АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Людмила Берстнева

«Дорога жизни». Фельетон

Зима! Хорошо-то как! Укрываясь снегом, ещё краше становится новый красавец-город, создавая особое праздничное настроение у людей.


Да вот беда-то, есть ещё и старый город. Всю картину портит! Щитовухи, бараки, балки и общаги, которые изначально строились на временные века. Кто не жил в старом городе, в того можно кинуть камнем, по библейской притче. Но, пожалуй, таких и не найдётся. Улочки, переулочки... Какой он, старый город, в предпраздничные, в ожидании  Нового года, дни? Пройдёмся по одной такой улочке, как только стемнеет. Снег. Ветер. Дорога. Стадион.


Магазинчик «Символ» приглашает за покупками ярким светом окошек и горящей вывеской. Отойдёшь от вагончика-магазина, всё! Дальше хоть глаза выколи, тьма беспроглядная и скользкая дорога, по которой шастают туда-сюда машинёшки и так её, дорогу, раскатали, что «мама не горюй». А пешеходных дорожек – тю-тю!


Тихо! Что это? Шарк-шарк, шарк-шарк...  А это здесь так ходят зимой – и молодые и старые. Идут на ощупь! Нет, фонарные-то столбы есть! Замечательные столбы – но напрочь ободранные соответствующей организацией несколько лет тому назад.


Столбы грустно стоят, опустив шейки и пропадая от стыда за свой оголённый вид, за то, что они, такие крепкие и красивые, пользы больше не приносят.


О! Кто-то приземлился – шарк-шарк-шлёп! И голос: «Мать... вашу... так, растак и этак!». Молодые, им чё, как мячики – упал, вскочил, высказал темноте свои впечатления и – дальше. Кто постарше, тем посложнее. Пока поймёт, все ли органы на месте, потом на четвереньки, «о-ё» – призывая шапку или сумку вернуться. Примет вертикальное положение, надо дальше шаркать.


В темноте чернеет стадион. Вдруг из-за поворота, справа, выскочила, как угорелая, иномарка. Молодые «мячики» попрыгали к забору. Тётка мыслями побежала, ноги отстали. Молодые у забора диалог ведут трёхэтажным лексиконом, тут же и облегчились с радостью. Тётка в свете фар шаркает на месте. Испугалась что ли? И правда, ну чё страшного, если в полной темноте, на скользкой дороге, на тебя выскакивает машина из-за поворота? Обычное дело!


Водитель нервно тормозит, открывает дверцу и громко перечисляет всю тёткину родню, начиная, естественно, с матери. Тётка явно не согласна с характеристикой своей родни. Кое-как выруливая с дороги, оглушённая потоком «изысканной» речи, обиженно отвечает – эхо уносит слова на мрачный тёмный стадион и трибуны переговариваются: «Твою мать... мать... мать... ё-ё-ё... пошла коза... сам...».


Поговорили. Разошлись, разъехались. И как удачно! Тётка отделалась лёгким испугом, водитель показал широту взглядов. Теперь остался главный участок дороги – поворот. Шаркать надо в темпе, здесь уже с машиной не разминёшься. И пусть под ногами ничего не видно, но уже есть ориентир, путеводная звезда – сияющая помойка. Прямо на помойку, с дома напротив, светит прожектор. То ли жильцы с руками, то ли организация забыла скрутить. И помойка, в темноте, но в лучах этого прожектора, расцветает россыпью «звёзд» и обледенелым «брильянтовым» подступом. У сияющей помойки можно передохнуть. Тут уже знакомая отдыхает, сил набирается.


– Дошла?


– Дотащилась, аж в пот бросило!


– Хорошо! Согрелась...


– Куда уж лучше, ну давай, сейчас и ты согреешься!


Разошлись в разные стороны. Шарк-шарк, шлёп! Бац!

К списку номеров журнала «Северо-Муйские огни» | К содержанию номера