АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Игорь Харичев

Электронное правительство. Рассказ



Не люблю чиновников. Мерзкая публика. Сволочи. Крапивное семя. Они все делают только исходя из своих интересов. На людей им наплевать. Взятки и откаты. Откаты и взятки. Лишь это их интересует. Создавать нам, простым людям, проблемы — их естественное состояние.
Поэтому я был в числе тех, кто горячо поддержал введение электронного правительства. Хорошее дело. Все, как нам говорили в телевизоре: законы по-прежнему принимают депутаты, живые люди, а для того, чтобы исполнять принятые законы, вовсе не нужен человек. С этим компьютер должен справляться. А он взяток не берет.
Короче, наставили специальных компьютеров, уволили всех чиновников, и началась у нас новая жизнь. Скажем, у тебя проблемы на районном уровне. Выходишь на сайт районной управы, заполняешь соответствующее заявление, компьютер районного уровня тут же принимает решение, и тебе остается только ждать его исполнения. Или, скажем, проблема на городском уровне. Опять же, лезешь на городской сайт, заполняешь соответствующее заявление, городской компьютер в несколько секунд принимает решение, и ты, полный счастья, ждешь результата. Короче, удивительная жизнь началась для нашего народа. Небывалая. Никаких тебе чиновников, никаких очередей, никаких унижений, никаких взяток. Рай, да и только.
Случилось как-то мне одну проблемку заиметь. Захотел я, чтобы перед домом цветник разбили. А то выходишь из подъезда, а напротив скучный газон. Пожухлая травка. Никакого эстетического наслаждения.
Как водится, я заполнил заявку, надавил курсором надпись «Отправить». И принялся ждать. Секунд через пять на экране появилась надпись: «Решение отрицательное».
Мне отказали. Вот свинство. Компьютер не хочет, чтобы у нас был цветник. Видать, такой закон приняли городские депутаты. Засранцы.
В субботу, когда мы с Васей, соседом сверху, пили пиво, я пожаловался ему на депутатов.
— Не хотят, чтобы у нас перед домом красиво было, — подытожил я.
Сосед обдумал мои слова, потом глянул на меня загадочно:
— Отказали? Это можно решить.
— То есть… как решить?
— Просто. Компьютеры принимают решения. Но обслуживают их программисты. — Тут Василий понизил голос, перешел на заговорщический тон. — Они могут что-то там подправить. И будет нужное решение. Не за так. Нужно заплатить.
Я оторопел. Потом пробормотал:
— Сколько?
— Ну… это смотря какой вопрос надо решить.
— Цветник, — напомнил я. — Да хотя бы клумбу перед подъездом.
— За клумбу тысячи хватит, — уверенно изрек он.
— Рублей? — с тревогой попытал уточнить я.
Он со знанием дела кивнул:
— Рублей.
Это было по-божески. Такую сумму я готов был заплатить сам. Не ходить же по квартирам и собирать деньги. Лучше сам заплачу, но за это попрошу, чтобы клумбу разбили чуть левее нашего подъезда, тогда бы она точно располагалась под моими окнами. Подходишь к окну, а она там, внизу.
Короче, во вторник я выкроил время и поехал туда, где располагалась районная управа.
— Вы к кому? — строго поинтересовался упитанный милиционер, сидевший на входе. Теперь его следовало называть полицейским.
Я растерялся: не знал, что сказать? Но и молчать было нельзя.
— Мне это… к программисту надо, — промямлил я.
— А вас вызывали?
— Вызывали, — не слишком уверенно подтвердил я.
— Фамилия?
Мне пришлось назвать мою фамилию. Он внимательно изучил список, лежавший перед ним, опять поднял на меня глаза.
— Нету вас.
— Но мне надо, — взмолился я.
— Всем надо.
— Но мне… цветник… Или клумбу…
Выдержав с независимым видом паузу, он тихо проговорил:
— Двести рублей.
— Что, двести рублей? — не понял я.
— За проход двести рублей, — небрежно объяснил он.
Пришлось доставать кошелек.
— Сто пятая комната, — выдохнул он, получив две сотенные бумажки.
У двери с нужным номером стояла очередь из трех человек. А четвертый сидел на единственном стуле. Я молча пристроился к тем, кто стоял. Пришлось подождать около двадцати минут, прежде чем я попал в кабинет.
Программист был щуплый, долговязый, в очках. Стеснительная улыбка гуляла на его лице. Весь его вид говорил о том, что это не чиновник, напыщенный и равнодушный к чужой беде.
— У вас какая проблема? — участливо поинтересовался он.
