АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Евгений Асташкин

Ветка акации

Автор пятнадцати книг, в числе которых: «Стробоскоп», «Ждут меня тополя», «Смертельное сновидение», «Ненареченная», «Вне подозрений», «Заговор тиннов», «Солнечный зайчик», «Малолетка», «Пол-Коли». Дипломант областного конкурса Министерства культуры и Союза российских писателей «Лучший рассказ XXI века» (2006).

 

 

     ВЕТКА АКАЦИИ

 

Сорвали веточку акации,

Потусовались с ней часок

И обронили — нет в ней грации! —

На тротуарный солнцепек.

Уныло под шагами гулкими

Ветвь умирала. Но она

Стреляла сохлыми «свистульками» —

Разбрасывала семена...

 

«ВОСКРЕСНЫЙ» ПАПА

 

Полузабытая площадка.

Бордюров тонкий поясок

Ее кольцует для порядка.

Копает детвора песок —

Свое богатство рассыпное.

И там, на предвечернем зное

Мой пятилетний колобок —

Моя дочурка... В отдаленье

Свою милашку огляжу

И поскорее ухожу

За дом — еще не воскресенье!..

Боюсь: дочурка разберет

Мои неслышимые речи

И кинется ко мне навстречу,

И под машину попадет... 

 

 

                  ДУРМАН

 

Дурман уже расцвел у низкого окошка

И как-то озорно за стекла заглянул.

И увидал меня: был удивлен немножко,

Что нет на мне листвы,— наверное, стряхнул...

 

Он словно говорил: «Во мне не много толку.

Тобою пощажен, пока еще живу

Среди других цветов, предчувствуя прополку.

Я разве виноват, что сорняком слыву?..»

 

Дурман улыбкою дарил мне полдень летний,

И стало в комнате янтарно и светло.

Он стебель протянул к моей руке приветной.

Его я не пожал — мешало нам стекло...

 

                 «ИГРОК»

 

И я когда-то

Играл в футбол.

И виновато

Кричал я: «Гол!..»

В свои ворота...

Смеялся кто-то,

А наш вожак

Бежал за мною,

Вручал, не скрою,

«Медаль» — тумак...

 

   ПОСЛЕДНИЙ КАТАКЛИЗМ

 

Калеки-города в пыли и саже.

На стенах — тени испаренных душ.

Разноголосья странная пропажа —

Во все концы безжизненная глушь.

В оврагах — поезда и электрички.

Леса — полуобугленные спички.

Поверженные кряжи горных глыб.

Качаются на волнах сонмы рыб.

Пропыленный нещадно воздух рваный.

Безмолвия навек застывший миг.

И эти рукотворные туманы

Ползут с материка на материк...

 

 

                       * * *

 

Проповедник непрошенных истин,

Кто поверит, что ты бескорыстен?

Излечить своих ближних хотел —

Стал ваятелем призрачных дел.

Ни один твой совет не приложен

К прозе жизни. Ты был слишком сложен

В простоте своей без воровства.

В невесомость ронял ты слова.

Что за дело другим до раздумий?

Не пристало нам жить среди мумий.

И на каждую мудрость веков

От любого ответ уж готов:

«Сбрось ярмо этих вечных вопросов,

Предавайся веселью, философ!..»

Боже мой, если б кто-нибудь знал,

Сколько бисера ты разметал!..                     

 

 

                       * * *

 

Разгар обычной вечеринки —

День ангела справляет мать.

И старомодные пластинки

Уже мы устаем менять.

Тасуют гости юмор черный,

Рассевшись чинно по углам.

Сосед вальсирует проворный

С женой дородной, как и сам.

Потом зайдутся в пляске бурной.

А молодежь карикатурно

Изобразит кордебалет —

Смешны ведь ритмы прежних лет!..

Хозяйка лишь сидит печально,

Омонументив край стола,

И слушает мотив страдальный.

Всю жизнь надеялась, ждала

Она красивой, дивной доли.

Не повезло. Судьба в юдоли

Швырнула горстку светлых дней,

Чтоб тут же позабыть о ней.

И мать по жизни шла несмело,

Одна растила дочерей.

...Опять Шульженко вальс запела,

Сбивались пары между тем.

Лишь мать задумчиво сидела

Не приглашенная никем...                                             

 

                  СИРЕНЬ

 

Цвети, моя сирень,—

Пусть ветер изменяет

И не тебя ласкает,

Пусть на тебя бросает

 

Забор густую тень.

Пусть птицы не щебечут

С твоих ветвей о встречах,—

Цвети, моя сирень!..

 

Цвети, моя сирень,—

Пусть утренник гнетуще

Тебя нахохлит пуще.

Хочу тебя цветущей

Я видеть каждый день

Как утром звезды-точки,

Поблекнут эти строчки,

А ты цвети, сирень!..

 

                      ЯМБ

 

Возвышенная дивная тональность,

Плен откровенья, мудрости гранит.

Иль — в кружевах оскомная банальность,

Помпезности игривость и овальность.

О, пятистопный ямб, что всех манит!..

За лакмус признает тебя пиит:

Тобою подчеркнет он гениальность

Иль невзначай бездарность обнажит...

К списку номеров журнала «Приокские зори» | К содержанию номера