АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Пётр Межурицкий

Поэты, что добились своего

ЛИРИЧЕСКИЕ СТАНСЫ

 

На первое и на второе

неважно, что едим порою,

поскольку всем на третее

положено бессмертие;

 

и в рамках мироздания

забудь про воздаяние

и прочий матерьял,

что в жизни потерял;

 

и не пеняй на новости –

бесчисленные совести

пасут стада убийц

без лиц и без яиц;

 

а, впрочем, живы танцы

и, сколько ни дрожи,

лирические стансы

бывают хороши.

 

 

***

 

Кто б ни был он,

врубил диспетчер

вечерний звон –

ещё не вечер.

 

 

ЛЕСТНИЦА ИАКОВА

 

1.

 

Поэзия есть путь к себе земному –

парапсихологу, лингвисту, астроному –

субъектам обаяния не без –

которым до меня, как до небес.

 

2.

 

Пусть не всегда, но всё-таки веками,

представь, стояли люди за станками,

и сам я тоже за станком стоял

минут пятнадцать и строгал металл,

при этом повторяя аксиому:

«Поэзия есть путь к себе земному»,

а рядом, быт и участь не коря,

стояли за станками токаря,

которые и есть, скорей всего,

поэты, что добились своего.

 

3.

 

Скажи, о чём, как не про Юг и Север,

Иаковом увиденный конвейер?

А Запад, что весьма к нему жестоко,

молиться будет в сторону Востока,

поскольку, что поделаешь, Восток,

подумать страшно – мудрости исток,

считай, от Курдистана до Кореи,

а есть ещё арабы и евреи

и путь среди песков и между вьюг

на Север с Юга, с Севера на Юг.

 

4.

 

В слоях атмосферы достаточно плотных

находится место для птиц перелётных,

которые, может быть, вновь изберут

над ними проложенный кем-то маршрут

от Белого моря до тёмного Нила,

что в счёте конечном так грустно и мило

и даже, порой, как ни странно, игриво –

а вам бы хотелось до сердца разрыва

за цену всего лишь входного билета?

Могу успокоить: бывает и это.

 

 

ОСТРОВ

 

Мир полон Дании врагами,

Вероне вряд ли до балета:

английский юмор – это «Гамлет»,

а с ним «Ромео и Джульетта».

 

 

***

 

Мой папа – молодёжный активист,

его конёк – художественный свист,

 

пройдут года, и пойман в ту же сеть,

не хуже папы буду я свистеть,

 

какие бы ни выдались деньки –

о, наших пап нам верные коньки!

 

 

СТЕПАНОFF

 

Что за город на кону,

не Ростов ли на Дону,

где потерпит пораженье

наше Белое движенье,

хоть храбрец вы и титан,

господин штабс-капитан?

 

Не печальтесь, чья победа –

настрелялись и от седа,

ноги вынесут куда –

навсегда, так навсегда;

 

да и разве, в самом деле,

мы не этого хотели,

но мечтали на луну

выть в Ростове-на-Дону,

или, скажем, в том же Курске?

 

Понимаю, вы не в курсе,

а из воинств наших лишь

я один хотел в Париж,

чтоб с душою и талантом

в нём служить официантом,

и советских чтоб детей,

мной пугали без затей,

 

мол, из рода белоручек

до чего дошёл поручик,

а ведь мог бы хоть на бис

строить с нами коммунизм

на какой угодно вахте

за станком, а то и в шахте

этот антидядястёпа,

никудышний недотёпа

по фамилии Степанофф

и по имени Степан

из разбитых вражьих станов

бывший белый атаман…

 

Предо мной, как на картинке,

что ни день, часа на три

Белой армии поминки,

хочешь – тоже посмотри.

 

 

ПРОИСХОЖДЕНИЕ ВИДОВ

 

Как я смотрю на всё на это,

уже отнюдь не молодой?

Моей средой была плацента –

ужиться можно со средой.

 

Не знаю, что меня терзает –

то объявлюсь, то затаюсь –

среда куда-то исчезает,

а я как будто остаюсь,

 

по крайней мере, не угроблен

ещё практически нигде,

на удивленье приспособлен

к вновь окружающей среде.

 

 

К списку номеров журнала «ЮЖНОЕ СИЯНИЕ» | К содержанию номера