— Цветник.
— Какой цветник?! — не понял программист.
— Да… — Голос плохо слушался меня. — Перед подъездом. То есть, перед домом… Я просил, но мне отказали. Ну… компьютер отказал. А ведь красиво, если цветник. Но если цветник — много, пусть будет хотя бы клумба. Только тогда перед моим подъездом… Чуть левее. Это если от дома смотреть. На клумбу…
Его лицо приняло сосредоточенный вид.
— Пять, — выдохнул он.
— Тысяч? — ужаснулся я.
— Тысяч — подтвердил он.
— Да вы что!? Это же всего лишь… цветник… Или клумба… — голос мой совсем увял. — Это для всех.
Он протяжно вздохнул.
— Я тоже не только для себя. Мне отдавать надо. — Он глянул куда-то наверх. Помолчав, осведомился. — А по-вашему, сколько?
— У меня всего лишь тысяча на это…
Поразмышляв, он решительно произнес:
— Давайте.
Я конфузливо сунул ему в руку тысячную бумажку.
Через полтора месяца перед нашим подъездом появилась клумба. Веселенькая такая. Красивая. И ровнехонько под моими окнами. Посмотришь — душа радуется.
И вот на третий день, в очередной раз насладившись видом клумбы, я подумал: а почему бы не решить проблему с гаражом. В конце концов, человек я или нет? Почему бы не обеспечить нормальное стойло для моей машины? В том гараже из желтого кирпича, который высился неподалеку от моего дома. Покупать место по обычной цене я не собирался — чересчур дорого. А вот если бы получить его со скидкой, как для ветеранов Великой отечественной, это гораздо дешевле будет. Конечно, по возрасту мне до ветерана далеко. Но могу же я проходить как сын ветерана, пожелавшего оформить гараж на отпрыска?
В общем, прихватил я деньжат и в один из дней недели подскочил в управу. И что вы думаете? Около милиционера стояла очередь из пяти человек. Вход стоил теперь пятьсот рублей. Программист успел перебраться на второй этаж. Очередь в нужную комнату насчитывала человек тридцать. Пришлось отстоять около двух часов, прежде чем я смог попасть внутрь.
Это был совсем другой программист — полный, не слишком интеллектуального вида, с брезгливым выражением лица, он больше походил на классического чиновника. Несколько смутившись, я изложить ему суть моей просьбы. Он держал себя куда более самоуверенно, чем прежний.
— Значит, хотите задешево гараж получить? — небрежно уточнил он.
— А что делать? — я развел руками. — За полную стоимость я не осилю.
— Тридцать тысяч, — бесстрастно определил новый программист.
Ровно столько я взял с собой — больше в заначке у меня не было. И хотя, направляясь в управу, я намеревался поторговаться, тут я понял: бесполезно. Этот не уступит.
Тридцать тысяч перекочевали к программисту.
— Мне в тот гараж, который ближе к моему дому, — напомнил я, поднимаясь.
— В тот. — Он вяло кивнул.
Месяц пролетел быстро. В положенный срок приперлась осень, зачастили скучные дожди. А я все оставался без места в гараже. Потом начали опадать листья. И пришло понимание того, что решение моего дела слишком затягивается. Следовало подсуетиться.
Мне пришлось пожертвовать пятьюстами рублями, чтобы проникнуть в управу. И вновь отстоять около двух часов. Программист в комнате на втором этаже был тот же, что и в прежний раз. Однако, выглядел он куда более значительно.
С волнением я напомнил ему о моем деле.
— Да-да, — чуть заметно оживился он. — Место в гараже задешево… Понимаете, выявились обстоятельства, осложняющие решение вашего вопроса.
— Так что, ничего не получится? — испугался я.
— Ну почему?.. Но не все так просто… — Он старался не смотреть мне в глаза.
Я сделал единственное, что мог сделать в тот момент: достал кошелек и протянул ему три тысячи рублей.
— Больше у меня нет, — упавшим голосом выговорил я.
Будничным движением он забрал деньги.
— Я предприму все необходимые усилия, — заверил он. — Предприму.
На этот раз сработало. Уже через неделю меня вызвали в правление гаража, сказали, что прибыли документы на получение стояночного места на льготной основе. Сумма, которую я должен был заплатить, устроила бы любого, даже последнего бомжа.
Насколько приятнее жить, сознавая, что не только у тебя, но и у твоей машины есть дом. А как приятно забираться в машину, стоящую под крышей, зимой, когда на улице стужа, и все засыпано снегом. Садишься и едешь. И никаких лишних забот.
