АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Владимир Алейников

Стихи разных лет

  
* * *

Как это было? — в одиночестве, в беде,
С бездомицею свыкшись многозначной,
Тогда я жил, — и горя запах злачный
Меня преследовал, где б ни был я, везде,
Шел по пятам за мной, в глуши подстерегал,
Похмельным ужасом сквозил вдоль новостроек
И по трущобам, не на шутку стоек,
Меня врасплох в потемках настигал.

Жилье бетонное, халупа на паях, —
Не все равно ли? — есть ночлег — и ладно,
Хотя бы на пол мне, — а жизнь и так нескладна,
Да что с того, когда в родных краях
Уже не тать гуляет, но распад,
А я участвовать в безумстве не желаю
И душу в хаосе упрямо сберегаю,
И правды — нет, за годом год, подряд.

Бровастым чудищем, туземцем в орденах,
Родоначальником трибунного мычанья,
Указан путь к терпенью и молчанью
Тем, кто, как водится, не в лаврах, не в чинах,
А так себе, кто именуется — народ,
Кто позабыть успел свои прослойки, классы, —
И что за дело всем до голоса из массы,
Когда за горло жизнь сама берет!

Сейчас таить нам ничего нельзя, пойми,
О лихолетье гибельном, — и все же
Никак не слезть его змеиной дряблой коже
Буквально с каждого, — пойду-ка я с людьми,
Прислушаюсь внимательно, — э, нет! —
Душа — не присказка в застолье, не отписка
В бредовых планах, — сотканный из риска,
Из покаянья, — брезжит зоркий свет.



* * *

Скрипит некрашеная створка —
И вот врывается ко мне,
Да так, что вздрагивает шторка,
Напев, звенящий при луне.

Вдвойне он дорог мне, пожалуй,
Не тем, что молод был и чист,
А тем, что в затхлости лежалой
С ним желтый сталкивался лист.

И реял в мороси бесчасья
Флажок отважный за окном —
И веял нежностью и страстью,
Еще не залитой вином.

Невольный символ, знак наивный
Заморских празднеств и чудес,
Источник связи неразрывной,
Радений поздних и небес!

К тебе ли чутко не тянулись
Четыре гибкие лозы,
Чтоб дни забвенья встрепенулись,
Впитав гармонии азы?

И что за горечь нам досталась
От этой радости извне,
Где судеб ранняя усталость
С душою свыклась не вполне?

И что облупленные стены
И стекла мутные, когда
В порыве то и драгоценно,
Что остается навсегда,

На грани риска и восторга,
Не без тоски, не без труда, —
Как ливерпульская четверка
В шестидесятые года.



* * *

Кровь звезды под ногтями эпохи
Да петляющий в сумерках след
Всех, кто шел — при царе ли Горохе
Или позже — сквозь изморозь лет.

Пожелтевшему старому снимку,
Поседев, удивись и пойми —
Там плеяда былая в обнимку,
Всех моложе, одна меж людьми.

Свитера на локтях прохудились,
Но четыре судьбы поднялись
Из оков, что всегда находились
На земле, где мечты не сбылись.

Вот и прожито время ночное,
Что само за себя говорит, —
Но извечное пламя свечное
Наши лица еще озарит.



* * *

И свет звезды в теснине междуречья,
Где вывихи эпохи да увечья
Сквозь узорочье памяти прошли,
В ушко игольное втянулись нитью плотной,
Прихватывая следом дух болотный,
То рядом различаешь, то вдали.

Чей будешь ты? — да тот, кто годы прожил,
Кто помыслы рассеянные множил,
Сомненьями да вымыслами сыт
Настолько, что куда теперь скитаться! —
Ах, только бы с покоем не расстаться,
А воля пусть о прошлом голосит.

Утешит ли все то, что оживляло
Слова твои — и в горе прославляло
То радость мирозданья, то любовь, —
Твое неизъяснимое, родное,
Привыкшее держаться стороною,
Таившееся, влившееся в кровь?

