АНТОЛОГИЯ РУССКОЙ ОЗЁРНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ СКАЧАТЬ

Леонид Бударин

Взятка. Рассказ

foto3

 


Родился в 1943 г. Первая публикация – подборка миниатюр в газете Московского округа ПВО «На боевом посту» (1965 г.). Регулярно печатается в периодических изданиях с 1996 г. Журналист, член редколлегии федеральной газеты «Крестьянская Русь». В 2010 г. вышел сборник публицистики и рассказов «Замок Сталина в Германии». Член союза писателей России.

 

 

Жена Сергею Петровичу Веденееву досталась вместе с «Форд Фокусом». И когда уходила, машину ему оставила: «Чтоб, – сказала, – ты подавился ею!». Разбегающиеся супруги всегда желают друг другу всего самого лучшего.

Ушла жена по той причине, что Сергей Петрович во всём любил основательность и порядок: каждая вещь в доме имела раз навсегда закреплённое за ней место, и энергосберегающие лампочки гореть должны были только тогда, когда это вызывалось насущной необходимостью. А супруга оказалась особой легкомысленной и безалаберной. Сергею Петровичу приходилось ходить за нею и водворять на свои места брошенные где ни попадя вещи и выключать не выключенное ею освещение. В общем, как говорится, не сошлись характерами и разошлись, как в море корабли.

Ну, жена – дело наживное, а «Форд Фокусы» на улице не валяются.

Сергей Петрович машине не очень досаждал: разве что на шесть соток выехать. А так всё больше на метро: и дешевле, и быстрее.

Шесть соток были его кровные, от покойных родителей достались. Супруга терпеть не могла на них ковыряться. А Сергею Петровичу нравилось: стоишь буквой «Г», как бы давая понять всему изолгавшемуся миру, во что ты его ставишь.

Кабы не железнодорожный переезд, доехать до соток можно было бы за пару часов. Но этот переезд...

Вот и сегодня шлагбаум закрылся прямо перед носом у Сергея Петровича. А он уже отстоял в километровой очереди минут сорок. Прошёл скорый, потом электричка туда, потом электричка оттуда. Наконец металлические заградительные барьеры ушли в землю, шлагбаум поднялся, и Веденеев рванул с места. Ну, не рванул, конечно, а тронулся: он вообще на дороге вёл себя, как генералиссимус Франко. Тот, чтоб приучить испанцев к соблюдению правил дорожного движения, приказал водителю строго следовать требованиям дорожных указателей. И полз всемогущий диктатор Испании по улицам Мадрида со скоростью 60 км в час. Хорошо, что в России нет генералиссимусов, и можно ездить как заблагорассудится. Не всем, конечно, а кому можно.

Метров через двести Веденеев заметил за собой хвост. Хвост мигал мигалкой и ревел сиреной. Поскольку Сергей Петрович нарушений Правил дорожного движения в принципе не допускал, даже материл про себя тех, кто допускал, то и ехал он себе и ехал, как ни в чём не бывало. С дозволенной скоростью. А вот мигающий экипаж превысил дозволенную скорость, пересёк двойную сплошную, обогнал Сергея Петровича и в матюгальник на крыше любезно предложил законопослушному гражданину прислониться к обочине. Что законопослушный гражданин, естественно, и осуществил.

Вообще-то сотрудник ГАИ обязан подойти к остановленному водителю, козырнуть ему и назваться: такой, мол, я и сякой и из такого-то подразделения. Но Сергей Петрович народную полицию уважал, особенно ту её составляющую, которая по кустам прячется. А потому сам вылез из лимузина и, заранее обворожительно улыбаясь, проследовал к блюстителям порядка на дорогах. Их было двое. Один, выйдя из мигающей машины, любезно предложил Сергею Петровичу занять место подле водителя, а сам примостился сзади.

– Что же это вы, Сергей Петрович, нарушаете правила дорожного движения? – вкрадчиво поинтересовался старший лейтенант, что был за рулём, держа в руках водительское удостоверение Веденеева.

– Я?! – искренне изумился Веденеев. – Да я ни в жизнь! Я даже на шоссе больше семидесяти не езжу.

– Это похвально, – прокомментировал признание Веденеева сидящий сзади младший лейтенант. – Всем бы так – и мы бы были не нужны.

– Нет, – горячо не согласился с ним Сергей Петрович, – без вас никак нельзя: распояшется народ. И теперь-то отморозков на дороге пруд пруди, а не станет ГИБДД – вообще хоть в машину не садись.

– А что, Петруха, – полуобернулся к напарнику водитель, – дельно товарищ рассуждает. Рано ещё нам на самосознание граждан полагаться.