Я наслаждался жизнью полгода. А потом начались проблемы: наша фирма не смогла найти финансирование в нужном объеме. Нам грозили перебои с зарплатой. А в перспективе — банкротство. И попробуй найди потом хорошую работу.
В поисках спасения мы попытались получить подряд через конкурс, но проиграли его, хотя предложили лучшие условия. Генеральный директор Петр Николаевич был в отчаянии. Но я сразу понял, что делать.
— Триста тысяч рублей найдется? — деловито осведомился я.
— Зачем? — испуганно спросил он.
— Чтобы исправить результаты конкурса. В нашу пользу.
Он думал недолго.
— Для этого найдется.
На следующий день мы отправились в управу. Проход стоил теперь семьсот рублей. Мне с трудом удалось уговорить милиционера обойтись этой суммой, потому что мы шли по одному вопросу. Программист располагался уже на третьем этаже. Он обзавелся приемной и миленькой секретаршей. Она выясняла, с какой просьбой пришел посетитель, и определяла, кому ждать в приемной, а кому идти в другую комнату. Когда мы подошли к ней, Петр Николаевич замялся, и я взял инициативу в свои руки:
— Мы не согласны с результатами одного конкурса по определению подрядчика.
— Нужные аргументы при вас?
— Разумеется.
Благожелательно кивнув, она приказала нам с Петром Николаевичем дожидаться в приемной. Сидеть пришлось долго. Наконец нас пригласили в кабинет.
Это был совсем не тот программист, которого я видел в последний раз. Настоящий барин: важный, величественный. Как холодно он смотрел на нас. Сколь большим и роскошным был его стол. Петр Николаевич сразу стушевался, но я не стал медлить. Четко изложил суть нашей просьбы.
— В общем, надо изменить результаты конкурса, тем более, что наши условия на самом деле были лучше, чем у других участников.
Программист никак не отреагировал на мои слова. Будто я и не говорил вовсе. Тогда я дал знак Петру Николаевичу. Пухлая пачка появилась на столе.
— Триста, — ласково пояснил я, преданно глядя на программиста.
Он кивнул, сдержанно и весомо, произнеся одно только слово:
— Сделаем. — И деньги тотчас исчезли со стола.
Сразу полегчало на душе, ибо в ней поселилась надежда.
Потом потекли обычные дни. Прошел месяц, другой, а ничего не менялось.
Как-то Петр Николаевич вызвал меня к себе. Он был привычно мрачен.
— Как думаешь, кинул нас программист? — спросил он.
Я и сам пришел к такой мысли. Но признаваться в этом не хотелось.
— Может быть, забыл? К нему каждый день сотни просителей приходят. Надо ему напомнить.
Утром Петр Николаевич и я отправились в управу. Милиционер на входе содрал с нас тысячу четыреста рублей. Мой довод, что мы идем по одному вопросу, на этот раз не
подействовал. Программист по-прежнему принимал на третьем этаже. И секретарша у него не сменилась. Только вот выслушав нас, она порекомендовала нам пройти в другой кабинет.
— Почему? — изумился я.
— Потому что вы повторно. — Сколь милой была ее улыбка.
Мы с Петром Николаевичем отправились в указанный кабинет. Мужчина, который там обнаружился, вызвал у меня большие сомнения. Он был молод и выглядел совершенно легкомысленно.
— Простите, вы программист? — пристально глядя на него, спросил я.
— А как же, — бойко отвечал он. — Программист второй категории. Что у вас за вопрос. — Он указал на два стула, стоящие по другую сторону письменного стола.
Мы с Петром Николаевичем уселись, и я принялся рассказывать нашу историю. Послушав некоторое время, программист постучал по клавишам и что-то там увидел на экране новенького монитора.
— Так вы по поводу конкурса? — Он даже обрадовался. — Вам отказано.
— Да, нам было отказано, — охотно согласился я. — Но мы сюда затем и приходили, чтобы изменить результат конкурса.
— Нет. — Он прямо-таки с удовольствием покачал головой из стороны в сторону. — Вам отказано повторно.
— Быть того не может! — воскликнул я. — Мы деньги дали.
Программист смотрел на нас честными глазами.
— Другие дали больше. Так что нечего удивляться, что вам отказано.
Эти слова не хотели умещаться в моей голове.
— Послушайте… вы… не ошиблись?
— Не-ет. — Он размашисто махнул рукой, перечеркивая остатки надежды. — Как тут можно ошибиться? У нас всем компьютер заправляет. Все на высшем уровне.
Мир полетел в тартары.

К списку номеров журнала «ЗИНЗИВЕР» | К содержанию номера