АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Рахим Гарай

Поёт, звенит моя струна. Стихотворения. Пер. с татарского Галины Булатовой

Возвращаясь в Казань

 

1

 

В Казань луноликую ветры ведут поезда,

С вокзала ступаю на камень, любовью прогретый.

Вот в утреннем облаке медленно тает звезда

И вновь зажигается – только в груди у поэта.

 

Дома, будто белые лебеди, мимо плывут,

Готовы взлететь в небеса белокрылые храмы,

Зелёных холмов замечаю весенний уют,

И вспомнится вдруг невзначай колыбельная мамы.

 

Луна засияет алтыном, и цирк вдалеке

Румяным бэлишем покажется, если всмотреться.

И красная башня красавицы Сююмбике

Отчаянно ранит меня в беззащитное сердце.

 

В Казань луноликую ветры ведут поезда…

Мой город, тебя мастера не напрасно ковали:

Я знаю, вбирает огромный казан навсегда

И мысли, и звёзды, и душу… Отпустит едва ли…

 

2

 

Летит над Казанью серебряный мой самолёт,

Турбины гудят, небеса по-весеннему ярки.

Казанское солнце восходит и тихо плывёт,

Внизу убегают за нами проспекты и парки.

 

Идём на снижение – ах, не задеть бы дома,

Над радиомачтами мчимся – и ноги поджаты.

Белеет кремлёвский шатёр на вершине холма,

А город раскинулся так, что не видно обхвата!

 

Из давних веков посылает привет Бишбалта –

Он белой голубкой над Козьей летит слободою,

Вдали заводскими дымами заря завита,

И в каждом прохожем я чувствую племя родное.

 

 

Парит над Казанью серебряный мой самолёт,

Как стриж легкокрылый, свои озирающий дали…

Я знаю, огромный бурлящий казан заберёт

И мысли, и сердце, и душу… Отпустит едва ли…

 

3

 

Рассветной порою встречает Казань теплоход,

Лучи золотые всю Волгу измерить успели.

Громадные краны портовые вышли вперёд,

Радушно кивая и не забывая о деле.

 

Вчера и сегодня – всё помнит живая река:

И сны берегов, и глухую бурлацкую песню,

Судьбу Татарстана и Булгар делила века,

И не было этой дороже судьбы и чудесней.

 

Упругие ветры истории дышат в лицо

И сходят по трапу на утренний мраморный берег.

Джалиль на горе умирает за всех храбрецов –

За тех, кто остался себе до последнего верен.

 

Рассветной порою встречала Казань теплоход,

И чайки о горе и радости небу кричали…

Я знаю, огромный бурлящий казан заберёт

И мысли, и чаек, и душу… Отпустит едва ли…

 

4

 

Иду по Казани пешком – и усталости нет,

Всё по сердцу мне, всё знакомо – и будто бы ново.

Хотелось бы взглядом мне многое запечатлеть,

Но самое важное всё-таки – трепетным словом:

 

Крылечки домов и бегущие ввысь этажи,

Суровую кладку гранита и ласковость сада,

Всезнающий булгарский камень – в музейной тиши,

И в уличном шуме – лепнину старинных фасадов,

 

И площадь Свободы в оранжевых гроздьях огней,

И белые своды родного университета,

Чьи стены, наверное, помнят ещё обо мне,

И прячутся  годы мои за колоннами где-то…

 

Храни же как сына меня, дорогая Казань –

Нигде не найду я роднее, надёжнее крова.

Тебе отдаю в золотой беспокойный казан

И мысли, и душу, и сердце, и звёзды, и слово…

 

Автобиография

 

Сравнюсь по древности с Гераклом,

С компьютером – по новизне.

Родиться зёрнышком из праха –

Предназначенье было мне.

 

Зелёный лист, как юность, в жертву,

Брала кровавая земля.

Пылал безумный сорок первый,

Когда на свет родился я.

Год материнского проклятья

И преграждённого пути,

Но должен землю был познать я

И через эту кровь пройти.

 

Росток пробьёт броню асфальта –

Так жажда жизни велика!

Сын лавы с пеплом – от базальта

Я взял железа на века.

…И был удар, и горе было,

И в небе пыль, и в лёгких боль,

Но ничего с пути не сбило,

Сумел остаться  я собой.

 

Подёнщиком работы чёрной

Я глину жизни добывал

И профиль светлых дел точёный

Резцом на совесть создавал.

И на плохое, и на злобу

Я отвечал добром всегда –

Бывает, и врагов способна

Обезоружить доброта.