– Рано, ох, рано! – горестно согласился младший лейтенант. – Вот взять хотя бы Сергея Петровича – вас так, кажется, зовут?

– Так точно!

– Вот хотя бы вас взять. – Но брать Сергея Петровича он не стал. – Ну зачем вы въехали на железнодорожный переезд  под запрещающий сигнал светофора?

– Как – запрещающий? Шлагбаум поднялся, я и поехал.

– Вот и приехали на три месяца лишения прав, – горестно заключил старший лейтенант.

– Да не на три месяца, а от трёх до шести, как суд решит, – поправил старшего младший лейтенант. – И ещё по судам набегаешься.

– Ох, не завидую я вам, – посочувствовал Веденееву старший лейтенант.

– Да как же так? – опешил Сергей Петрович. – Шлагбаум поднялся, я и поехал.

– Это раньше нечистоплотные сотрудники госавтоинспекции могли творить на дорогах  произвол – и ничего не докажешь, – назидательным голосом промолвил старший лейтенант. – А в век информатизации такие проделки не проходят. Видеокамера всё зафиксировала, давайте вместе посмотрим, что да как. – Он включил планшет. – Это ваша машина стоит перед шлагбаумом?

Сергей Петрович вгляделся в номер автомобиля:

– Моя.

– Вот шлагбаум открывается, вот вы трогаетесь. А обратите внимание: на светофоре-то красный свет.

Сергей Петрович вспотел, отёр лицо платком: лишаться прав в разгар посадочной кампании ему ой как не хотелось.

– А можно ещё раз прокрутить?

– Пожалуйста.

– Смотрите, смотрите! – возликовал Веденеев, – я ещё не проехал линию шлагбаума, а светофор погас.

– Ай-я-яй! – закручинился младший лейтенант сзади. – Так вы ещё и правила дорожного движения подзабыли. Напоминаю: статья пятнадцать – четыре: «В случаях, когда движение через переезд запрещено, водитель должен остановиться у стоп-линии». А вы её проехали. Товарищ старший лейтенант, придётся у Сергея Петровича не только водительское удостоверение изъять, но и направить на повторную сдачу экзамена по ПДД.

– Придётся, – неохотно согласился старший лейтенант.

– Товарищи! – взмолился Веденеев, – Может, можно что-нибудь придумать?

– Как считаешь, Петруха, можно что-нибудь придумать? – опять полуобернулся водитель.

– Думать никогда не вредно.

– А у вас видеокамера – того? – выключена? – осторожно поинтересовался Веденеев.

– Выключена, выключена.

Сергей Петрович показал старшему лейтенанту пятерню с растопыренными пальцами. Старший лейтенант отрицательно покачал головой и показала Сергею Петровичу две пятерни с растопыренными пальцами.

– У меня только восемь, – виновато пояснил Веденеев. – На дачу еду, огород копать.

– Ну, что, Петруха, внесём свой вклад в обеспечение продовольственной независимости страны?

– А что, я не против.

– Ладно, Сергей Петрович, гоните вашу заначку и катитесь с богом.

– Ничего, что у меня полутыщами?

– Сойдёт. Вот ваши документы, и в другой раз будьте поосмотрительней.

– Обязательно буду, – пообещал Сергей Петрович, пряча документы во внутренний карман пиджака.

– Всё, вы свободны.

– Спасибо. Только позвольте продемонстрировать вам любопытную аудиозапись с моего диктофона. Она наверняка вас заинтересует. Да, и имейте в виду, что нашу встречу фиксирует видеокамера на лобовом стекле моего «Фокуса». Это так, на всякий случай.

И Сергей Петрович пощёлкал кнопками диктофона, всегда находящегося у него включённым в нагрудном кармашке пиджака.

«Что же это вы, Сергей Петрович, нарушаете правила дорожного движения?» – заговорил диктофон голосом, похожим на голос старшего лейтенанта полиции.

– Продолжать? – полюбопытствовал Веденеев.

Старший лейтенант положил ему на колени шестнадцать полутысячных ассигнаций. Сергей Петрович отрицательно покачал головой и показал старшему лейтенанту две пятерни с растопыренными пальцами.

– Петруха!

Младший лейтенант передал старшему две свёрнутые в трубочку пятитысячные ассигнации.

– Ох, Сергей Петрович, ну и жук ты однако!

– Ему бы в ГАИ работать, – хохотнул младший лейтенант.

– Сотри при нас – и вот твои десять тысяч.

Сергей Петрович пощёлкал кнопками:

– Всё, чисто.

– Вот и ладненько! До свиданья, Сергей Петрович!

– А деньги?

– Какие деньги?

К списку номеров журнала «Кольцо А» | К содержанию номера