Не время ли, как в детстве, оглядеться,
Озябнув — отдышаться, обогреться
Привыкнув — научиться отвыкать
От бремени обыденного, — чтобы
Прожить и впредь вне зависти и злобы? —
Попробуй-ка такого поискать!



* * *

Свыкайся с градусом тепла —
Не до разборок,
Покуда осень завела
Свои семь сорок,
Покуда вести на хвосте
Нести сорока
Не станет тем, кто в темноте
Встают до срока.

Согрейся чаем, не грусти
В своем укроме,
Попробуй так свой крест нести,
Чтоб, грусти кроме
И кроме горести, с тобой
Была и радость —
И вместе с горечью воспой
Земную сладость.

В эфире музыку найди,
Отдерни шторы,
С комком смятения в груди
Смотри на горы,
Дождись упрямицы-зари,
Утешься светом,
Глотая воздух, закури,
Вздохни при этом.

Смиряйся с мыслью о таком
Существованье,
Где самым лакомым куском
При нагреванье
Округи, зримой сквозь норд-вест,
Надежда станет
На то, что благовест окрест
Однажды грянет.



* * *

Изобилие полей,
Переулков и аллей,
Недомолвок и ролей
Посреди чего-то,
Что застыло на пути
Непредвиденно почти —
И никак не обойти
Прежние широты.

Что ты, что ты? — подожди! —
Пробуждаются дожди,
Побеждается, поди,
То, что измывалось,
Что измаялось, дрожа,
Как на лезвии ножа,
И причуды рубежа —
Этакая малость!

Кто ты, кто ты? — отвечай! —
Головою не качай,
Поневоле замечай
Новое в знакомом —
Грани хрупкие зеркал,
Желтый времени оскал,
Тусклый лампочки накал
В сумраке искомом.

В темном логове хандры
Затаилось до поры
Черной, может быть, дыры
Странное зиянье,
Что впитало, как назло,
Все, что в прошлое ушло, —
Но явилось и спасло
Противостоянье.



* * *

Стылый лист на ветру в декабре —
Да бездомиц постылое бремя,
Да ночевки сквозняк в конуре,
Прежде времени целящий в темя.

Ты газет на полу постели —
Может, станет немного теплее,
До зари уходить не вели,
То ли жалуя, то ли жалея.

Чай железом впотьмах отдает,
Пойло есть на похмелку в бутылке, —
Что за боль нас врасплох застает,
Что за нежность в неловкой ухмылке?

Расставаться со мной не спеши —
Я еще поднимусь непременно,
Я еще сберегу для души
Все, что век растерял постепенно.

Может, вспомнишь, как вместе брели
В завирухе метельной, столичной,
То ли чуя спасенье вдали,
То ли свет различив безграничный.



УШЕДШИМ ДРУЗЬЯМ

Помню, помню, помню я вас —
Лепестки ваших песен тают, —
И на западе луч погас,
И венки у воды сплетают.

На востоке забрезжит свет,
Станет оку опять просторней,
А ушедшего — больше нет,
Оттого и глядит покорней.

Будет сердце еще больней
Задыхаться в словах минувших,
На пороге грядущих дней
Поминая давно уснувших.

Целовали вы дев следы,
Обнимали деревья летом —
Но всегда шепоток беды
И для вас не бывал секретом.

Постигали вы страшный смысл,
Некий корень искали тайный,
Оказавшись рабами числ,
Господами хандры бескрайней.

И настиг вас не меч, не луч —
А игла уколола злая,
Чтобы вздох был последний жгуч
И терзались, причин не зная.

Что же делать и как нам быть?
Снисхожденье — неволя Рока, —
То ли запад протянет нить,
То ль окликнут еще с востока.

И стоим посреди страстей,
Чтобы, дар восприяв общенья,
Провожать не спешить гостей
И любви осознать значенье.

К списку номеров журнала «ФУТУРУМ АРТ» | К содержанию номера