написанных ли вообще

там, ожидая возможное окончание
оказываясь недалеко от него

скрип корабельных мачт, стоящих
в глубине крон, в близости к свету
который замечает тень после отдыха
в молчании дальнего города, на пристани засухи
и печатных машин - в звуке полета от одного места
к его всплеску

дальше

я подошел и сел
слушая металлический скоп
звуков, когда
поднимается вдруг
с самого низа
проводниковый ветер

К списку номеров журнала «НОВАЯ РЕАЛЬНОСТЬ» | К содержанию номера