АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Максим Калинин

Породнившись с глухоманью... Стихи

Памяти Сергея Клычкова



Закружили облаком сороки —
Чёрно-белый вихрь по бересте,
Гофмана чертухинского строки
Разнесли по свету на хвосте.

Полночь на лугах зелёнооких
Загоняла день в печной горшок,
А в избе — от замыслов высоких
Поднималась крыша на вершок.

Зайцы в непростреленных шинелях
Ангельский выслуживали чин,
Но страну в рождественских метелях
Мучил недорубленный путин.

Задышали гиблые трясины.
Стала жизнь не больно весела.
Оторопью неженки осины
Поверялись смертные дела.

Хоронились лешие в овраге.
В утре притупились крики птах.
По нему отплакали корчаги
В столоверских мельничных скитах.

Жизнь ушла с прокушенной губою.
Вкус во рту был красно-солодов.
Щедро расплатился он с судьбою
Серебром русалочьих следов.





***



Не зная в безднах ни аза,
В какое хочешь время года
Закрой усталые глаза,
Пускай ведёт тебя Природа.

Ты не споткнёшься, хоть беги,
Топча крапиву иль ятрышник,
И увернётся от ноги
В дорогу вдавленный булыжник.

Пускай с небес течёт вода,
Твоя не старится походка,
И дождевая борода
Весь день свисает с подбородка.

Душа становится наглей.
Вам с ней — что сено, что солома.
И корни длинных тополей
Сплетаются с корнями дома.

Сдают сомнения посты,
А разум просит послабленья.
И вырваться не в силах ты
Из этого хитросплетенья.

Здесь всё друг с другом сплетено,
Насколько хватит кругозора.
И ты, как малое зерно,
Лежишь в извилине узора.

Закрыто мудростью веков
Величие земного света.
И нет прекраснее стихов
Слепорождённого поэта.





***



Мне снится кораблик на тонкой игле
Над северной, серой столицей...
Пётр Бутурлин


Словно душу на воду спускаю.
Трудно мне сдаваться без борьбы.
Подхожу с подветренного краю
К тёмным обиталищам судьбы.

Я латал рубаху, не снимая.
Ненароком кожу прихватил.
Криком отозвалась плоть нагая:
Каждый шов — багряный рот открыл.
Скользкое безумье, словно падаль,
Заплелось в тугие невода.
Я промолвил: “Друг Евгений, надо ль?”
Друг Евгений мне ответил: “Да”.

В мочку темноты серёжка вдета
И блестит, блестит издалека.
И печаль забытого поэта
Сердцу бесталанному близка.





***



Месяц тихой походкой
По туману идёт.
То означится чётко,
То совсем пропадёт.

Знать, пропажа случилась,
Знать, в кармане дыра.
Подожди, сделай милость,
Не ходи со двора!

Стаей сороконожек
Страх по телу спешит.
Вместо месяца — ножик
С небосвода блестит.





***



Увидел я дивных этих пернатых
И сердце моё в тоске...


У.Б. Йейтс, “Дикие лебеди в Куле”
(перевод А. Сергеева)

Одна неторопливая волна
Расстелена веленевым овалом.
Вокруг стоят деревья тронным залом.
Моргнуть боится полная луна.
Лелеет колдовская тишина
Семейство лебедей во сне усталом.
Каким отражены они зерцалом?
С небес спустились? Поднялись со дна?

Застыли позабывшиеся птицы
Фигурками на шахматной доске —
Мы партию с Природой разыграли.
И сколько мне в стараниях ни тщиться —
От проигрыша я на волоске.
А по-иному может быть едва ли.

***



Третий год схожу с ума,
Горе мыкаю,
Угости меня, кума,
Куманикою.

Приобрёл я задарма
Волю дикую,
Отпои меня, кума,
Куманикою.

Мне ни посох, ни сума,
Не владыкою,
Отмоли меня, кума,
Куманикою.

