АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Мария Малиновская

Господин Следователь. Стихотворения

***

 

1

 

Постоянно к любому подвоху готов,

а бояться сравнительно нечего.

Совмещая десятки изящных ходов

и всегда поступая изменчиво,

 

формирует калашный – изменчивый – ряд

(мне скорей по душе оружейные).

Только серость и тех, кто подладиться рад,

принимает в своё окружение.

 

Неудавшийся лирик, а может – фантаст,

всё, что в жизни имеет, – влияние.

Понимаю, при случае сразу предаст.

Но рискованный выбор желаннее.

 

Ни за что не рискнёт, не пойдёт наугад,

продолжатель политики – плановой.

Привлекает меня, как старинный фрегат,

никогда не пускавшийся в плаванье.

 

 

2

 

Жил тихо, ничего не порицая,

любую низость молча извинял.

Ты стал напоминать мне полицая,

а был хотя бы серый кардинал.

 

Но как играл! По линии сюжета

меня в экстравагантном танце вёл,

незримом для других. И всё же это

был жалкий и нелепый произвол.

 

Как женщине, простив за обаянье

запрятанную глубоко гнильцу,

пикантность находила и в изъяне.

А серый с давних пор тебе к лицу.

 

Будь женщиной, ты не был бы продажен,

ты был бы просто из элитных шлюх.

Она бы знала музыку и даже

к поэзии имела лучший слух.

 

Я стал бы для неё авангардистом,

писал ей хоть наив, хоть примитив,

хоть бессловесность – языком цветистым,

и, накрепко за пояс обхватив,

 

кружил её в блестящем венском вальсе

немыслимых своих перипетий.

Наш парный танец вечно прерывался –

ты в общий темп старался перейти.

 

Я продолжала танец без партнёра,

и в общем темпе двигалась толпа.

Но мне и не нужна была опора –

мне нужен был противник – в каждом па, –

 

не перебежчик, не союзник мнимый.

Мой путь, увы, короче, но прямей.

А ты по Бронной дефилируй мимо,

перебежав со стороны моей.

 

 

3

 

Забыв обычай старый,

кураж, адреналин,

выходит без гитары

Ваш личный Цеппелин,

 

смирен и оркестрован,

хоть не просил никто.

Случилась катастрофа

(цитирую Кокто).

 

Приходится свыкаться,

мой личный дирижёр.

Судьба – лишь провокация

для скрипки

фа мажор.

 

 

***

 

Ночи не было. Прямых линий не было.

И страшно описывать полосу леса.

Описывать – страшно вообще.

Протяжённость вещей

спала с глаз.

Ни пройти, ни увидеть идущих.

Никто и ни шёл,

никто и не видел,

 

господин следователь.     

Это Ваше самое безнадёжное дело.

Откиньтесь на спинку века,

слушайтесоул.

 

без подписи

заявитель

 

*Но если никто не видел

того, что никто не шёл,

Вы вольны всё сами придумать.

Заманчиво, правда? И внове…

Решите, насколько автор

виновен. 

 

 

***

 

Будь мне авианосцем, я тебе – истребителем. Ты

дашь пристанище, топливо, вооружение. Я,

засыпая, устала крушить их тщедушные груди

и реветь, вырываясь из хлынувшей на борт воды.

Я устала от зависти их, провожающих в небо

и открыто желающих, чтобы подбили меня.

Будь их воля – в живот бы стреляли, когда поднимаюсь.

Ошибись я хоть раз – добивали бы вместе с врагами.

Так зачем возвращаться с победой опять и опять,

если некуда с ней возвращаться? И просто висеть

на остатках горючего над ледяным океаном.

Дай мне веру, зажги мне хоть пару сигнальных огней –

и со всей безрассудностью под ноги брошу бессмертье.

Лишь позволь засыпать головой у тебя на груди,

ей без страха доверившись мощью своей безоружной

и обветренным носом по-детски уткнувшись в неё.

К списку номеров журнала «НОВАЯ РЕАЛЬНОСТЬ» | К содержанию номера