АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Татьяна Орбатова

Голография Слов. Стихотворения



***

ГОЛОГРАФИЯ СЛОВ

Всё сказано давно.
Но воробьями
летят на снег забытые слова:
«за белыми ветрами ворог вянет,
в краю бенгальских тигров и лаванд
молчание под знаком волопаса
течёт с ладоней Свати на алтарь...»
Чудно летят слова близ Храма Спаса,
на брошенный под ноги календарь –
в квартал ума.
Но зов снегов неистов –
вот-вот сомнёт обыденную близь,
рассудок превращая в аутиста.
И лучше без рассудка обойтись,
пока листает сумрачные чувства
в изнанке крыльев спящий махаон,
и струнная мелодия искусства
безумцами поставлена на кон.
Всё сказано.
Иллюзии безумцев
сильнее гравитации ума –
поверх привычных мыслей и презумпций,
сквозь дух животный и свечной туман
спешат туда, где девственны Кумары,
но если упадут, то в пекло слов,
сгорая до проклятья – в кулуарах,
в безликом сонме схожих голосов.




***

Может, там далеко –
в сердцевине лесов
Греют тысячи солнц
каждый камешек доли,
А в декабрьский пунш
из несказанных слов
Добавляет судьба
кислый ломтик неволи.

От тебя до меня –
миллионы миров,
Миллионы улиток,
ползущих на север.
От тебя до меня –
безрассудство ветров…
Но маршрут в небеса –
картой памяти сверен.




***

От Колизея пахнет рыбой.
И тень от дома золотого
глазеет призрачною глыбой
на виражи живого слова.
Глазеет облаком безродным
на отражение антракта –
в ладони лунной и холодной,
вмещающей судьбу в три такта.

Мертвецки пьяным бродит время…

От усыпальниц в Самарканде
и до египетской гробницы…
Ему рукой подать до Ниццы,
где пролилось живое семя
в сосуд какой-нибудь Миранде.

Надсолнечно сияет злато
волос влюблённой Вероники…
Но знай, в любви другой расплаты
не ищет время – озорник и
любитель вольностей словесных,
знаток безмолвных ожиданий.
Зачем дарить ему в отместку
печаль несбыточных желаний?

Всегда голодным бродит время…

С глазами цвета антрацита,
Со словом – сути однозначной.
Но что тебе его измерить?
Взгляни в лицо его открыто,
пусть визави своим назначит…




***

От волн, что изменили берега,
от пенных кружев юной Афродиты
нас жизни разделяют и века,
и мёртвых звёзд бездонные софиты.

Но боль… она в незримой глубине,
в животном духе с мокрою печатью.
Взорвётся вдруг в тебе или во мне,
пронзая слово крохотною частью –

страданий, предварявших не рассвет –
расцвет цивилизаций, их упадок.
И… словно кто-то смотрит нам вослед,
разглядывая будущий осадок.




***

СОЛНЕЧНЫЕ ЧАСЫ

лес тонких линий –
лезвия солнечных маршалов.
по небу ходики военноглазой судьбы.
хочешь – живи
сытыми тропами, маршами,
тоником страха,
или
вставай на дыбы.

дыбу дубить голосом –
горло устанет.
сколько акустик в зеркале –
счёт на века.
казнь по согласию –
плата забористой дани.
выбери казнь,
или
пускайся в бега.

камерный «уууух…» всюду,
в небе – границы.
правда без тени –
время на первый шаг.
днем – убегать,
ночью – кому-нибудь сниться?
выбери – сниться,
если часы спешат.




***

ЛОВЕЦ


Сегодня белою щекой
Меня коснулся ты… Ни звука.
Но на губах – усмешка плута
Змеёй мелькнула. Непокой.

Какие вести ты принёс?
Замёрзла от прикосновенья…
На краткий миг, подобно тени,
Ко мне шагнул из страшных грёз.

Ты собираешь этой ночью
Богам увесистую дань?
Я не сказала: перестань!
То мирра тихо кровоточит…

Я вижу смерть в твоей горсти,
Там снулых рыб немало. Путник,
Давай тебе омою ступни.
А рыб пока что отпусти.




