АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Александр Петрушкин

Варианты

ЛАМПОЧКА

светит лампочка вкрученная в темноту
как жопка червя с тобою делившего хлеб
хлев называет домом вбитая в пустоту
птица летит за телом в котором еб-

анутый раскосый мальчик идет в поиске будд
тот ещё шерлок холмс как вариант салман
рушди метлой гурий заводит в дом
дом становится как аллах велик как читай шалман

светит лампочка ходит в тебе джихад
наволочки на землю самолёт бишкек-ашгабад
падает в землю и кормит своих детей
своих родных с животом из герыча сволочей

кормит птиц своих не опуская рук
мальчик раскосый похожий теперь на рух
на дверь между звездой в предчувствии темноты
держит лампочку вкручивает в виски

* * *
кобздец так говорил мне воробей
и гвоздь и воздух он держал во рту
забей на всё на всю длину забей
голодный гвоздь разумен там и тут

вот воробей так говорит абзац
он держит гвоздь скрипящий там и тут
он держит этих на одних из нас
как ртуть и дверь прикушенный во рту

кобздец мне говорящий воробей
что ж колотись подобно молотку
стой сам в себе как гвоздь забитый в пустоту
из тёмноты развёрнутый глотку

* * *
во как снится эта трасса
бог стоит посередине
из асфальта и из спаса
из ещё нетвёрдых линий
транспортного коностаса
он почти что не оформлен
как цивирк как птичий клёкот
под крылом до перелома
кровь горит из поворота
говорит договорится
этой трассы середина
бог стоит да бог с другими
из укропа или тмина
он растёт языкового
и фиксирует на камне
не себя того – другого
потому что очень занят
он прохожим убываньем
в смысле и в значенье скоро
грохот этому настанет
бог нас видит из азора

* * *
под деревом сидит над головой
то голос твой

то голод твой по слуху и другим
за это спим

за то законник может даже финку в бок
и внемлет Бог

а голос твой слабее изнутри
и выйдет три

три голоса болячку этот звук
протри испуг

под деревом сидит над головой
с самим собой

царапает смешные письмена
как смерть страна

* * *
а свет сойдёт на нет
на нет не перевОдим

переводим лишь ангел
в подземном переходе

он по природе свой
любому из углов

идёт где замолчать бы
в любом из языков

где из любого смерть
бежит венозной кровью

не переводима жизнь
особенно с любовью

особенно с землёй
или хотя б золою

я помню я был жив
под богом и горою

* * *
над огородом птица спит
так ты не отпускаешь – говорит
так вычеркни меня в черновики
не потому что просто не болит

не потому что осень глубока
и потому что прячется пока
ты осекаешься и смотришь
внутрь и вниз

как в небо вырастает ключ из лиц
из круга ближних и слепых дворов
из псарни матершинной из пивных
я всех простил и ты меня прости

и проведи над огородом птиц
не пробуждая местный черновик
не потому что видишь а не спит

и остается Богу всех обнять
как птице не умеющей летать

* * *
Возможно, ангел нулевой
забудет здесь стоять в своих –
не рифма оправданье, а
кто со сторон других приник –

он смотрит из пяти сторон
в шесть стрекозиных глаз твоих –
(во как!) теряется лицо
и вырастает полый лик.

Вот так – нас осуждает речь
на говор или проговор…
так Бог проходит через слог,

его сдирая.

видишь?
стёр.


К списку номеров журнала «НОВАЯ РЕАЛЬНОСТЬ» | К содержанию номера