АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Татьяна Комиссарова

Шрифт

Сон Иды

 

Кораблик под парусом – лучшая этикетка.

Ида мешает серебряной ложкой чай.

Смотрит рассеянно сквозь цветущие ветки

На вихрастого Ильича.

 

Розы в вазе, на кухне кнедли.

Но почему холодок по спине?

Ида, Ида, беги, не медли –

Видишь трещину на стене?

 

В соседней комнате бузят товарищи –

Члены ордена Первого Большевика,

Шевелят клешнями, разевают варежки,

Толкуют о выдаче бесплатного молока.

 

Это они прикинулись старыми.

Ида смотрит на Ильича,

Потом встает, холодна, как статуя,

И медленно выливает на пол чай.

 


*Ида Высоцкая - дочь знаменитого чаепромышленника, муза юного Пастернака. Кораблик под парусом – узнаваемый знак чайной фирмы Высоцких. Их дом в Москве после революции был занят старыми большевиками. В сквере перед домом установлен памятник Ульянову-гимназисту.


 


Дунаевский

 

Как жалко, что не в моде Дунаевский

И светлое не в тон календарю.

Я говорю местами по-советски,

Когда я о хорошем говорю.

 

Мне чудится: весенний ветер веет

Над нашей необъятною страной,

От магаданских гор до мавзолея

Сограждан накрывая с головой.

 

Он спящих бодро выкинет из спален,

Квартира вдруг окажется тесна –

На улице, наивно-сексуален,

Марш белых девушек из мюзикла «Весна».

 

И я, и я - с товарищами рядом,

Мой ясен день, глаза мои светлы.

Проходим в ногу праздничным парадом

По майским улицам страны.

 


Динамо

 

Оттрубив положенное, выйду.

Сахарная пудра на асфальте.

Ветер, злобу на проспекте выдув,

На берёзе задирает платье.

 

Во дворах печально и пустынно,

Ни собак, ни чад, ни их мамашек.

У помойки над куском застывшим

Крыльями ворона скучно машет.

 

Сто десятый увезёт к Динамо.

Там подъёмный кран над стадионом,

Взрезав небо вертикальным шрамом,

Напугает марсианским стоном.

 

Крановщик похож на космонавта -

То же одиночество в кабине.

Космодром, покрытый маскхалатом,

Как Земля, в пустом пространстве стынет.

 


Schrift

 

Во-первых – десять, во-вторых – Verdana.

Ну что за бред, и лучше ли слова,

Записанные глупо в столбик? Данность

Не изменить. Снаружи, лиловат,

Чуть брезжит день, укутанный рогожей.

Ведомый таксой, следует прохожий

На утренний привычный променад.

Вот голубь приземлился на карниз.

Двоюсь в стекле. Мир зыбок и яремен.

И шепчет убывающее время:

- Поторопись.

 


в машине

 

жизнь каждый день увеличивает нажим,

вряд ли укроешься и за замковым кодом.

я ощущаю себя машиной среди машин,

а не пешеходом среди пешеходов.

 

мне это нравится – в общем потоке плыть,

неукоснительно следуя принятым правилам.

чисто, комфортно, в просторном авто теплынь,

сумку не стибрят, где б ты ее ни поставила.

 

cтерилизую воздух, собак, еду -

нет внешней пыли, чуждых следов, инфекции.

наша пробирочность, вшитая в тело и дух,

знак эволюции, наглухо заперший сердце. 

 

 

С пдф-версией номера можно ознакомиться по ссылке http://promegalit.ru/modules/magazines/download.php?file=1515909222.pdf

К списку номеров журнала «ВЕЩЕСТВО» | К содержанию номера