АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Ольга Борисова

Земле

Ольга Михайловна Борисова, поэт, переводчик, прозаик, лауреат международной премии «Славянские традиции», лауреат различных международных конкурсов-фестивалей, руководитель Самарской региональной организации Союза литераторов, гл. редактор литературно-художественного и публицистического альманаха «Параллели», член редакционного совета журнала «Белая скала», член Союза писателей России. Постоянный автор журнала «Приокские зори».

 

 

              ЗЕМЛЕ

 

                  Три посвящения Земле

 

                    1

 

Я дитя степей раздольных,

Мира грез и тишины.

Дочь Земли, просторов вольных —

Необъятной ширины.

И пределов первозданных

С их неброской красотой,

Уголочков богоданных

С деревенской простотой.

 

                    2

 

Земля — алтарь во храме Мира,

Красы божественной цветок.

Тебе поет святая лира,

Восславив запад и восток.

 

Вокруг тебя роятся звезды,

Их хоровод ведет луна.

Витают тенью чьи-то грезы

Во время сладостного сна.

 

И первый луч на небосводе

Прекрасный лик твой золотит.

И распустившейся природе

Слагает гимны вновь пиит.

 

                    3

 

Ветвь бархатистой сирени,

Робко стучит о стекло.

День наступивший весенний

Небо цветами зажгло.

 

Рыщет просторами ветер,

Прячется в травах густых.

Бродит весна по планете

В ситцевых платья простых.

 

Мне бы ее вдохновенье,

Мне бы крылатою стать,

Я бы в своих сочиненьях

Землю смогла прославлять.

 

      МЕРЦАЕТ СВЕТ...

 

Мерцает свет лампад небесных,

Над миром царствует луна —

Владычица пустынь безвестных,

Покоев тьмы, покоев сна.

 

Где нет границ и, где все цельно,

Своя гармония миров.

Где совершенство безраздельно —

Его, порой, я слышу зов.

 

     СПЛЕТАЮ ЖИЗНЬ...

 

Сплетаю жизнь из радостных мгновений,

Ушедших в вечность... ждущих впереди.

Создатель мой, всесущий мудрый гений,

Незрячую — к обители веди.

 

К познанию, к незыблемой вершине,

Где бестелесны сущие миры.

Где явь — не сон, куда бреду отныне,

Пороки захватив, а не дары.

 

А жизнь люблю! Еще ценю мгновенья,

Их бессловесный тайный перезвон.

И жду с небес святого озаренья,

Чтоб с Мировым дышать мне в унисон.

 

 

НА ЦИФЕРБЛАТЕ ВРЕМЕНИ...

 

На циферблате времени сплетаются века.

Уходят в невозврат былые поколенья.

Уносит память краткую безводная река,

А маятник стучит... другим для наставленья.

 

Теряется в безвремие народов пришлых след.

Сокрыты от людей миров иных секреты.

Но иногда из млечности во сны слетит привет,

Пичугой Гамаюн с неведомой планеты.

 

                    ЗНАКИ

 

Алеет роза в вазе синей

На белом кухонном столе.

Лучи луны потоком линий

Рисуют знаки на стекле.

Не спят часы. Летят мгновенья

И чередой сплетают век.

Смотрю с тоской и сожаленьем

На торопливый стрелок бег.

И час... и два... Их путь-по кругу.

Им безразличен свет луны

И звук таинственный в округе

Среди безмолвной тишины.

Зовущий в радость покаянья,

Заблудших — в сумраке земном,

Где лишь печали и страданья

И зло — в угарище хмельном.

И ропщет роза в вазе синей

На белом кухонном столе...

Лучи луны, потоком линий,

Рисуют знаки на стекле.

 

           МОСТ ВРЕМЕНИ

 

Из песков золотых выстилаю я мост.

Зрят из прошлого пристально тени.

Поднимаюсь с колен и встаю в полный рост,

И дрожат напряженно колени.

 

И я слышу раскаты музык Мировых,

Шелест ветра, зовущий в безмерность.

И надземные звоны с глухих мостовых,

Их неясность и их — эфемерность.

 

Три песчинки зажаты на память в руке,

С отзвеневшим — разорваны нити.

И слезинка скатилась по мокрой щеке —

Ухожу я для новых открытий.

 

  В ШАФРАНОВЫХ ШТОРАХ

 

В шафрановых шторах запутался ветер,

На стеклах мерцает янтарный закат.

В вечерней тиши при неоновом свете

Слагаю, рифмую — и все невпопад.

 

Нет слова живого в измученных фразах,

Нет взлета, полета от жизненных бед.

Крыла обломались... и оба, и сразу,

И ноет весь вечер согбенный хребет.

 

Закат догорает шафрановым цветом,

Лимонною долькою виснет луна.

Но солнце взойдет и воскресну с рассветом,

И вновь запою, и отдам все сполна.

 

       ОКОШКИ С ГЕРАНЬЮ

 

Окошки с геранью, зеленые ставни,

Навесик над входом, массивная дверь.

А в доме, как прежде, комод стародавний,

С времен он «Гороха». Не моден теперь.

 

А рядом — кровать прижимается боком

К широкой стене под узорным ковром.

И фикус в кадушке стоит одиноко —

Все это в народе зовется «добром».

 

Я здесь не была лет, пожалуй, уж восемь,

Но все неизменно стоит до сих пор...

Лишь только хозяйке ревнивая осень

Уже подписала судьбы приговор.

 

                     ВЕТЕР

 

                                            «Ветер нынче строптив,

                                             хамоват и развязан...»

 

                                                                                 В. Шемшученко

 

Расшалившийся ветер срывает с дерев оперенье,

А с прохожих шарфы и смеется им звонко в лицо.

Я с ним нынче на «ты». Под окном его гулкое пенье,

Он мне листья подбросил на мытое утром крыльцо.

 

Он шалун, озорник, засыпает в саду все дорожки,

В водосточной трубе воет так, словно сто домовых.

И пугает собак. И в округе сбегаются кошки,

И поют о потерях на гулких сырых мостовых.

 

                 ПОПУГАЙ

 

Пугливые листья трепещут на ветках.

За окнами осень. Кочуют грачи.

На юг улетают... а в розовой клетке

Несносный ворчун недовольно кричит.

 

Быть может, он тоже собрался на отдых?

Австралию вспомнил? Гнездо и родных?

Собратьев таких же красивых, и гордых,

Живущих на воле в пределах иных.

 

А, может, тоскует о спутнице верной?..

Накину пальто и пойду на базар!

Пройдусь по рядам, и куплю я, наверно,

Подругу ему из страны Занзибар...

К списку номеров журнала «Приокские зори» | К содержанию номера