АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

А Б В Г Д Е Ё Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я

Инна Иохвидович

Читая роман Б.Шлинка «Чтец», через двадцать лет после его создания

 

 

            Вот уже более двух десятков лет не умолкают разговоры об этом небольшом романе писателя и юриста Б.Шлинка, ставшего мировым бестселлером. Его называют антинацистским романом. Поставленный по роману голливудский фильи стал оскароносным Вот из-за этого, в связи с новым витком  нацистских настроений, как в Западной, так и в Восточной Европе, я  решилась его прочесть.

Как и обычно бестселлеры, он и в самом деле читается быстро, минимализм этому способствует.

            История изложенная в первой части, это история 15-летнего подростка, познавшего и полюбившего женщину намного старше себя. И поначалу читается как роман «воспитания чувств»! Но его первая женщина Ханна так же неожиданно исчезает, как неожиданно и появляется через некоторое время в его жизни.

            Меня в первой части поразило вот что. Я не могла понять в какое время и в какой стране происходит действие романа: Понимаю, что роман написан по-немецки, понимаю, что действие проиходит после Второй Мировой войны. Но понимаю умом, а не получила эту информацию в самом романе. О том, что в этой стране совсем недавно была война, о том, что  произошла трагедия, и что вместо одной существуют две Германии, обо всём об этом ни звука?! Только двое влюблённых, учащийся гимназии и кондуктор трамвая, размещены автором в этой пасторали!

 Я из послевоенных поколений, и помню дворы своего харьковского детства, мы знали, кто такие фашисты, сколько горя они принесли нашим близким, в каждой семье были потери. Когда люди собирались вместе, то всегда и всюду поминали павших, говорили о них, даже совсем маленькие дети, родившиеся и через пять –десять лет после войны знали, страшную правду о ней...

Потому я была не просто удивлена, а поражена тем, что герой, почти юноша, обо всём об этом словно не знает и не ведает?! Что само понятие страшной войны не входит в образ его картины мира?!

            А встречает свою первую женщину, Михаэль Берг, будучи студентом-юристом на одном из процессов, над надзирательницами концентрационного  лагеря. Им вменяется в вину гибель женщин-заключённых, закрытых в церкви в самом конце войны.

            Немного отвлекусь от романа, чтоб кратко рассказать о том, как становились надзирателями женщины. Концлагеря были вотчиной СС. Женщин, как известно в СС не принимали. Потому они принадлежали к так называемой «Свите СС» (SS Gefolge). Но и от них расовое управление СС требовало чисто арийскую родословную, начиная с 1750 года. Всего женщин – надзирательниц КЦ служило  три с половиной тысячи. На эту службу они принимались добровольно. Манила хорошая зарплата – 105 рейхсмарок в месяц плюс 35 за переработку. Кроме хорошей зарплаты завлекали  лозунгами «Работа не требующая усилий», «Всего только надзор за заключёнными»! Кандидатки представляли выписку из полиции о том что они законопослушны, биографию, фотографию, справку о здоровье, направление службы занятости (биржи труда)! Все эти женщины – претендентки на службу надзирательницами, проходили обучение от четырёх недель и более, а затем был трёхмесячный испытательный срок. Перед тем как взять на эту работу проводилось собеседование на знание идеологии нацизма! Женшины получали форму без эмблемы СС – серый костюм, пилотку. Кожаные сапоги, палку, хлыст или кнут, частично огнестрельное оружие.

 Тогда, в юности исчезновение любимой повлекло  за собой не только телесный дискомфорт, Михаэль ведь привык читать книги для  неё. Это произошло сначала по просьбе женщины. А затем он втянулся, и это занятие стало для него  привычно-любимым делом.

Но вот и настаёт день, когда студент-юрист Михаэль Берг  у з н а ё т  кем была его Ханна!

Для наших послевоенных поколений это знание было бы катастрофичным, ведь эсесовцы и их помощники в нашем представлении –  хуже, чем слуги Дьявола!

Но герой, узнавший об этом остаётся спокойным, только констатирует эту её деятельность, как  н е п р а в и л ь н у ю, т.к. квалифицируется она законом как преступная.  Потому, что Нюрнбергский процесс признал деятельность СС и СА – преступной! И деятельность  обслуги КЦ признана преступной также.

На страницах романа «Чтец» мы не увидим ни смятения, ни бури негодования в душе молодого  героя! В отличие от тех, кто читает книгу на русском язык! У наших людей  «работа» Ханны вызывает  шок!

            В течение процесса, когда выясняется, что Ханна держала при себе девушек, что читали ей книги, героя посещает догадка, переходящая в уверенность, что его подруга была неграмотной! И очень стеснялась этого! И, чтобы только не признаваться в этом она берёт всю вину в гибели  заключённых на себя!

Но это умозаключение героя  смехотворно! Ведь в стране – родине бюрократии, тем более в КЦ, куда ежедневно приходили различныен распоряжения, и в письменном виде, где постоянно приходилось читать и расписываться, то за одно ,то за другое, б е з г р а м о т н ы м  было быть просто невозможно! Кроме всего «безграмотность» является для него  оправданием Ханны! Ведь человек безграмотный тоже ведь «не ведает ,что творит»! Как утверждалось  в самой послевоенной Германии,  «населению было неведомо о том,  ч т о   творилось в КЦ»?! Но страх среди мирного населения перед этим явлением – перед самим существованием КЦ был! Почему, при полной о них  неизвестности?!  К тому же, бывшая возлюбленная героя работала не в простом КЦ, а в одном из шести, так называемых «лагерей смерти»!  Б.Шлинку  показалось, что он нашёл хороший ход в оправдание своей героини. Но что показательно, это неправдоподобная, почти «сказочная» версия принимается читателями почти безоговорочно?!

            Героиню приговаривают к пожизненному. А герой устанавливает с нею одностороннюю связь – посылая магнитофонные записи начитанных им книг. Ведь он настолько вжился в роль чтеца, что сам стал практически в наркотической зависимости от неё. А, кроме своей бывшей подруги эти его записи никому больше не нужны.

Таким образом они вновь «вместе»: он читает, она слушает. Он ощущает себя её благодетелем.

            Но осуждённую Ханну, через восемнадцать лет должны были освободить. Как впрочем и в послевоенной жизни это случилось в Западной Германии почти со всеми преступниками, осуждёнными к различным срокам, в том числе и к пожизненному. Разве что так и не освободили Р.Гесса да Ильзе Кох что покончили с  собой в заключении.

            Незадолго до освобождения Ханны герои, впервые за эти десятилетия встречаются. И там,  Михаэль открывает для себя, что его Женщина перестала быть Женщиной?!  Она превратилась в Старуху! Об этом ему,   самцу  свидетельствует  з а п а х! Не аромат женщины, не животный магнетизм её тела, что очаровывал и пленил его некогда, а унылая бесполость старости оттолкнула его...

            Ханна повесилась...

            Только в конце романа Шлинку удалось передать правду об отношениях мужчины и женщины.

            И миссия Михаэля как чтеца кончилась...

            Этот роман для меня, достаточно неправдоподобный и не передающий реалий подлинной жизни, тех послевоенных годов, не интересен и неудачен. Лишь иногда, когда я думаю об этом , то с ужасом предполагаю, что неужели это правда? Тогда этот отрыв в миропонимании между русскомыслящими и , немецкоговорящим, непреодолим?!