АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Александр Семыкин

Все наши страхи в стиле Кинга. Стихотворения


ГРАД-ПОД-КИТЕЖ

То ли город тонет в вате, то ли я схожу с ума:
Из тумана (нет мохнатей) всплыли призраки – дома.
Из кисельной мешанины с добавлением муки,
Не спеша ползут машины, как гигантские жуки,
И клубится вдоль дороги шлейф прохожих – силуэт
Тех свидетелей немногих пустяка, что свёл на «нет»,
К чёрту, видимость пространства: головой, как ни крути –
Всё размыто, лишь остался огонёк, и тот – в груди
Где-то там сияет слева (где от шрамов борозда),
Как над старой крышей хлева Вифлеемская звезда,
Освещает мир мой странный – городок, а вовсе не
Мегаполисы и страны. Просто город… как во сне.
Если всмотришься – увидишь, словно пыль смахнёт рука:
Очертаньем, град-под-Китеж… незатопленный пока…


***

НАЧНИ

Ну да, положим, ты не Нео…
Не то что кролика – слона
не видишь. Тычешь пальцем в небо,
ориентируешься на
свой неокрепший детский разум…
Но я шепну тебе: очнись,
есть понадёжней способ – разом
отбрось всё лишнее, начни
себя прокладывать по солнцу,
по звёздам, чувствам и мечтам,
нести с собою, что несётся
лишь с удовольствием, ведь там,
где рвётся финишная лента
и замирает бог секунд –
всё канет тонкой струйкой в Лету,
подобно лёгкому песку…


***

ИСКУССТВЕННЫЙ МИР

Ты разрушил, смеясь, свой искусственный мир, а теперь разрыдался над грудой развалин…
Обернись, ощути, разгляди хоть на миг, где пошла твоя жизнь под откос, и сама ли? Отдышись, разожми побелевший кулак, выбрось смятые клочья от перьев Жар-птицы – той, которую сам упустил (ой, дура-а-ак…), не способный нисколько отважно влюбиться.
Вспомни случай, когда беззаботным щенком совершил свою первую сытую подлость, и скулившую совесть отбросил щелчком из души, и оставил там чёрную полость. А у чёрный дыры – чёрный глянцевый спектр, преломляющий самые мощные призмы. Мальчик вырос, трусливою злостью воспет, и своим среди злобной трусливости признан.
Вот откуда растут всех несчастий рога (отражение в зеркале чуть козлоного). Как же больно принять, что твой мир – суррогат с заменителем чувств, «идентичных во многом…»
И теперь ты стоишь над шипящей золой, поливая обломки иллюзий слезами…
Бог с укором качает тебе головой, выводя жирный «Неуд» за жизнь как экзамен.


***

АКВАРИУМ ЗИМЫ

Трещит аквариум зимы,
до верха переполнен льдом,
в нём замороженные мы
передвигаемся с трудом,
тараща мутные зрачки –
косяк чугунных снулых рыб…

И был бы хоть один драчлив,
и брать умел бы ноту «ры»,
чтоб по команде строй кривой
сплотить в единую гурьбу
и совершить к весне рывок,
пройдя дорогами горбуш…

Но нет таких – ни я, ни он
не будоражим снежный ил.
Приятно так бурлит фреон
по трубкам кровеносных жил –
щекочет каждый сантиметр
железно-рыбьего нутра…

И нас поочерёдно смерть
К себе уносит по утрам…


***

ДРУГ МОЙ, ВРАГ МОЙ…

Игры кончились… Game is over…
Время камни вразброс итожить.
Мы друзья… нет, враги по крови,
Что почти что одно и то же.

Поминальные мессы служим,
Под иконами ставим свечи…
Ты отраву кладёшь мне в ужин,
Я напалмом сжигаю вечер.

Зеркала не нужны – не трудно
Мне тебя отражать стократно:
Уносящийся оклик – «друг мой!..»
Возвращается эхом – «враг мой!..»

