Инна Иохвидович

Бегство Олега К. Рассказ

            Не хотел Олег ехать в Киев, да начальство настояло. И вот теперь решив все рабочие вопросы, слонялся он по городу. До отъезда поезда было ещё три часа.

Его внимание привлёк   огромный рекламный щит, на котором было большими белыми буквами написано, он стал читать: «Бытовой сепаратист: Оскверняет национальные символы; ждёт прихода «русского мира». Наказание 7-12 лет лишения свободы, (ст. 110 УК Украины). Увидел, услышал – звони 0800 501 482»

- Да это же натуральный тридцать седьмой год!-  произнёс кто-то.

Рядом с Олегом не было никого, тогда он обернулся, сзади тоже  никого? Тогда только до него дошло, что это сказал он сам?!

            Ноги  привели его в ближайшее питейное заведение. Он сидел и напивался, и с каждым глотком чувствовал, как легчает ему, как свободным становится он от  всего и всех  «Каким же глупцом я был, отказавшись от этого волшебного, дающего радость и забвение, напитка!» Но тут же, он словно бы в болотную жижу , погрузился, вспоминая  почему он решил завязать.

 

            Олег был смелым. Он боялся только одного, неизвестного лично ему, но всё слышащего, всевидящего Комитета государственной безопасности! Даже аббревиатура, КГБ приводила его в   дрожь. Об этом его страхе никто не знал, не ведал. Никогда и никому он об этом не сказал. Только, когда выпивал, то становилось ему всё равно, как-то безразлично, пусть приезжают, пусть забирают, на зоне тоже можно жить…

Так постепенно и превратился Олег в тихого алкоголика. Никого он не трогал, придя выпившим домой ложился спать

            Работал он корректором  в городской «Вечорке». Начальство не чаяло в нём души, как в очень образованном, смирном и исполнительном работнике. И закрывало глаза на его слабость.

            И надо же было такому случиться, чтобы именно к нему пришёл  вербовать его в  «секретные сотрудники» человек оттуда, из КГБ.

            Самое страшное оказалось, что «они» знали о нём  многое, если не «всё», даже про тайное, (так он считал) его пьянство?! Олег был не только испуган, но ещё и оскорблён! Как это именно ему, «они» предложили стать стукачом,  доносчиком?! Наверное, всё из-за его пьянки?!» Так вот, именно из-за «них» он и не будет отныне пить! Они ещё убедятся, что он не пьяница…

            Сколько же прошло с тех лет? Без малого тридцать! Тогда было начало Перестройки, потом был развал СССР, и независимая Украина, гражданином которой он стал. И был он уже не корректором, а  поначалу редактором,  а  нынче возглавлял успешную книжную детскую серию, что выпускало издательство.

            Понравилось Олегу жить в независимой Украине. В маленькой независимой стране было даже очень комфортно жить. Не нужно было думать ни о чеченских войнах, ни о гастарбайтерах, что наводнили соседнюю Россию. И хоть был он русским, но жить было однозначно лучше здесь, чем в  эрэфии, как называл он Россию. И майдан, как первый  Ющенковский, так и второй, против Януковича Олег поддержал. Он совершенно был уверен в том, что Янукович, не просто вор, а уголовник и бандит, и что место ему в тюрьме. Только вот единственное, что расстраивало Олега, так это то, что к справедливой борьбе Майдана против коррупции вдруг примешались странные националистические лозунги, типа «Москаляку на гiлляку», «Хто не скаче той москаль», «Украина понад усе» и прочее в этом же роде. Но он сам себя уговорил, что эта пена после установления справедливой власти схлынет и всё, в конечном счёте,  будет хорошо! Первое даже не сомнение, а какой-то ужас от случившегося , произошёл второго мая 2014 года. Когда в Одессе, в доме профсоюзов погибли в огне люди… Что это, что случилось и почему, в нашей стране?! Его успокоили, да он и хотел быть успокоенным, средства массовой информации.  Всё оказалось хоть и страшно, но понятно…

            Но то, что он видел сейчас, своими глазами, призыв к доносам?! Это значит не верить своим собственным глазам?

            В поезде он заснул, а в родном Харькове, то, что он увидел в чужом и чуждом Киеве, казалось потускневшим, и почти не бывшим!

            Он даже решил пройтись по центру города, любимым маршрутом. Олег был харьковчанином не в первом поколении.  Жил,  на главной улице города, на Сумской.

Вот он  и пошёл в метро на выход к  Сумской. И вдруг,  внезапно обнаружил, что город о к к у п и р о в а н!

С дрожью в ногах прошёл он мимо палатки, с четырёх сторон которой красовались свастики, и с обеих сторон входа в палатку развевались флаги с этой же свастикой. Точно такие, какие были у батальона  «Дас Райх»?! Ведь Олег много лет изучал то, что происходило в немецком Рейхе во времена двенадцатилетней диктатуры Гитлера. И это тоже, как и огромный, высокий рекламный щит, с воззванием к доносительству на «сепаратистов», не было оптическим, или каким другим обманом!

            Домой он пришёл к вечеру  совершенно пьяным, с бутылками  самого разного спиртного в сумке.

            Поместили его в самую главную психиатрическую больницу, что когда-то носила название Сабуровой дачи.

            Его дочь, миловидная девушка, учившаяся в аспирантуре Харьковского национального университета, разговаривая с врачом, говорившим ей, что,  у её отца – «бегство в болезнь» от современной жизни, возразила: «Моему отцу сепаратисты голову задурили, вот в чём дело!  Довели, они беднягу до дурки!»

            Старый врач долго смотрел вослед этой, не сомневающейся в своей правоте, девушке, думая, что всё-таки прав был Ницше, когда говорил, что не сомнение, а несомненность есть то, что сводит с ума… 

К списку номеров журнала «НОВАЯ РЕАЛЬНОСТЬ» | К содержанию номера