Закачались терема
Над каликою,
Помяни меня, кума,
Куманикою.





***



Породнившись с глухоманью,
Не проси судьбы иной,
Но соломенною стланью
Укрывай свой путь земной.

Первым другом землю числи,
Не гляди без толку ввысь,
Чтоб испуганные мысли
По стволу не растеклись.

Больше бойся троп и просек,
Чем непроходимых чащ.
От авосек и небосек
Береги на шее хрящ.

Не кичись своей отвагой,
Всё равно сгоришь дотла.
Зреет страх покляпой чагой
На извилине ствола.

Только день земной остынет
В рассосавшемся тепле,
Сердце ухает, как филин,
И скрывается в дупле.





***



Хлебаешь полной ложкой,
Предавшись сладким снам.
Душа уходит кошкой
Бродить по чердакам.

Разменян сумрак, светел,
На звёздные рубли,
Пока мотает ветер
Круги вокруг земли.

Глаза глядят сторожко,
А кошки нет как нет:
Захлопнуто окошко,
А над землёй — рассвет.





***



Чадит свечной огарок,
И слёзы — как роса.
Над каждой из помарок
Сидишь по два часа.

Огня осталась кроха.
Стихотворенье — швах.
И отчего так плохо,
Не скажешь в двух словах.

Рассвет за тёмной тканью
Затеял до-ре-ми.
Последнему мерцанью
Всю рукопись скорми.





***



Луна блеснула круглым лбом
Под свет опала,
И ночь, стоявшая столбом,
На мир упала.

Судьбе не поменять свой путь,
Не стать другою.
Хотя б — рукою шевельнуть,
Хотя б — ногою.

Тоски распухла железа,
Не спи — завоешь.
И не глядели бы глаза,
Да не закроешь.



***



На земле не отыщется сила,
Чтобы смерти постичь существо.
Это время со мной говорило,
Или я говорил за него?

Очень много уносит могила,
Но не более чем ничего.
Это время со мной говорило,
Или я говорил за него?

Если станет душа — легкокрыла,
То не раньше, чем тело — мертво.
Это время со мной говорило,
Или я говорил за него?





***



День весенний рубаху
Не заправил в штаны.
Дали паводки маху
С объявленьем войны —

Солнце, словно с похмелья,
Хлещет воду взахлёб.
Трясогузкина келья
Словно маленький гроб.

А хозяюшка рядом
За парным червяком
По чернеющим грядам
То скачком, то прыжком:

Как с не нашего света
Побирушка душа,
В яркоцветье одета
За свои антраша.

Без черкотин и пятен
Молодой небосвод
И на ощупь приятен,
Как кошачий живот.





***



Жили-были, жили небылицы,
Мы внимали радостно всему.
Слово, населявшее страницы,
Оставалось лакомо уму.

Но за словом появилось дело,
Радости развеивая дух.
Из могилы поднималось тело,
Напрягая зрение и слух.

Мы теперь к любому делу гожи,
Наши избы выпечкой красны,
Только все, кто в наши двери вхожи, —
Сделаться начинкою должны.





***



Только дунет смерть в свою дуду,
Только жизни перетрётся нить,
Вдоль по небу синему пойду
С облаками белыми блудить.

В небе на смертельном сквозняке
Вымерзает смертная тоска.
Побреду на призрачном легке,
Были бы помягче облака.

Ветер из космических пустынь
Взвеет пыль, похожую на мел.
Будет вечный сон мой бело-синь,
Будет вечный мрак мой сине-бел.





***



Осеннего утра
Простое решенье —
Высокое небо
И птиц мельтешенье.

И солнцу — не время
Ещё появиться,
И жизни со смертью
Не надо водиться.

А сердце зарылось
В былое глубоко
И смотрит на небо
Серебрянооко.

И целую вечность
Лежит без движенья,
И смотрит на небо,
И ждёт продолженья.

К списку номеров журнала «ДЕТИ РА» | К содержанию номера