АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Владимир Костров

Настанет новый день!

* * *

В темнеющих полях ещё белеют лица,
И смертная на них уже упала тень.
Нам не в чем упрекнуть солдат Аустерлица,
Но завтра, Бонапарт, настанет новый день.


Ещё стоит разрыв бризантного снаряда,
Но гамбургский счёт уже один-один.
Ещё теплы тела в окопах Сталинграда,
Но в стёклах мёртвых глаз уже горит Берлин.


И рано, господа, нам подбивать итоги —
Не нами этот мир вращать заведено,
В морях или горах, дворце или остроге,
Но завтра новый день наступит всё равно.


Эхо войны


Памяти Николая Старшинова


Встану рано и пойду в поле.
Вот и солнышко встаёт — Божье око.
Только пусто без тебя, Коля.
Одиноко без тебя, одиноко.
Видишь: белая парит в небе чайка.
Тут к тебе бы постучаться в окошко.
Где-то тихая поёт балалайка,
С переборами играет гармошка.
Посмотрю на небеса — воля,
Глаз на землю опущу — доля,
Поднимаю у мостков колья
И живу я без тебя, Коля.
По осоке я плыву и по лилиям,
Впереди чиста вода — суходоны.
И брусничная заря, и малиновая
По-над домом, где тебя нету дома.
По заливчику летят цепью утки,
На лугу любовно ржут кони.
Да чего там: и в Москве, в переулке,
Без тебя — как без себя, Коля.
Горько, Коля, на Руси, очень горько.
Всё, что сеяли отцы,— всё смололи.
Мне бы рядышком с тобой горку —
Всё тебе бы рассказал, Коля.


Полковник

 

Ах, полковник,
он сед и галантен,
и звенят ордена на груди!..
Только хочет он быть лейтенантом,
у которого всё впереди!
Молодым,
самым главным на свете,
когда в солнечных лёгких лучах
две малюсеньких звёздочки эти,
как слезинки, дрожат на плечах.
Стать зелёным,
как свежая ветка,
чтоб девчата на собственный страх
гренадера двадцатого века
обнимали в глухих городках,
чтоб смущённо глядел новобранец
из рядов подровнявшихся рот
на густой лейтенантский румянец,
на припухший мальчишеский рот.
И вздыхает товарищ полковник,
и дрожит седина на висках,
и друзей вспоминает покойных
на российских
и прочих полях.
«Чтó стрельба по картонным фигурам
и учебные эти бои,
гарнизонные наши амуры,
дорогие ребята мои?
Мне приказ отдавать неохота,
замирает приказ на губах:
не хочу, чтобы грозное что-то
проступало в ребячьих чертах».
С песней!
С песней!
Идут они с песней.
Веселей, запевала, гуди!
Далеко нам, ребята,
до пенсий!
Хорошо,
всё ещё впереди!


Баллада об Андреевском флаге

 

За дымкой голубой
Уже не отыскать нас,
Спасительный уже
Душе не нужен круг:
Исходит из страны
Печальная эскадра,
Как стая журавлей,
Летящая на юг.


Помочь нам не смогли
Ни вера, ни отвага.
Отмерена судьбой
Прощальная верста,
Но с нами честный крест
Андреевского флага
И смуглый крымский поп,
Похожий на Христа.Ржавеют якоря,
Ветшает парусина,
Над реями плывёт
Босфорская луна.
Как подожжённый храм,
Горит вдали Россия,
Эгейская волна
Слезою солона.


Мы проиграли бой —
Не воры, не бандиты,
Мы не желали зла
Для Родины своей,
И Греция глядит
Глазами Афродиты
На поредевший строй
Железных кораблей.


Как белые снега
Твои и грудь, и плечи,
В глазах твоих жива
Родная синева.
Поставьте в память нас
Берёзовые свечи,
Скажите и о нас
Утешные слова.


Пускай вернутся к нам
И вера, и отвага
Любым ветрам в ответ,
Любым громам назло,
Чтоб больше не пришлось
Андреевского флага
В бизертах целовать
Подбитое крыло.


* * *

Ты в Галиче родном, а я гощу под Керчью.
Пишу тебе письмо и по тебе грущу.
Азовскую уху в обед в столовой пéрчу,
Целуюся с волной и семечки лущу.
Здесь греческий маяк лучом сверкает с мыса,
У ног его прибой отплясывает твист,
Недалеко Тамань, но белый парус смылся.
И всё-таки пейзаж имеет тайный смысл.
Здесь о тебе волна нашёптывает байки
Или шумит в ушах и гладит по хребту,
И менеджер времён подсчитывает бабки
На акции свои — акации в цвету.
Ах, сколько есть в судьбе трагических извилин,
Давно распался наш лирический объём,
Мы общий наш бюджет давно уже не пилим,
Всё, что осталось, мы прохожим раздаём.
Ты в Галиче родном, вокруг меня Таврида.
Нам годы и судьбу не воротить назад.
На пляжах тел мужских копчёная ставрида
И юных дивных дев песочный шоколад.
Подует зимний ветр, листву с дерев сметая,
Тамань уйдёт в туман из влажности морской.
За горизонтом ты — как тучка золотая,
Как лермонтовский дух глубинки костромской.


Возвращение

 

Вновь с горы Митридат моря дальнего виды,
И рубцуются раны войны и беды,
Снова в лоно России вернулась Таврида
Афродитой прекрасной из пенной воды...


Никогда уже больше ты нас не покинешь,
Больше нет у истории этой вины.
Возвратился к нам Крым, словно сказочный Китеж,
Возродилось единство великой страны!


Крым отцов и дворцов, дивных роз тёмно-алых,
Бороздящих моря боевых крейсеров,
Православных святых, и святых адмиралов,
И богатых хозяйских татарских дворов.


Мы ошибки учтём и невзгоды осилим,
По всему побережью зажжём маяки,
Мы возложим цветы к адмиральским могилам,
В безымянные воды опустим венки...


Рей, Андреевский флаг, в севастопольской сини!
Словно вольная чайка, расправив крыла,
На надорванной карте великой России
Градом Китежем снова Таврида взошла!

К списку номеров журнала «ДЕНЬ И НОЧЬ» | К содержанию номера