АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Майя Димерли

Червь сомнений

Вообще-то Исаак любил сидеть под грушей. А его мать (которая никогда не любила его), стоило ему там присесть, то и дело, высовывалась из окна и кричала:


– Исаак! Хватит околачивать груши! Кто, спрашивается, вместо тебя будет заниматься наукой, Пушкин? Совсем оглох? Я к кому обращаюсь? А ну, марш домой! – так старая кошёлка мстила ему за то, что дядя и учителя уговорили её позволить Исааку учиться, и поэтому в хозяйстве от него не было никакого толку. И так уже 44 года.


А надо признаться, что голос у мамаши Исаака был такой же пронзительно-противный, как у бензопилы, которую, к слову, ещё не изобрели. Всякий раз, когда она кричала, у Исаака делалось плохо в животе.


В тот исторический момент Исаак сидел, глубоко погрузившись в безрадостные мысли: «Вот ему уже страшно подумать, сколько лет, а он до сих пор не открыл ни одного приличного закона. Это ещё повезло улучить удобный момент, чтобы удачно окончить школу и поступить в Кембриджский университет всего-то за 200 лет до отмены крепостного права в России»…


Так вот, противный голос мамаши вывел его из задумчивости, а, заодно, из себя, и Исаак как всегда почувствовал, что в животе у него неладно. Он вскочил на ноги и побежал домой, но понял, что не добежит, и ему пришлось сесть под яблоней.


А в это время червь сомнений перегрызал пуповину яблочного батискафа, в котором собирался отправиться в полное опасностей и приключений путешествие к Земле! Он твёрдо решил проверить утверждение, укоренившееся в среде червей о том, что яблоко от яблони недалеко падает. Утверждали это, как водится те, кто ничего не видел сам, ибо оттуда ещё никто не возвращался. А червь этот был убеждён, что чем бездумно повторять чужие глупости, лучше осознанно совершать свои собственные. Одним словом он сомневался, поэтому решил стать героем и поклялся, что когда проверит, как далеко падает яблоко, обязательно вернётся и поведает обо всём своему народу. А до тех пор, все эти утверждения не более чем предрассудки, миф, враки.


– Тюк! – вежливо поздоровалось яблоко с головой Исаака.


Исаак второй раз кряду струхнул, и в его голове как бы сам собой прозвучал вопрос: «Кто там?». Однако в ответ яблоко просто отскочило от исааковой головы и покатилось в траву. Откатилось оно недалеко.


Исаак натянул штаны и, будучи человеком мстительным, больно укусил яблоко прямо за червя сомнений. Увидев яблоко с половиной червяка, Исаак тут же просёк грандиозный замысел бесхребетного гения. Он сплюнул то, что успел откусить от ползучего коллеги, грязно выругался и побежал домой излагать на бумаге нечто великое, такое, что заставит эту старую кочергу – его мамашу – наконец-то заткнуться. Кстати, червяк ничуть не обиделся на Исаака, ибо, как любой настоящий ученый, рад был принести себя в жертву науке!


Это предание столетиями передавалось из уст в уста в семействе садовника семейства Ньютонов, и однажды его услышал маленький Стив. Он до того полюбил яблоки, что… А то вы не знаете, что.


Разумеется, многие кусали червивые яблоки, но лишь немногие с такими необратимыми для человечества последствиями. Первым был Адам, вторым Исаак, а третьим Стив. Можно сказать, что это история Закона всемирного тяготения человека к яблокам. И она всё ещё продолжается. Как представишь, куда она всех нас может завести, прямо голова кружится.


И всё-таки, по моему убеждению, самым главным во всех этих историях является червь сомнений. Очень жаль, что ни одного из них так до сих пор и не записали хотя бы соавтором.


А с другой стороны, кто же виноват в том, что у червяков настолько сложные имена, что человеческими буквами их ну никак не запишешь?


Ну вот, собственно, и всё.


 


 

К списку номеров журнала «ЮЖНОЕ СИЯНИЕ» | К содержанию номера