 

Я эту жизнь, судьбину эту

В многообразии постиг.

Ступивший на стезю поэта,

Я воспевал родной язык.

Любя светло и безответно,

Был счастлив – это не отнять!

За славой гнался, только тщетно –

Сама пусть пробует догнать…

 

А мир прекрасен – удивлённый,

На небо с птицами смотрю,

И каждый новый лист зелёный

Благодарю, боготворю.

И скачь коней, и нивы шёпот,

И гроздья ягод на кусте,

И белый росчерк самолёта

На бирюзовой высоте.

 

Сравнюсь по древности с Гераклом,

С компьютером – по новизне.

Родился зёрнышком из праха –

Куда уйти придётся мне…

 

Друзьям

 

Дикий гусь, от стаи отставший,

На дороге багаж упавший –

Вот что я такое теперь.

Телефон глядит с укоризной,

Половица скрипит капризно,

И замкнулась входная дверь.

 

Как же долго я вас не видел,

Может, чем-нибудь вас обидел?

Я же с вами всегда шагал,

Строил печи, дома, плотины,

Расчищал родники от тины,

В вашу честь поднимал бокал.

 

Сколько раз подставлял я плечи,

Сколько вами бывал излечен, –

Не расскажут про то слова…

Всё, что нужно, отдам – берите,

За ошибки меня корите,

Но лишь вами – душа жива….

 

Не смотри в зеркала

 

Распустила со вздохами косы,

Перед зеркалом стоя большим.

Задавать молчаливо вопросы

Ты, родная, ему не спеши.

 

Разве может бездушная рама

Отразить твой душевный огонь?!

С чистой совестью лжёт амальгама,

Упираясь ладонью в ладонь.

 

Но секрет красоты постигая,

Поделиться с тобою я рад:

Не смотри в зеркала, дорогая,

Лучше зеркала – любящий взгляд.

 

Лишь глаза человека напротив 

Не солгут – остальное обман.

У тебя – восхитительный профиль,

У тебя – соблазнительный стан!

 

Без слов

 

Слова не нужны, если скромных ромашек

Однажды протянешь букет –

Дежурное слово безделицей зряшной

Недолго удержишь в руке.

 

Слова не нужны – подари мне ромашки,

Весны золотую печать.

Букет из ромашек обоим подскажет,

О чём мы хотим умолчать.

 

Ищу чего-то

 

Ищу чего-то, стал я сам не свой,

Не понимаю:

Душа вчера смеялась над собой –

Теперь страдает.

 

И всё заметнее неровность строк,

И ночь длиннее.

Своих стихов разматывать клубок

Мне всё труднее.

 

А дни, дождями бурными звеня,

Проходят мимо.

Сбивая с толку, смотрят на меня

Глаза любимой.

 

Уединенье

 

Самообмана люлька золотая

Давным-давно баюкает меня.

Уединясь, живу и не страдаю,

Не тороплю ни ночи и ни дня.

 

Нас только трое, знающих свободу

Вдали от суеты, и в том числе

Луна и солнце – двое с небосвода,

И я один, идущий по земле.

 

Но солнце лишь полдня за господина,

Луна владычит только до утра,

А я – хозяин каждой половины,

И буду счастлив завтра, как вчера.

 

Самообмана люлька золотая…

А может быть, не разбирая дней,

Ты раскачалась, просто утешая

Своих несчастных брошенных детей?..

 

Печаль и радость

 

Печаль осенняя в окне –

Листами золотыми.

Вернутся птицы по весне –

И радость вместе с ними.

 

Когда взимает смерть оброк –

Печаль идёт с родными.

Но народятся дети в срок –

И радость вместе с ними.

 

Война – печаль. Забыть о том

Хочу, но не сумею.

Весть о победе входит в дом –

И радость вместе с нею.

 

И уступает трон луна,

Когда восходит солнце.

Поёт, звенит моя струна,

То плачет, то смеётся.

 

Рана

 

Прошедшим душу грея,

Страданьем дорожу:

Чем старше, тем мудрее

О ранах я сужу.

 

Душа болит и плачет,

Но знает всё равно,

Что, раненой, богаче

Ей чувствовать дано.

 

Смиряя крик гортанный,

Переживаю вновь,

И кажется: из раны

Течёт не кровь – любовь.

 

И остаётся то мне,

Что взять и не унять:

Тебя – простить и помнить

И целый мир – обнять. 

 

 

К списку номеров журнала «КАЗАНСКИЙ АЛЬМАНАХ» | К содержанию номера