***

МОНОЛОГ МУЗЫ

Нет конца и начала погоне.
Я… бегу, но за кем?
От кого?
Боль – не птица,
судьба – не агония.
Путь с крестом,
или бег от него?
Но бегу.
Пусть всё ближе и ближе
треск огня,
розовеет дым.
Где бы ни был Ты –
в Альпах, Париже
не найду тебя –
мо-ло-дым,
не уставшим от собственной воли,
не утратившим силу дня.
Упаду –
Божья Матерь в подоле
принесёт живую –
меня
на вершину твоих сомнений,
где на камне –
печати лет,
где бездействует сонный гений
и… числа твоим безднам нет.




***

ЛЮБОВЬ МОЯ

Не одинока и не безнадёжна
Любовь моя.
Узор её не сложен
Из чёрных линий, связанных в мишень
В протравленном печалями клише.
Не простодушна, может быть опасной
Любовь моя.
Карминовою краской
Перетекает в солнечный рассвет,
Звучанием сердечных кастаньет.
Необъяснима, но и не беспечна
Любовь моя.
Когда мерцают свечи –
На стенах иероглифы разлук
И тени паутину свою ткут  –
Я улыбаюсь.
Тень не бесконечна.
И шаль её не покрывает плечи,
Горячие от откровенных ласк.
Любовь даёт мне силы про запас…




***

СОШЕДШЕМУ

Сошедший в ад своей эпохи,
где у позорного столпа
смакует зрелище, на вдохе,
в едином приступе толпа,
где мнемоническое древо
до корня выедено тлёй,
рождённой из больного зева
империй, сросшихся с Землёй,
где свод законов – камень власти
в слоновьих стенах пирамид,
в асфальт закатан или в пластик,
или в кладбищенский гранит…
Сошедший в ад своей эпохи
с надгробья радужной мечты,
чем ты утешишься на вдохе,
спасаясь от земной тщеты?




***

TRANSCENDENT NIGHT

Ночь слетает
с большой катушки,
не прядётся,
не рвётся звуком.
Чёрной бабочкой
из-под ушка
лунной рыси
над виадуком –
дрогнет,
в воду глагол роняя,
лов бессловицы
не приемля.
Вслед ей – дети
дождя-лентяя
сон для сонь разольют
на Землю.
Выпьет Ночь
до кристаллов соли
пот со лбов
сновиденьем пьяных.
Самым трезвым –
найти позволит
от безумства ума
кальяны,
ложный вакуум
одиноких
растворяя в себе –
осенней.
Ночь сильна,
и в речном потоке
слово
вымолчит –
во спасение…




***

ФУТУРИСТИЧЕСКАЯ РЕТРОСПЕКТИВА
(или вперёд в прошлое)

1.

Времени грива. Подлунный репейник
Смертью заласканных цивилизаций.
С цезарем новым – удобны кофейни,
Но ощутим аромат имитаций.

Выпейте кофе ушедших событий –
С хлебом душистым и праведной солью.
Вместо Души не хотите ли Сбытень?
Он – не страдает, бытует безвольно.

Сбытень – не тень,
он покорству – опора,
трон – властелюбам,
гвоздик – забору,
гамлетам новым – он –
точный ответ.
Или ты – Сбытень,
иль тебя нет.

2.

Конь вороной в квадразоне Малевича
Знает – досрочно не стать Человеком,
Если рождает среда обмелевичей,
Мысли ровняя – от века до века.

Если на площади – мёртвы глаголы,
Но говорильни, как страхи, живучи,
Сбытни снуют, пусть по-прежнему, голы,
Стукольно кланяясь каждому дуче.

Дуче – не скучен.
Он всекоронован,
свет – капиталу,
сыру – ворона,
боль – для Души,
но для сбытней –
у х о ж е н – да,
дуче не круче
Старого Роджера.*

3.

В конском зрачке – со-волнение равных
Вновь утопает в больших переменах.
Вероподобие с вечностью плавно
Плавится чёрным раствором по венам –

Венам детей, иноверцев, изгоев.
Вместо Души не хотите ли Сбытень?
Ген равнодушия вместо покоя?
Вместо «всё помнить» – напрочь забыть и…

Были – навзрыд,
но будут – вприсядку,
были вразнос –
в расход поспешат.
Конский зрачок,
что пуля в «десятку»,
зорко нацелен,
ближе межа.

* В Ирландии и на севере Англии в средние века дьявола иногда называли Старым Роджером. Кроме того, в английском жаргоне того времени roger – мошенник, вор.

К списку номеров журнала «ЛИКБЕЗ» | К содержанию номера