АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Валерий Акимов

С годами былое все ближе

Наш постоянный автор.

 

           ДЕТСТВО

 

Луговые опята,

Пескари из реки...

Не забыл я, ребята,

Всем годам вопреки,

 

Радость летних каникул

И следы босых ног,

Сенокос, землянику,

Недозревший горох...

 

Было просто и свято,

Мир открытый, как дверь.

Помню все я, ребята!

Только где вы теперь?

 

            СЕНОКОС

 

Уводит память —

                 в прошлое тропинка.

И мне уже из белой полосы

Привиделась июльская картинка

Со звоном отбиваемой косы!

 

Свод неба, словно

                 синей гладью вышит,

В зените солнцу быть уже пора

И лучики его сквозь щели крыши

Высвечивают, как прожектора,

 

Пространство сенника пронзая косо.

И перезвон меня заворожил:

Лежу, малец, вернувшийся с покоса,

Где с бабами я сено ворошил.

 

ДЕДОВО НАПУТСТВИЕ

 

Внучок, и ты с рожденья часть

Семейных, нашенских традиций

И должен, радостью лучась,

Своей фамилией гордиться.

 

Пусть нет в ней шелеста знамен,

Да все равно тебе по силе

Носить с достоинством ее,

Как все Акимовы носили!

 

               УЧЕБА

 

Чаще стал уже на склоне лет

Вспоминать я, душу бередя:

Потолок в обоях из газет

В «царствованье» лысого вождя,

 

Намертво приклеенных мукой.

И не нужно было их листать.

Каждою заглавною строкой

Дед Семен учил меня читать.

 

В прошлом все теперь

                                 давным-давно:

Где Хрущев? Ни деда, ни избы

И страны той нет, а все равно

Разве можно детство позабыть!

 

ДЕРЕВЕНСКАЯ ПРИВЫЧКА

 

Ну, что поделать можно, братцы!

В крови — признанье землякам,

И незнакомым улыбаться,

И не перечить старикам.

 

И у привычки под пятою

Провинциальность не таю:

Ложусь лишь с первой темнотою,

Но вслед за солнцем я встаю.

 

В душе до смерти сельским буду,

Не выдаст память-филигрань.

И никогда не позабуду

Свою родную глухомань.

 

ПРЕДПАСХАЛЬНЫЙ ВЕЧЕР

 

То былое с болью сладкой

Ворошу в своем уме:

Еле теплится лампадка,

Строгий образ в полутьме

Призывает помолиться,

За окошком — лунный шар,

От печи тепло струится,

В плошке — луковый отвар.

 

Кипяток клокочет глухо,

Бьют всесильные ключи,

Небывалым сдобным духом

Насыщались куличи.

 

И от сна не шло спасенье,

В ожиданье не спалось...

А Христово Воскресенье

Только утром началось!

 

МАТЕРИНСКИЙ НАКАЗ

 

Не забыть материнский наказ,

Мне понятнее стал он сейчас,

Нет, об этом не скажут вожди:

«Если видишь — дурак, отойди!»

Столько в мире у нас дураков,

Что не хватит на всех кулаков!

 

     ВОЗВРАЩЕНИЕ

 

Сердце птахою поет,

Все же возвратился!

Путь-дороженька ведет

В дом, где я родился.

 

За окном волнуют глаз

Травы из проталин.

И слеза не на показ,

Так сентиментален.

 

Поезд медленно идет,

Грусть мне навевает:

Вдруг уже никто не ждет?

В жизни все бывает.

 

        ОТЧИЙ ДОМ

 

Рок и милует, и судит!

Но не думал я о том,

Что родителей не будет,

Опустеет отчий дом.

 

Сердце давит, словно клещи,

Их оплаканный уход:

Те же стены, те же вещи,

Только дух, увы, не тот!

К списку номеров журнала «Приокские зори» | К содержанию номера