АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Андрей Урбанович

Улица во мне

***

А ты знаешь, что время всего лишь маленькая точка

на карте Вечности?..

 

***

Кто на плоской плите выбивал

эти знаки корявым резцом?

Мне сдается, что этот овал

так знаком… Он похож на лицо.

Здравствуй, Время, – погонщик минут,

вновь тебя узнаю по шагам,

твои слуги повсюду снуют

и неслышно идут по пятам.

Это ты пропоёшь петухом

и, бесшумно со шпиля паря,

за победным и брачным венцом

смертью в темечко даришь царя.

Это ты, словно ветра порыв, 

еле слышный, как выдох и вдох

превращаешь в забытый архив

жизни стран, поколений, эпох.

От твоих бесконечных затей,

мы бежим по кругам  суеты.

Ты рождаешь и нянчишь детей      

и, взрастив, поглощаешь их ты.

Ни замедлить тебя, ни унять -

лик изменчивый, как облака,

и стрекочет секундная рать,

и гремят, рассыпаясь, века…

 


Улица во мне

 

Улица вдаль меня

уползает по острию сабли,

слоится, истекая, звеня,

рассыпаясь на капли.

Последний прохожий уходит, как гость,

в его кисти отточено – острой

прошлогоднего снега горсть –

абсолютнейший остров,

окружённый только собой,

он, как водится, необитаем,

даже сливаясь с толпой,

он остаётся тайной.

 

Улицы воздух тих и упруг,

и в нём возникают: беспечный

светящийся человечек

и серый, как тень, паук.

Эти двое – минус и плюс

начинают слепой поединок.

Я смотрю на них и немного боюсь

момента, когда они станут единым,

ведь по логике той игры,

что именуют наукой,

должен раздаться взрыв,

лишь прикоснуться друг к другу.

 

Совсем близко... И всё же врозь!

И вот момент столкновения –

два тела проходят друг друга насквозь,

не прекращая движения,

они растекаются тишиной...

Но погружаясь в темень,

я слышу, как хлюпает по мостовой

в старых калошах время.

 

 

***

Заря взора, простираясь,

изменяет земли.

 

Стопы Странника легче воздуха,

и окрестность креста увеличивается,

так раскручивается пружина на исходе завода.

 

Значит, скоро окончится время.

 

***

Куда катится время?

Обронил…

 и поскакал под гору,

подпрыгивая по камням,

круглый циферблат.

Не угнаться…

 

***

Теперь не время…

Безвременье.

Оттого лето – не лето

и зима – не зима…

За грохотом гусениц и рёвом моторов

не услышали, как остановилась секундная стрелка…

Всем кажется,  оно ускорилось,

а оно высохло, как русло реки

и никуда не течёт.

И события, натыкаясь друг на друга,

сбились в кучу…

На обмелевшем дне всё перепуталось.

Что чему предшествовало,

что было главным и второстепенным?..

Надо подняться вверх – к истоку…

Но для этого нужно совершить восхождение.

Какой безумец пойдёт нынче в гору?

В мелких лужах, задыхаясь, бьются мальки мгновений….

 

***

А у читателя могильных плит

окончилась последняя минута.

Нет времени. Стрела часов летит.

И Кронос смотрит пристально и жутко.

 

В его зрачках, как в зеркалах кривых,

размыты краски, блёклы очертанья,

мир мёртвых – слева, справа – мир живых,

его дыханье – смерч воспоминаний.

 

Танцует смерч, вращая имена,

поступки и слова вплетая в даты…

И соглашаешься: кругом моя вина…

И замираешь холодом объятый.

 

 

С пдф-версией номера можно ознакомиться по ссылке http://promegalit.ru/modules/magazines/download.php?file=1522609818.pdf

К списку номеров журнала «ВЕЩЕСТВО» | К содержанию номера