Боль умножится болью. Резко.
Не надейся уйти, исчезнуть:
Мы с тобою – орёл и решка
У монеты, летящей в бездну.

Поле битвы хоронит тайну.
Победитель навряд ли «в плюсе».
Вне игры – это там, за гранью
Сердце греющих вскользь иллюзий…


***

НЕ РАСПЛЕСКАТЬ…

В небеса, к мирам иным
расцвела дорожка-скатерть,
я несу в ладонях сны –
как бы мне не расплескать их?..
Каплей скатывать с горсти,
словно сказочник Лукойе,
я не дам тебе грустить –
ремесло моё такое.
Как прививка от зимы,
расчудесная пилюля –
взят у памяти взаймы
сон о будущем июле,
где от светлых брызг цветных
у тебя намокло платье.
Я влюблён в такие сны,
только бы не расплескать их…
Говорят, что смерти нет,
страх киношно-несерьёзен
в тех краях, где сон-птенец
в клюве нам приносит грёзы –
весь нахохленный, смешной,
вот бы кроху приласкать и
напоить мечтами, но
так, чтоб вдруг не расплескать их…


***

ДНЕВНИК КАЯ...

Чай с тоскою сквозь озноб. В сердце – пыль и паутина.
Королева снежных снов вяжет боль из серпантина.
За петлёй кладёт петлю – безнадёги шарф на шею.
Я смогу, сдержусь, стерплю… но без шансов, что сумею
хоть когда-то изменить эту жизнь, пускай отчасти…

Рвётся тоненькая нить –
память смысла
слова
«Счастье».

Мир окрашен в серый цвет. Каждый шаг избит, банален.
Королева веских «нет» бродит тенью средь развалин.
В лживых отблесках зеркал, преломляемый стократно,
заблудился мальчик Кай – стал бесцветным, неопрятным,
и не стоящим слезы, что роняет всуе Герда…

Снежной Вечности призыв
из кристаллов
сложен
верно.


***

Поблекла, стёрлась, ободралась
Вещей незыблемая суть.
Исчерпан цвет – осталось малость,
Бери, хоть красками рисуй
То, как растерянные мысли
Бегут по кончику ножа;
Как в небе, кто-то, чёрным высек
Мелодию – полёт стрижа;
Как поджигая бесконечность,
Секунды плавят горизонт;
Как звёзды, путь покинув млечный,
Упали в парке на газон;
Как жизни смысл исчез вдали,
Порвав прорехою пространство,
Сюрреализмовым Дали,
Нас провоцируя на пьянство…


***

ТУМАН

Туман, клубящийся симптом
всех наших страхов в стиле Кинга.
И лисий воротник пальто,
и шерсть на холке вздыбит книга
сырой погоды. Посмотри,
когтистый ужас тянет лапу,
и что-то щёлкает внутри,
и подрывает где-то клапан...
Ты, зажимая в глотке вопль,
бежишь по улочкам-траншеям,
полузадушено-живой
от мнимых щупалец на шее.


***

СТИХИ БЕЗ НАЗВАНЬЯ. RE

В зеркальную воду гляди. Видишь мир мой?
Хоть он и нелеп, но менять не пытайся.
Здесь нет жутких тайн и скелетов за ширмой,
табу, указателей, ценников, прайсов…

И в мире моём по утрам вместо гимна
звучит «Only You» незабвенного Пресли,
пусть даже весь мир окружающий гибнет, –
он будет звучать без каких-либо «если».

В стихах без названья предчувствуешь смутно
всю боль, что не сможешь, увы, миновать ты,
но надо ли тут объясняться кому-то,
искать оправданий, казнить виноватых?..

Как раб на галере к веслу ржавой цепью,
я мысленно сам приковал себя строчкой
к бумаге, где рифмы рождаю бесцельно.
И утро уже… И, наверное, точка.

К списку номеров журнала «ЛИКБЕЗ» | К содержанию номера